Внешность бывает обманчивой. Для многих животных это и есть сущность эволюции.

Чарльз Дарвин

Если крепко задуматься, то все, для чего предназначен человеческий мозг, под что он, так сказать, «заточен», — это создание образов и их последующая… сейчас подготовлюсь… и-ден-ти-фи-кация. Вот! Круто? По-научному? Я старался.

Так вот, создаем мы эти самые образы, набиваем ими башку, а затем всю оставшуюся жизнь пытаемся под эти созданные образы подогнать все вокруг. Потому что новые создавать, если честно, облом. Ученые эти вот принципиально не обновляемые образы называют… сейчас опять подготовлюсь… ар-хе-типы. Слогов меньше, но слово не менее крутое. Поверьте. На слово. Вы же видите, какие слова бывают?

Оглянитесь вокруг — и вы увидите массу вот этих самых типов, многие из которых живут с нами уже не первую тысячу лет. А может, и миллион, ученые еще промеж собой не договорились. И вот один из величайших архетипов, засевших в наших мозгах с незапамятных времен, — это призрак «Большого Угашенного Праздника». Неизвестно, откуда этот призрак взялся, — возможно, это часть старинного обычая съедать большую часть урожая непосредственно сразу после его сбора. А может, привычка питаться мамонтами. Мамонты вымерли, а привычка осталась. Сейчас это уже не важно, но раз в год слова «умеренность», «сдержанность» и «хватит пить, пошли домой» выбрасываются на помойку, чтобы быть извлеченными оттуда только в обмен на пожухлые елочные трупы. На землю опускается сумрак рукотворного Рождественского Апокалипсиса!