И вот. Казалось бы. Надо что-то написать.

Итак, краткое руководство как надо писать вещи (только не те вещи, чье авторство нихто не помнит). А я расскажу вам о тех вещах, которые остануться долго и нудно в памяти потомков. И потому рассказываю.

«Мы солдаты, сражаемся за царей, которых даже не видим».

Фраза из фильма

Герои нужны всегда.

И герои нужны всем.

Что может быть лучше для достижение цели (какой бы она не была), чем хороший, качественный, безотказный герой? Герой, который готов пожертвовать собой, готов идти хоть на край света, по первому же призыву, не спрашивая причин, удовлетворившись путанными, сомнительными объяснениями, герой, который все придумает сам: и честь, и славу, и правду, за которые он будет бороться, и которые он принесет своим хозяевам на блюдечке с самой что ни на есть эстетической каймой.

***

Диаскоп, старые слайды:

Насильно надетые на маленькие ножки сабо,

Большой воздушный шар в форме груши,

В радиусе километров восьмисот, если не бо-

льше, ни одной вывески «Суши».

Только «Бублики».

Несмотря на большое количество публики,

Черные лебеди подплывают совсем близко,

В далекой Италии скоро расцвет музыки «диско»,

В моде еще часы, а не вечные календари.

Одежда слишком клетчата и мешковата,

Зато в одной руке сахарная вата,

а в другой — шар, который мне подарили,

Просто потому что первое мая

«Война — это тщательно организованный бардак!»

Генерал Омар Брэдли

Сегодня я чуть изменю привычному формату рубрики: я буду писать не о фильме, который посмотрел, а о фильме, который хотел бы посмотреть. Причина? Размеры. В смысле, размер будущего блокбастера, который, еще не дойдя до наших экранов, уже заслоняет своей тенью все, что только можно. Речь идет о «Трое» Вольфганга Петерсона. Скорее всего, это будет фильм-»самый…». Самый большой, самый дорогой, самый еще черт его знает что, самый такой, что дальше некуда. Теперь вопрос: а будет ли он при этом еще и стоящий всех этих «самый»? И это вопрос, на мой взгляд, очень важный. Потому что для меня лично ни огромный бюджет, ни громадные декорации, ни тем более разные там спецзаморочки, ни даже участие великолепных актеров (а Ахиллеса играет не кто-нибудь, а сам Брэд Пит, так что теперь речь идет о «брэдовской пяте»), ни такой сценарист, как сам старик Гомер, — ничто из выше перечисленного не является никакой гарантией. Раньше-то как было: прочитал на афише Марлон Брандо, или Бернандо Бертолуччи — и все, спокоен и уверен как Кличко в дворовой драке. Любой из двух. Теперь дело другое. Бертолуччи постарел, Брандо потолстел, а кино, простите, поглупело.

Счетовод больницы небольшого провинциального городка однажды пришел домой очень уставший. Даже не испытав желания поужинать, он решил лечь и уснуть. В последние годы он часто, приходя домой вечером, ужинал и тут же уходил спать, ни у кого, ни у уже повзрослевших детей, ни у все больше ворчавшей по поводу его отстраненности жены ничего не спрашивая, стремился углубится в сон; до появления света очередного и скорее всего нежеланного дня, на всем протяжении которого он нетерпеливо ждал его конца, чтобы опять уйти в забытье. Сегодня в состояниии между бодрствованием и сном почему-то он стал вспоминать свою юность…

Хожу здесь, задевая душой небеса

А рукой не достать

даже до самых крошечных звезд.

Хожу здесь, и путь мой так сложен сверху,

А снизу — как будто прост.

Ищу здесь

тепла и света,

Собирая цвета и цветы.

Ищу,

чтоб украсить то дивное место,

В котором мог бы быть ты.

Хожу здесь, задавая вопросы

Каждому, кто, кажется, знает ответ.

Брожу здесь, и ноги уже по колено в грязи,

А следы — почему-то нет.

……

Растает рассвет

Бокал ландышевого вина,

Капли стеклянной воды

Усердие все превозмогает!

Козьма Прутков

Нет, все-таки приятно иногда убедиться в собственной правоте. Говорил я, что с идеями в Голливуде полный «аллес»? Так оно и есть. И вот еще одно подтверждение: фильм режиссера Тодда Филлиса «Убойная парочка: Старски и Хатч». Ну, то есть, сам-то фильм ничего, но вот факт его появления. Точнее, то из ЧЕГО он появился. А появился он из одноименного телесериала, крутившегося по сети АВС в 1975-1979 годы.

Смерть превращает жизнь в судьбу.

В. Гюго

Традиция жертвенности одна из самых древних в истории человечества. Уподобляя богов самим себе, люди допускают возможность поторговаться с ними, а жизнь полагают самым ценным товаром. Их нисколько не смущает тот факт, что они предлагают богу то, что сами получили от него, а это все равно, что продать торговцу его же товар, за его же деньги. Неужто бог, чьи возможности они столь высоко оценивают, не может забрать себе жизнь сам, если уж она так ему нужна? Поэтому я думаю, что ничего толкового за всю истории цивилизации люди у богов не выторговали и все жертвы, понесенные человечеством, напрасны.

Самое интересное и значительное для всех мальчиков из старой, уже полуразвалившейся школы небольшого городка было хождение в кино и поcледующее обсуждение нового фильма. Такое случалось у них однако очень редко, и каждый, кому накануне посчастливалось посмотреть новый фильм, пересказывал его содержание подряд несколько дней, пока все остальные учащиеся с ним мальчики не выучивали все наизусть, даже не увидев его. Трудность была в отсутствии денег у учеников младших классов — и у старших учащихся они бывали не так часто — а за билет нужно было платить, иначе в зал демонстрации фильма тебя не пропустили бы.

***

Солнце, май, Балеары…

Хотя нет — Москва, тротуары,

Относительно молодая пара —

Где-то около сорока.

У него в кармане рука,

Она держит его под локоть

И что-то пытается говорить,

Теряя нить.

Он

Ведет себя так,

Будто своей «половине»

Приделал лейбл на пуповине,

Когда лишь явилась на свет,

И все четырнадцать лет,

Которые вместе прожили,

Давно уже тянут на четвертак

По количеству лжи.

А рядом текут ручьи

А мимо идут ничьи

Без инвентарного номера