— А ведь я, твою мать, знал!

Подлинная фраза из фильма

И я знал. Точно знал, так ее… Знал, что если режиссер попробовал исторической кровушки, он ни за что не остановится. Будет рвать ее, бедняжку, рвать в клочья, пока не испустит она болезная последний вздох и почит в бозе. И он добился таки своего, добился, Ридли Скотт, режиссер-вурдалак, «знаток» жизни гладиаторов и, как теперь выясняется, неизвестных подробностей крестовых походов, кои он и изложил тщательнейшим образом в фильме «Царство небесное».

Да, «гладиатор» вернулся. Такой же фантастический и мелодраматический, почти не изменившийся. Ну, может малость в лице: актер-то другой, Орландо Блум, эльф и кузнец, лучник и пират. Теперь он опять кузнец, но в средневековой Франции 13 века, а по совместительству незаконнорожденный сын барона д’Эбелина Балиан. Не имея законного наследников, и случайно обнаружив сына, по пути в Святую Землю, барон д’Эбелин захватил последнего с собой и провозгласил своим наследником. В пути барон получает смертельную рану, с кем не бывает, и перед смертью, посвящает сына в рыцари и нарекает бароном д’Эбелином. Именно в этом качестве, после кораблекрушения и множества других, не менее замечательных аттракционов, Балиан пребывает в Иерусалим, в самое тяжелое для Иерусалимского королевства время, в закатные его годы, накануне почти полного изгнания крестоносцев из Палестины. Это так сказать, исторический фон, хотя историческим его можно назвать лишь с большой натяжкой. Все происшедшее далее, можно назвать одним словом: «Крестоносец с мусульманином — братья навек!» Перед выходом фильма на экран, многие критики в арабском мире высказали опасения, что фильм внесет в сложные отношения между христианами и мусульманами дополнительную напряженность. Теперь ясно: если фильм кому и понравится, так только арабам, потому, что исторически верный персонаж там один — султан империи Абассидов Салах-ад-Дин. Все остальное, чистой воды, «гладиаторщина».