«…ему стало ясно, что он в ту пору сталкивал с дороги стариков. Он был тогда восходящей звездой, Молодостью, а они — близившейся к закату Старостью. Не мудрено, что победа над ними давалась ему легко: у них были вздувшиеся жилы, искалеченные суставы, крепко засевшая в теле усталость от бесчисленных проведенных ими боев. Ему вспомнилось, как в Раш-Каттерс Бэй он побил старого Стоушера Билла на восемнадцатом раунде и как тот, словно ребенок, плакал потом у себя в раздевалке».

Джек Лондон, «Кусок мяса»

Эх, если бы в жизни было все так же ясно как на ринге. Если бы можно было разойтись с судьбой в разные углы, обтянутого упругими канатами, квадрата, сесть на табуреточку, зажмурится от яркого, бьющего в глаза света, хорошенько подготовится, отдышаться, а затем, пружинисто подпрыгивая и мотая руками, выйти на средину и дождавшись бронзовой вибрации гонга, ринутся в схватку. Жаркую. До последнего вздоха. Но по правилам. А значит, по справедливости.

Но нет. Судьба не ждет, а наносит свои удары беспорядочно, куда попало, а главное, в любой, самый неподходящий момент. Какая уж там справедливость. Совсем как в фильме Рона Говарда «Человек-золушка».

В нашем прокате фильм получил прямолинейно-дубоватое название «Нокдаун». А совершенно зря, ибо «человек-золушка» это вовсе не неуемная фантазия сценаристов, а реальное имя, данное газетчиками знаменитому боксеру 30-х Джеймсу Брэддоку.