Для того, что бы понимать всех без исключения людей на земле, вовсе не надо знать все языки. Надо только хотеть их понимать.

Раджив Ганди

Этот год можно вполне обосновано назвать годом полного триумфа синтетического кино. Я подразумеваю, обилие в этом году премьер мультипликационных фильмов снятых по технологии CGI, то есть, сгенерированных на компьютере. Актеры, пока еще самый капризный и проблемный элемент индустрии кино, потихоньку сдают свои позиции. Не то чтобы совсем — движения персонажей в мультфильмах очень часто создается с помощью пластики актеров-людей, да и живому голосу пока еще замены нет — но внешность актеров уже почти не играет роли. Достаточно вспомнить Горлума из трилогии «Кольца» Питера Джексона — каким гримом и подбором актерской фактуры можно было бы еще добиться такого же результата? До сих пор компьютерной мультипликации сдерживалась рамками жанра — мультфильм он и есть мультфильм, чаще всего он как детский и ироничный, реже что-то из области фантастики. Однако, все течет и меняется, и, похоже, синтетическое кино собирается раздвинуть рамки. Примером тому может служить появление на экранах полноценного и стопроцентного мюзикла из жизни пингвинов. Пока еще, это привычный детский мультфильм, но уже весьма необычный. Итак: «Делай ноги» от автора «Иствикских ведьм» Джорджа Миллера. Правда, что касается названия, мы в очередной раз имеем дело с буйной фантазией отечественных переводчиков, так как оригинальное название мульта «Happy feet» буквально «Счастливые ноги». Что не понравилось в оригинальном названии, и почему ноги нам теперь предлагают «делать» сказать трудно, но именно в такой транскрипции лента вышла в наш прокат.

Любой ребенок, мечтает побыстрее вырасти. А взрослые ему в этом активно мешают.

Макаренко

Детско-юношеское кино понимается режиссерами, как правило, буквально. То есть, если кино подростковое, то и речь там должна идти о подростках. Неизменно. Как будто подростки и не хотят вырастать, и их не волнуют вещи взрослые. А ведь волнуют, еще и как, по себе помню. И вырасти, лично мне хотелось побыстрее. Потому и не нравились, мне разные нравоучительные истории про спасаемых черепах, и трудности школьной жизни. По сути, это были на самом деле фильмы о том, как довольно забывчивые взрослые, представляют себе детскую жизнь. И единственным исключением из этого правила были комедии. Наверное, смех — единственно, что объединит взрослых и детей по настоящему. За исключением подарков на день рождение и денег «на кино». И именно поэтому, подростковые комедии оказался таким живучим жанром: их снимают, снимали и будут снимать, несмотря на то, что все сюжеты этого нехитрого промысла, уже исчерпаны до дна. А что еще остается взрослым, что бы завоевать сердца детей? Только как следует подлизываться. И придумывать дурацкие названия, как в последними фильме Бетти Томаса. А что поделаешь? Специфика жанра.

«У политиков и комиков есть много общего — и те и другие совершенно не хотят думать о последствиях».

Ричард Никсон

Вот скажите, положа руку на сердце: есть на свете еще одна такая смешная шутка как политика? Нет, конечно же, есть еще синоптики и сборная России по футболу, но все они рядом с политиками, как Петросян рядом с Чарли Чаплином. Особого остервенелого веселья добавляет откровенное презрение, с которым мы относимся к нашим политикам: смеяться над тем, кого презираешь, особенно приятно, это все со школы помнить должны. А если прибавить к этому то, что смех — это единственно, что у нас осталось, что бы рассчитаться с политиками за все, что они с нами регулярно делают, скажите, какой успех должен ждать фильм политико-сатирического жанра? Особенно если за дело берется тот, кто на политсатире собаку съел? Причем с хвостом? Я имею в виду Барри Левинсона, автора таких фильмов как «Доброе утро, Вьетнам» и «Хвост виляет собакой». Тем удивительнее было видеть получившийся результат. В виде фильма «Человек года» с Робином Уильямсом в главной роли.

— Здесь кто-то уже был?!

Христофор Колумб

Ничто так не стимулирует фантазию, как незнание. Именно купюры нашего образования заставляют наше воображение заполнять недостающие фрагменты окружающего мира гипотезами и предположениями одно нелепее другого. Вспомните, какими монстрами в детстве вы населяли темноту? С возрастом положение меняется, темнота нас больше не пугает, ее место занимает невежество. И точно так же, как в свое время с темнотой, мы поступаем с предметами и явлениями, которые нам незнакомы. И рождаются мифы и предубеждения. Например: если съест генномодифицированную картошку, то можно стать монстром. Или: компьютерные вирусы — это такие червячки ползающие внутри жесткого диска. Но самое удивительные метаморфозы человеческое воображение производит с самым, пожалуй, малознакомым большинству предметом — историей.

Дикарион (от «ди» и греч. «káryon» — орех, ядро ореха), сближенная пара гаплоидных ядер в одной клетке. Возникает при половом процессе у сумчатых и базидиальных грибов.

Какие мысли навевает у вас зима? Не знаю как у кого, а у меня мысли о летнем отдыхе. Потому как ничего так остро не желаешь в декабрьскую стужу, как оказаться в июньской жаре, где-нибудь на черноморском побережье, в тени старого платана, с бутылкой хорошего вина. А поскольку, я думаю, что совсем не одинок в этих своих желаниях, то мысль продюсера Гоши Куценко (да, да, он теперь еще и продюсер!) и театрального режиссера Виктора Шамирова (да, да, он теперь еще и кино снимает!) выпустить в декабре на экраны комедию о лете не показалась мне столь абсурдной. Зато весьма абсурдным мне показался результат. Причем даже новый, удобный зал отремонтированного кинотеатра «Довженко» не скрасил впечатления от «шедевра». Ну, а что еще можно было ожидать от двух людей, занявшихся явно не своим делом?