Сегодня утром решил пойти к оврагу на Каштаке. К оврагу, где в начале гражданской войны расстреливали «красных», в конце — «белых», а в тридцатых — «врагов народа». Сколько незахороненных останков покоится в этом овраге! Когда роют котлованы, под строительство домов на Каштаке, частенько находят человеческие кости, кокарды от фуражек, догнивающие кирзовые сапоги. Всё это, включая черепа, растворяется в неизвестном направлении. При подобных находках никакие ученые не ползают тут на карачках. Никому это не нужно. Уже надоели всем кости на Каштаке. Никто не ищет останки поэта Клюева, расстрелянного осенью 37 года. Вот его последнее стихотворение, написанное на клочке бумаги:

Есть две страны; одна — Больница,

Другая — Кладбище, меж них

Печальных сосен вереница,

Угрюмых пихт и верб седых.

И было прожито посильно,

Хоть было прожито — пассивно.

А жили в сериале мыльном;

Как оказалось — дефективном.

Немногого, казалось, стоя,

Созрели — да и сгнили! — к сроку.

А повесне — взошли попсою

Все остарбайтеры от рока…

08.08.06.

Со свинствотой не окабанеешь

— а правда, что свинствота освиняет? — поинтересовался у мамы хрюшка

— окабанеть можно без свинствоты — ответила мама

29.01.08

Квадрасенок

— а я не парасенок, я квадрасенок! — сказал хрюшка маме

— не важно, пара у тебя сенок, или квадра

— а что важно?

— сенокос в разгаре, работать надо, а не философствовать — объяснила мама…

29.01.08

Свиновыродок

— а я лучше всех человечу! — сказал маме хрюшка

— хорош прикалываться. Свинята должны свинячить! — возмутилась мама…

29.01.08

«Всякая плоть — трава, и вся красота её, как цвет полевой. Засыхает трава, увядает цвет, когда дунет на него дуновение Господа: так и народ — трава».

\Ис. 40,6-7\

Раз трава поспела — её надо косить. Но если нет скотины на хозяйстве, то можно и оставить — она засохнет на корню и уйдёт в перегной, дав пищу потомкам. А можно её сжечь, обратив в золу и удобрив почву. Следующей весной взойдёт новая трава — и ещё лучше прежней. Любая стратегия равноценна и не имеет моральной окраски в глазах Садовника. Но трава думает иначе.