Осень 1941 года… Уже несколько месяцев идет Отечественная война. Немецкая армия фокусирует свои бинокли по храмам Москвы. Огромная страна, смятая мощью первого удара вермахта, начинает оправляться от шока.

Но это происходит далеко на западе, а здесь, на Урале, где вековые нетронутые леса, малолюдье, и уже нажали морозы - иные разворачиваются события.

…Поздним вечером в один из домов на окраине обычной уральской деревни стучался человек в шинели. Дверь изнутри была заперта на крючок. Он подпрыгивал, и скрипел под ударами тяжелого сапога.

По двору сипела октябрьская поземка. Она белыми, живыми змейками извивалась по грубым ступенькам крыльца, выбеливала комки грязи на улице, отчего темнота казалась еще беспросветное.

Тайга, плотным кольцом окружившая деревню, шумела грозно и неумолчно, как шум океанского прибоя. Иногда в ней с глухим выдохом падали, выворачивая вместе с корнями глыбы сизой подзолистой земли, старые перезревшие ели, образуя непроходимый бурелом.

Человек в шинели был молод, среднего роста, худ, чуть кривоног, с новенькими погонами младшего лейтенанта.

Как выглядят и на что похожи дети зла? Если бы на каждого Плохого Человека вешали от рождения соответствующую бирку, то Добрым Людям это сильно бы облегчило жизнь. Однако такие мероприятия нередко приводили к значительным злоупотреблениям — потому к ним прибегают только в крайнем случае. Сами дети зла всегда категорически против сегрегации по мировоззренческому признаку. Кроме того, они очень щепетильны в отношении своей чести, достоинства и деловой репутации. Ещё бы: для того, чтобы успешно кормиться, хищник должен быть совершенно незаметен до самого последнего момента.