* * *

Город маленький и тайный

Ты узнал о нем случайно

Мы не верили вначале

Но подтянемся к среде

Дремлет пёс под сенью туи

И кораблик из латуни

Ищет рыбку золотую

С крыши тучи оглядев

Правый берег, тени вёсел

Синь воды закупоросил

Остров неба. Эту осень

Видно очень далеко

* * *

Я тебе наговорю строк,

Может, будет хоть от них прок,

Может, почт голосовых хлам

Перекроет этот шум-гам

Расскажу как на духу — нож

Не во все еще дома вхож,

Кто сказал, что не зальет грот —

Разошелся бывший лёд влёт,

Черной деве и дурак — враг,

Лучше правды, чем опять врак

Сделай тише, и услышь сам:

Где-то, где-то далеко, там,

Говорят, что есть страна Чад…

…а у нас тут эсэмэс-чат,

А у нас тут виайпи-зон,

Что проснулся даже Джон Донн,

Испускает твой жираф дух,

Ну объясни теперь, что ты за человек

В полном расцвете сил то ли еще творишь

Дважды вошел по грудь в заводи желтых рек

Вечно незваный гость, ангел стокгольмских крыш

Кто застегнул тебе лямку наискосок

Кто научил летать и заходить в дома

Где там твоя любовь — толстая фрекен Бок

Все принимает душ, все не сойдет с ума?

Знаешь, внизу снуют люди — тебе нельзя

Ниже того окна нету теперь пути

Там на испуг берут и ни за что грозят

Чтобы пропеллер твой лентами закрутить

Им до твоих пластмасс как до земных колец

* * *

мы будем жить с тобой на берегу

в капканах звезд, расставленных врагу

в них угодив до одури по дури

чтоб отблесками синего стекла

была стрела с небесного стола

где тамада мятежный просит бури

мы будем ждать погоды у воды

разбив семирамидные сады

произнося молитвы из декарта

легка строка — cogito ergo sum

наверно, нас когда-нибудь спасут

в порядке звезд, поставленных на карту

куда бы плыть, когда стоит земля

за сутки совершив полет шмеля

и чудом избежавши гильотины

***

Не жди меня, хозяйка медной горы

Не оставляй нетронутым мини-бар

Я буду где-то в районе созвездья Рыб

Во всей красе, нелепой, как Ихтиандр

Давай поживем-увидим, и выход твой

Как нищему два билета в одно туда

Хозяйка медной горы, полетим со мной

И ты повидаешь клёвые города!

Ура, закричат швамбраны, стучит в висках!

Приливы здесь не больше, чем светодень

Хозяйка медной горы, я иду искать

Поймай меня, догони, чтоб оставить здесь

Пойдешь наобум, и станем стена к стене

И спрятать уже не получится малахит

—-

это август, безвременье года, уже

недостаточно солнца и сон беспокойнее

вместо свежих черешен — конфеты «фруже»

и остовы цветов на твоем подоконнике

это просто набор, это сущий пустяк

сокращения слов или мышц сокращения

ты проходишь в толпе, будто спишь на гвоздях —

больше сотни уже не имеет значения

и как будто играешь в «здорово живешь»

и тузы в рукавах стали модным поветрием

и счастливей в разы с приближеньем подошв

словно мыльный пузырь со своей геометрией

—-

Оставьте нас наедине

и о какой-нибудь фигне

я напишу с особым смыслом.

Пока доступен абонент,

мы будем счастливы вполне,

и будет снег к двадцатым числам,

а может зайчик на стене.

Оставьте нас наедине.

Прикройте поплотней окно,

кому замерзнуть суждено —

дрейфует без того на льдине,

и местечковый сирано

одну из многих параной

сожмет в сюжетец пародийный,

чтоб над убогими грешно

смеяться. Времени станок

весь день бумагу линовал,

чтоб не болела голова,

«…hey charlie for chrissakes

do you want to know the truth of it?

i don't have a husband

he don't play the trombone…»

Т. Waits

Здравствуй, Чарли

ну, положим, я скучаю,

у подъезда кто-то выдернул качели,

разговорами пустыми докучает

Рита с формами натурщиц Боттичелли,

Переулок заворачивает к чайной,

Запах лип сменили сахарные зимы,

Я скучаю, избалована врачами

Ем варенье (за которое спасибо).

Я бы с радостью, да все не удосужусь

прочитать про непорочное зачатье,

Я на всякий случай бью твою посуду —

не на счастье,

ускорение

…а завтра не спасешься валидолами,

услышав через бежевый вельвет,

что отражает звуки тело полое,

и придорожный пух заполнит голову,

и ускоритель в ватной голове

надавит нарастающими ритмами

на рифмы, породившие клише…

полуденное солнце усмирит меня,

сожмет июнь тоской гидроперитною,

и никуда не денешься уже.

***

когда ни одной сосны — легко заблудиться, даже

дорогами, что вели от пошлого эрмитажа,

приходишь все в тот же двор, где смысл рикошетит эхо,

***

Накатила немота и дремота,

с юго-запада на северо-восток

семицветика последний лепесток

круг не делает и вряд ли долетает —

есть коса когда находится и камень.

отдыхающий от оптоволокна

черный город у открытого окна

механически играет желваками.

опоздали, подустали — сами-сами

накололи, прокололи пуп Земли,

поезд следует до станции «Фили»,

набиваясь до отказа беглецами.

кто не спрятался — не откачали в мае,

и пока мы загорали на морях,

они вышли, ничего не говоря,