В моем семейном архиве есть фотография сентября 1917 года «Семья Григорьевых»: мой прадед и прабабушка, шесть их красавиц-дочерей в возрасте от пятнадцати до двадцати двух лет, их два сына и зять, снохи, и малолетние внуки. Тринадцать человек на снимке. Лица серьезные, взгляды внимательные, — даже у малышей.

Я представляю, как они собрались в «зале» у фотографа, одни рассаживались по креслам и стульям, другие становились во второй ряд. Фотомастер, вероятно, несколько раз тасовал персонажей на фоне расписанного задника, кому как встать или сесть и поворот головы держать, — чтоб соблюсти родовую семейную иерархию и композиционную гармонию всей фотографии. Ведь снимок делался для потомков, на века. Никто из персонажей семейной фотографии и не представлял, что через несколько недель в Петрограде произойдет вооруженный переворот, и все основы их мира будут порушены.