Большие игры

***
Не жди меня, хозяйка медной горы
Не оставляй нетронутым мини-бар
Я буду где-то в районе созвездья Рыб
Во всей красе, нелепой, как Ихтиандр

Давай поживем-увидим, и выход твой
Как нищему два билета в одно туда

Хозяйка медной горы, полетим со мной
И ты повидаешь клёвые города!

Ура, закричат швамбраны, стучит в висках!
Приливы здесь не больше, чем светодень
Хозяйка медной горы, я иду искать
Поймай меня, догони, чтоб оставить здесь

Пойдешь наобум, и станем стена к стене
И спрятать уже не получится малахит
Хозяйка медной горы, не скучай по мне
А я обещаю к ночи стереть стихи
(7 октября, Екатеринбург)

***
Будет скучно — поедем в Китай
Там наверно сейчас бабье лето
И полно еще мелких камней
Мы найдем, где приткнуться, по мне
Так вообще надо бросить монету,
Подтолкнув, если ляжет на край

Будет грустно — рванем на Оку
Послезавтра и праздников после
Там не будет уже ни души
Разноцветные карандаши
заштрихуют непозднюю осень
и допишут шестую строку

Будет некому руку подать
Облокачивайся на перила
Видишь перистые облака
В километре от материка
Что-то черное солнце закрыло —
Три кита научились летать

30
птица моя низколетящая как же так
где-то за шторой мир притворялся нашим
кинул пятак и выпал опять пятак
аверсом вверх чтоб не рвать на груди рубашек

не понимай лучше спрячься под козырек
в городе этом дожди зарядят на месяц
смоет полцарства зато в голове с царем
только слова без ушей ничего не весят

вот и родись столько раз сколько дней сентябрь
вот и учи корабли нагружая память
рыбы лежат на земле а земля в сетях
прямо пойдешь попадешь под лежачий камень

птица окаменелость моя ау
строчки не клином а небо уже темнеет
падают листья и с ними сожгут траву
дело к зиме и не спрашивай где я
где я

***
Я живу, под собою не чуя перин
Мне принцессы опять проиграли пари
Вечер томен, и, кажется, повод не плох
Чтоб расставить красавцев в углы на горох
И уйти в амфитеатры

Полуночная тень моего визави
Книгочейская пыль и коричневый твид
Он не водит по строчкам и сам не гнусав
Он читает мне, начисто переписав
Двадцать пятые кадры.

Я как будто не слышу, строчу о своем
Он читает еще, ставит точки над «Ё»
Уходи, говорю, он не слышит, кричу,
Не хочу я разгадывать сны, не хочу
Не проверить — и бог с ним!

И тогда он опять не покажет лица
И исчезнет народ с золотого крыльца —
Царь, царевич, король, королевич, и я…

Пятый час, пятый пат, золотая ничья
И незваные гости.

Адамо
Это просто к осени и к дождям
И пока там птицы летят на юг
Наизнанку вывернутый июнь
За последним поездом по путям

Догоняет будто, а все не то
Посидит, подумает и назад
Все равно ведь лето по тормозам
Все равно уже доставать пальто

И сидеть, не веря, который час
И скрывать лицо за воротником
Вряд ли зная — где-то, недалеко
Есть дорога желтого кирпича

Ты и рад, да сколько таких путей
И деревья машут, не шелестя
Все равно ведь к осени и к дождям
Все равно хорошие, да не те

И не надо пядей семи во лбу
Повернуть ключом, чтоб на час назад,
И «привет» сказать и еще сказать
Ни о чем, бессмысленно, наобум

Лавочки на печки и день на век
Променяют…
Вечером из домов
Сальватор послышится Адамо
Да и без него будет падать снег.

саммари
Не возжелай, не жди, не жалуйся
Вопросов нет, ответы множатся
Остановите здесь, пожалуйста
Мне тоже нужно подытожить всё

Похолодало. Ой ли, ветер ли?
Зайти, и если, паче чаянья…
То сделать вид, что не заметили
И промолчать, по умолчанию

Пройти квартал, попасть в ротацию
И появляться волей случая
Всегда с завышенными таксами
Зато расспросами не мучая

Лишь пони бегают и цокают
И кругоднями подневольными
стучит режим: наполнить соками
и выжать рифмами глагольными —

Течет вода и речка движется
И вроде жизнь, и камень точится
А про любовь уже не пишется
И ничего уже не хочется
(Хабаровск, 10 сентября)

Числа
Второго позвонили издалека
Сказали, что приедут наверняка
Ловлю себя на том, что боюсь звонка —
Обычно так и бывает — ни в склад, ни в лад

Ищу тебя которую жизнь подряд
В известной мне системе координат
Где оси насквозь и у всех твои имена…

Мисс Лала в цирке Фернандо (Эдгар Дега) —
Похоже, так же кружится голова.
Никто не успел испугаться, вставай, вставай
Дыхание восстановится на «раз-два»

Четвертого сказали, что не резон —
Нелетная, да и мертвый уже сезон
И ветер…
Да, Джонатан или Ливингстон
В попутчики набивается — два по сто
в портовом буфете.

Слово арендовать
И сдать пунктуально шестого в двенадцать дня.

Седьмого ты снова сказал, что забыл меня.

бета-версия
Вечер, Страстной бульвар, у подземного перехода
Девушка в чем-то пестром — свитер, а может — пончо
Думает, что-то пишет, клетки, неровный почерк
Складывает листок, убирает в сумку, ловит машину «шкода»
Водитель берет левее, пересекает два ряда, делает
Музыку громче, вдруг начинается сильный ливень
Через пару секунд сурраунд оставляет нам вместо имени:
«Что бы со мной ни случилось, я заранее так хотела».

Бета-версия жизни, первый тестовый месяц.

Вечер, Страстной бульвар, у подземного перехода
Девушка в чем-то пестром ловит машину «опель»
За рулем женщина, каждая думает о своем, обе
Хороши собой. Когда проезжают фото-
лабораторию, та, что за рулем, начинает рассказывать,
Что была актрисой, и, как это бывает, любила актера,
Резала вены… Девушка-пассажир просит остановиться у светофора,
Зачем-то говорит, что беременна, выходит, на часах полночь — ушла
последняя электричка в Бекасово

Бета-версия жизни, можно попробовать снова.

Вечер, Страстной бульвар, у подземного перехода
Девушка в чем-то пестром — докуривает, идет к станции
«Тверская», платит тринадцать рублей в кассу
Проходит за турникет, спускается, смотрит, сроду
не ездила на метро. Поезд тормозит резко, застревает в тоннеле
Пассажиры падают, девушка попадает на мужчину в очках
Через две с половиной минуты снова включается свет, через два дня они
будут смотреть на закат,
Через месяц — поженятся, и она будет ездить в метро не менее трех раз в
неделю.

Эта версия жизни пока еще бета. Пока…

Вечер, Страстной бульвар, у подземного перехода
Девушка в чем-то пестром все-таки ловит машину
С трудом пролезает в салон, проклиная себя за то, что юбку ушила
Водитель включает знакомый альбом «Депеш Мода»,
Смеется, протягивает руку, называет себя. Она, как дурочка, плачет —
Так бывает не только когда режут лук, а ножом — по сердцу
Хорошо забытое старое, видимо, никуда от тебя не деться.
Бета-версия жизни. Разумеется, все могло быть иначе.

***
Главное — эта осень из года в год
Выверен адрес до знака, нет писем от…
Ни одного твоего, только что с того —
главное — будет зима, и она пройдет

Знаешь, уже все равно, что потом, за ней:
Край черепичных крыш, голубых вершин,
Башни зеркал, эфемерность трухлявых пней,
Главное, ты пиши, ты пиши, пиши

Шорохи точек на клавиатурный лад
Либо не Liebe, а любо, любовь, любой,
Что-то забытое, словно жила-была —
Знаешь, и это проходит само собой.

Игры
дымковская игрушка в бейсболке со сломаным козырьком
выкатывает квасную бочку к подъезду,
бочком занимает место на троне
у ее ног сворачивается облезлый кот —
отец байстрюков из шестнадцати смежных кварталов

в пожарном пруду по традиции тонет
мячик

девочка скачет,
передвигая с клетки на клетку
баночку от гуталина,
она узнала
от полоумной соседки
что мама приходит поздно не потому что льдина
с очередными папанинцами дрейфует, и надо давать сюжет,
а просто у дяди володи есть красивые слайды про море
он живет на шестом этаже,
часто говорит sorry
и три раза был за границей…

бабушки на скамейке делают лица

ветер северо-западный, по телевизору — лебединое озеро
кто-то подстраивается под ритм первой скрипки
синхронизируя страстные па-де-де

дело к осени
расчет траектории падения листьев допускает ошибки

сосед со второго снова не сделал
машину, укрывает ее брезентом,
уходит домой, вытирая руки тряпкой из хлопка —
остатками старого платья жены, растолстевшей от родов в мае,
читает газету в лифте, успевая прочесть полтора заголовка,
зевает…

маленький мальчик играет в большие игры —
раскладывает всех жильцов по кроватям
убирает в коробку игрушечный дом, бочку с квасом, кота,
стирает классики, гасит экран (на шестом, кстати)
говорит маме спокойной ночи.

за кадром звучит чайковский, потом тишина, пустота
т и т р ы

Материалы по теме:

Дождя     В.А. если сны точно галлюцинации и в реальности тоже глюк ты последний мечтатель нации расколовший орех «Кракатук»
Здравствуйте, меня нет дома Колыбельная Месяц тук-тук-тук в окошко Тихо так и на немножко В кухню звяк и на пол сел Огляделся, разглядел В кружке чай, кусочек хлеба Три звезды, упавших с неба, Карандашик и блокнот.
Реконструкция Создаю себя вновь, потому что пропали детали, поистерся рисунок на тусклых глазурных боках, кракелюр изморщинил остатки эмали в металле и исчезла экспрессия в некогда дерзких мазках. Все мои завитки аккуратно взлохмачены пылью,