Дневник задним числом-5

Дневник задним числом-5

Дневник задним числом-5
В соавторстве с Людмилой Сафроновой … Да… Как говорил Остап Бендер, ссылаясь на непреклонный авторитет друга своего детства Коли Остенбакена, и на старуху бывает проруха… И в данном случает той прорушистой старухой оказался не кто-нибудь, а я сам…

Неожиданный финал
Живу я в тихой стране, жуликов тут мало, так что я — выражаясь суконным языком — просто потерял бдительность. Когда моя знакомая из Пензы рассказала мне о тяжелой жизни Людмилы Сафроновой я, воспылав негодованием на бесчестность системы, душащей свободных честных бизнесменов, решил написать о бедной жертве государственного произвола, книгу…

Теперь как? Лично знакомиться теперь нет нужды, и то, что Людмила в одной стране, а я в другой, не казалось мне большим препятствием — ну, познакомились мы в Скайпе, поговорили несколько раз, и начал я писать книгу…

Писал начало на энтузиазме, на душевном подъеме — будто делал большое дело в борьбе с существующим кащеевым режимом… И что же? С каждым разговором с Сафроновой, у меня этот энтузиазм как-то сам по себе истаивал в духе пастернаковской свечи на столе… Что-то меня стало настораживать… Что?

Ну, что она слова в простоте не говорила, а лишь в матерном исполнении, это меня не особо смущало. Хотя, смущало — она не говорила, а ругалась, абсолютно без дела вставляя матерные слова в свою и без того цветистую речь… А речь была…

Я все пытался вспомнить — кого это мне все напоминает? И вспомнил…

Работал я тогда антикоррозийщиком и мойщиком в Автосервисе Москвич… Как меня туда занесло? А в те времена меня КГБ поставило во все черные списки, так что на работу меня даже дворником не брали. План у них был простой — не давать мне работать, а потом посадить за тунеядство…

И вот, когда я уже почти смирился с высылкой из Москвы, утешая себя тем, что Бродского тоже выслали, правда, из Питера, мамин знакомый /царство ему небесное/ взял меня к себе на работу. Он был генеральным директором этой шараги и КГБ не боялся, поскольку половина их сотрудников чинили свои машины именно у него…

Так вот, был у нас там один маляр Петя… Маленький, рыжий, косолапый… Помнится, как-то в понедельник он рассказывал о своем воскресном дне, и рассказ его выглядел примерно так:

— Ну, вот, идем мы в к кино — мать, б…, сестра, б…, и я — е…ый в рот…

Хорошую компанию он нарисовал и, я бы даже сказал, с излишней самокритикой.

Так вот. Этого Петю по речи мне и напоминала данная Людмила Сафронова.

Но это — так, первые какие-то смутные сомнения в истинности истории моей невольной героини…

Страсбурский суд… Дело Людмилы Сафроновой было рассмотрено в срочном порядке и выиграно — России было предписано выплатить невинно-осужденной солидную компенсацию… И вот тут началось…

Нет, я, конечно, наивное дитя загнившей донельзя Бельгии — страны непуганых лохов и доверчивых бывших диссидентов /это я о себе/. Но все же я, как бывший журналист, привык к тому, что факты должны хоть как-то подтверждаться. Хоть чем-то. И лучше всего — документами…

Сафронова сначала ответила, что вышлет на днях, потом на неделе, потом в следующем месяце… И так тянулось месяцев пять, пока мне не удалось навести свои справки. И выяснилось, что дела Сафроновой в Страсбурге никогда не было, не рассматривалось, и уж тем более, не выигрывалось…

Ну, это уже было тогда, когда я узнал и другие подробности о Людмиле. Она мне говорила, что была крупным бизнесменом, миллионершей, ее подставил пензенский губернатор, с которым она была на короткой ноге… А насчет коротких ног у нее получалось, что только с Путиным она на брудершафт не пила, да и то потому, что они были знакомы с ясельной группы…

А дальше — больше… Удалось мне, сидя здесь, по крупицам восстановить примерную картину жизни Сафроновой… И получилось, что Люда, начав работать в торговле еще в советские времена /лет ей уже 58/, так и осталась торгашкой до мозга костей. Именно той — советской торгашкой, которая и гирьку утяжелит, и пальцем весы оттянет, и мясо марганцовкой посыплет, чтобы убрать с него зеленые трупные пятна… Ну, и дефицит, конечно, ты мне — я тебе… Короче, и ОБХСС купит, и с черного входа войдет.

Но это еще пустяки… Когда дефицита не стало Люда, рассказывая всем о своих заоблачных связях, предлагала доверчивым бизнесменам утрясать их дела на верху… На самом верху! Выше не бывает! Вы же не забыли ее приятеля из ясельной группы? Бизнесмены платили и дела их решались. Правда, не в ту сторону, в которую хотелось бизнесменам…

Ну, а что бизнесмены? А ничего… Как они пойдут в суд объяснять, что давали деньги на взятки? Никак. На это и было рассчитано…

Шли годы… Но только недовольных Людмилой становилось все больше и больше… А Людмила брала все больше и больше за свои — якобы — услуги и дошла до того, что маникюр делала бесплатно, обещая расплатиться потом нужной справкой из налоговой…

Тут ее и взяли на вокзале с большой суммой денег, которые — как она потом утверждала на следствии — она взяла просто поносить… Ну, или что-то столь же убедительное…

И посадили Людмилу Сафронову на 3 года за мошенничество… В лагере она была бригадиршей и бандершей, ее тяжелой руки зэчки побаивались, а начальство ее любило за исполнительность и обильные взятки, а так же за ее любвеобильность, которая распространялась не только на зечек… Хотя, это дело ночное и потому нам с достоверностью неведомое — одни обоснованные догадки…

* * *

С самого начала в своих беседах со мной Людмила проводила аналогии между собой и Ходорковским. Наверное, именно на это я и попался… А зря…

Любой опыт — даже негативный — все равно опыт…

Чему же меня научила эта история? А тому, что среди невиновных, все же попадаются иногда и настоящие мошенники.

И все?
И все.
Но и этого для меня совсем не мало.

Отметить: Дневник задним числом-5

Материалы по теме:

Кладка №7 Макс Францевич подал на ночь необходимое число сигналов и отправился проводить вечернюю поверку. Вежливо потоптался у входа, отряхнулся, пока глаза привыкали к полумраку и, важно переступая голенастыми ногами, вошел внутрь. На первый взгляд все были на местах. Но только на первый.
Северное сияние (Из сборника «Северное сияние») Тогда я еще не знал, что Сережу Кравченко зовут именно Сережа Кравченко, как сам Сережа еще не знал, что 10 лет спустя он станет обитать на Курском вокзале, просить милостыню и пить шампунь и одеколон в те редкие дни, когда под рукой не будет нюхательного клея…
Поехали! Это случилось вчера. Где вы были вчера около пяти? Я шла из института к метро, домой. И на перекрестке у автобусной остановки, там, где много маршруток, такси и частников, где подруги назначают друг другу встречи, я увидела его. Точнее их.
Комментировать: Дневник задним числом-5