Капитан, капитан, улыбнитесь…

Выдержка из устава ВВС

Если говорить о кино 30-40-х, то в голове непроизвольно всплывают два имени: Александров и Рифеншталь — режиссеры создавшие фундаментально-стерильное и одновременно романтично-пропагандистское кино, ставшее одним из глыб в фундаменте идеологий двух крупнейших тоталитарных империй XX века, кино бывшее отчасти лицом Германии и Советского Союза в эти годы. «Триумф воли» и «Светлый путь» — это своеобразный манифест эпохи, ее настоящее и будущее, ее цель и мечта, то, что объединяло миллионы, и то, что затем эти миллионы уничтожило.

Имперское искусство весьма показательно. Есть даже такой фильм — «Обыкновенный фашизм» Михаила Ромма, рассказывающий об искусстве Третьего Рейха. В нем используются и кадры из фильмов Лени Рифеншталь. Нетрудно себе вообразить и фильм «Обыкновенный коммунизм», и там, конечно, надо было бы использовать кадры из фильмов Александрова. Но интереснее всего сейчас было бы все-таки снять фильм «Обыкновенный империализм», про сами знаете, какую страну. И в нем, несомненно, присутствовали бы кадры фильма Керри Конрана «Небесный капитан и мир будущего».

То, что Америка на сегодняшний день является страной с огромными имперскими амбициями ни для кого не секрет. И все у нее для этого уже есть. Полный, так сказать имперский набор: гигантская экономика, колоссальная армия, туповатый президент (кстати, пользуясь случаем, мои поздравления), высокомерная внешняя и скандальная внутренняя политика. Ну, все есть. Одного только до недавнего времени не было. Соответствующего имперского искусства. Не было у американцев своего Александрова. А вот теперь, появился.

Как и положено «звезде» такого ранга, Керри Конран стал режиссером случайно. Не в том смысле, что мечтал быть космонавтом и вдруг — бац! — споткнулся, очнулся — режиссер! Нет. Он им конечно и мечтал стать. Но всех его достижений до «Небесного капитана» было шесть минут компьютерной анимации про то, как гигантские роботы громят ночной Нью-Йорк. Этого оказалось вполне достаточно, что бы продюсер Джон Авнет вручил нашему герою 70 миллионов зеленых прямоугольничков и сказал: «Поехали!» Махать рукой он не стал, а вместо этого вручил сценарий «Небесного капитана», точнее то, что у них там в последнее время считается сценарием. Вкратце это выглядит так.

1939 год. В Нью-Йорке исчезает несколько видных ученых. За расследование этих таинственных происшествий берется репортер Поли Перкинс. Не успевает она толком ни в чем разобраться, как город подвергается налету громадных роботов. Налет отражает одна единственная эскадрилья под предводительством того самого небесного капитана Джо Салливана. После налета капитан и прелестная репортерша — Гвинет Пэлтроу, между прочим — быстро находят общий язык и выясняют, что за всем этим стоит злой гений с неожиданно немецкой фамилией Тотенкомпф. Поли и Джо бросаются на его поиски, и, конечно же, находят, по пути разрешая классический любовный треугольник Перкинс-Салливан-Фрэнки Кук, которая несмотря на имя, все-таки женщина, да еще в исполнении Анжелины Джоли. Вот у них там, в Америке проблемы: из двух красивых женщин выбрать самую красивую. Просто нереальная задача. Кошмар.

Дальше — финальная битва. Победа. Титры. Все, публика выходит из зала. Очень похоже на просмотр фронтовой хроники Шелленбергом и Гимлером из «Семнадцати мгновений весны».

То что получилось у Кронрана, вполне тянет на имперское кино. Крайне претенциозно, с минимумом юмора и с громадным размахом. Отсутствие сценария компенсируется, причем не в равной мере, а с лихвой, присутствием компьютерной графики. Ее не просто много, она там все. С небольшим включением живых актеров. Они, кстати, по-моему, только мешают. При этом, надо отметить, съемки длились рекордно короткое для фильма такого уровня время. Всего 29 дней. Представляете? Ах, да, забыл: перед этим фильм 6(!) лет рисовали на компьютере. Но это уже мелочи, согласитесь.

Еще одним рекордом фильма является участие в нем Лоуренса Оливье в роли доктора Тотнкомпфа. Не однофамильца, не родственника, а самого. Как, вы спросите? Проще пареной репы, как и весь остальной фильм: на компьютере.

После просмотра я почему-то вспомнил анекдот: «Яка краина, такий и теракт!». Захотелось перефразировать. Яка империя, таке и искусство!

Комикс.