Остров невезения в океане есть,

Весь покрытый зеленью, абсолютно весь.

Клонский фольклор

Все началось на 6-ой день. Точнее на 6-ой день все как раз и закончилось, но это согласно Библии. А согласно Голливуду — началось, потому что именно фильмом «Шестой день» с участием Арнольда Шварценеггера и началась вся эта полуграмотная возня с некими «моральными аспектами» проблемы клонирования человека.

Я, кстати, думаю, именно про «моральные аспекты» говорили стрельцы посадскому Афанасьеву, смастерившему в каком-то умопомрачении деревянные крылья, перед тем, как скинуть того с колокольни. «Запомни, антихрист, на всю жизнь, тем более недолго осталось, — поучал дрожащего Афанасьева стрелецкий старшина. — Если бы Господь захотел, он дал бы человеку крылья. А если не дал — значит, не хотел, чтобы человечешки летали. Сейчас в этом и убедишься — лети!»

Вообще, «моральные аспекты» — самое замечательное оружие человечества в деле борьбы с прогрессом. И с каждым годом оно становится все «мощнее», хотя, надо признать, и менее «кровавее». И вот — нашему вниманию представили очередное «изделие» из этого арсенала, фильм Майкла Бея «Остров» — новый удар по последней идее «аморальных» ученых: клонированию человеческих тканей. К художественной ценности этого «оружия» мы еще вернемся, а для начала немного истории.

Как я уже упоминал, первые истерические нотки зазвучали в фильме «Шестой день», по весьма талантливому, надо признать, рассказу Филиппа К. Дика. И уже тогда была обозначена главная претензия к распоясавшимся исследователям: клонировать живые организмы нельзя, так как это прерогатива создателя, а любые попытки приведут к появлению монстров (правда, непонятно почему) и к психологическому конфликту клонированных личностей. (Тоже непонятно почему, ведь о клонировании личности речь некогда не шла.) Впрочем, фантазия обывателей не знает границ, многие всерьез считают, что, наглотавшись генетически модифицированных помидоров, можно стать монстром. Фильм был снят в стиле банального боевика, и невежественность сюжета могла сойти за фантастическое допущение.

Следом вступила артиллерия главного калибра: полумистическая драма, почти серьезный фильм с Робертом де Ниро в главной роли — «Другой». Жанр был иным, но суть претензии сохранилась: не нашего это ума дело, как доктора Джекила не клонируй, все равно выйдет мистер Хайд. Почему? Я же уже говорил — не нашего ума дело. Лучший довод любой инквизиции.

И вот «Остров» Майкла Бея. Все еще серьезнее. Социальная антиутопия. Жанр Хаксли и Замятина. Вот только самих их не наблюдается, вокруг один Майкл Бей. Надо сказать, что главный талант этого режиссера — это профанация. Он уже спасал землю, буравя кометы («Армагеддон»), и доказал всем, что в Перл-Харборе американцы просто не успели взлететь, а то бы их над Токио ловили. Теперь он утверждает, что прогрессивнее матерям отдавать свои органы детям, чем выращивать необходимые из генетического материала будущего реципиента. Главная идея, проталкиваемая в фильме, — невозможность получения нужной ткани или органа отдельно от организма, — сродни идее «Матрицы» о зависимости качества электроэнергии генератора от содержимого его снов. Судя по лампочке в моей комнате, нашей ТЭЦ снится что-то очень хорошее.

В фильме «Остров» огромная корпорация выращивает — естественно, за зеленые деньги — клоны богатых заказчиков с целью последующей замены у последних поврежденных или больных органов. Чтобы органы были качественные, клонов содержат в идеальных условиях: никаких волнений, алкоголя или секса, сплошные удовольствия и приятная музыка, экологически чистая пища. Вроде свиней на убой. Такой же и финал: путевка на мифический остров, а на самом деле смерть на операционном столе. При этом, как и следовало ожидать, создатели фильма уверены, что копия ДНК означает и копию содержимого мозгов. Здравствуйте, товарищ академик Лысенко «наоборот».

Если учесть, что клонирование есть не что иное, как один из способов естественного, вегетативного размножения, коим природа вовсю пользуется на уровне простейших организмов (а первым «клонером» можно по праву считать САМОГО, использовавшего для опытов почему-то ребро — впрочем, ему лучше знать), то совершенно непонятно, какую такую угрозу может нести в себе выращенная из вашей же стволовой клетки, полностью совместимая с вашим организмом почка или печень? Или лучше валяться на больничной койке, моля месяцами Бога, чтобы какой-нибудь несчастный попал под машину и желательно головой, чтобы почку не попортить? Это — высокоморально?

И немного о художественной ценности. Она сопоставима с вокальными данными болельщиков «Зенита». Никогда не думал, что Эван МакГрегор сыграет в ТАКОМ. Сплошные погони, где у преследующих постоянно коротко замыкает. В результате они двигаются, как демобилизованные в день ВДВ, и попадают под все, что падает, начиная от фонарных столбов и кончая птичьими испражнениями. Сногсшибательная драматургия, которая сшибает в основном оператора с режиссером. И конечно, в финале — «громадное финальное сражение главных героев», которое так же неотвратимо, как финальная песня в КВН.

Если руководствоваться логикой Майкла Бея, Черчилль со Сталиным лично стучали Гитлеру в нос, пока Рузвельт на кресле ставил последнему подножки, а Кутузов пинками гнал Наполеона на лед Березины. Почему во всех голливудских фильмах главные герои в конце обязательно дерутся?

Буша с Хусейном на ринг. Какие будут ставки?