Из всех несправедливостей мира женщины почитают главной полигамию мужчин. Они и сами время от времени пытаются говорить о сексуальной свободе, эмансипации и тому подобное, но природа берет вверх, и хищнический инстинкт собственницы заставляет их вернуться к святому делу лишения свободы того несчастного, которому «посчастливится» стать «единственной половинкой». А половинка, как ни крути, это уже не нечто целое.

Но что бы «половинки» чувствовали себя не такими обездоленными, женщины периодически объясняют им, как им на самом деле повезло, и что было бы с ними, если бы они продолжали погрязать в блуде и разврате. Поэтому и пользуются сюжеты «об опасностях полигамии» такой популярностью в современной кинематографии. И бродят по экранам хищные разлучницы, опасные искусительницы и маньяки-нимфоманки словно месть за природу мужского непостоянства. А самое обидное, что сочиняют эти «агитки» самые что не на есть натуральные мужчины. Ну, к примеру, режиссер Дэниэль Уотерс со своим устрашающе-комедийным (бывают и такие) фильмом «Секс и 101 смерть».

Уже в самом название содержится ненавязчивый намек на опасности и превратности половых неконтролируемых связей. Однако поначалу зритель не замечает ничего такого. Жизнь главного героя безмятежна, и даже наполнена рядом «вкусностей», и пресловутый коварный список лишь добавляет в нее приятное разнообразие. Но на то дьявол и зовется «изощренным искусителем», что отрава его легка и приятна — незаметно для себя главный герой попадает в собственноручно расставленную ловушку гордыни. Ну что еще может так тешить мужчину, как не многочисленные победы на сердечном фронте?

И вот тут, когда зритель уже втянулся в интригу сюжета, что-то в нем ломается. А точнее появляется. Она, воплощение сатаны, «сосуд греха», «гибельная страсть», «роковая женщина»…

Как ни прискорбно это признавать, но очевидно «Осень в Нью-Йорке» останется высшим лирическим и драматическим достижением Вайноны Райдер. Нескладная девушка-подросток из семьи бывших хиппи, первой книгой которой стала Селинджеровская «Над пропастью во ржи», так и не научилась взрослеть. У нее получается очень многое, Вайнона прекрасная актриса, с великолепной пластикой, но… женщина-вамп из нее никакая. Отчаянно никакая.

Это как если бы Земфиру пригласили играть Клеопатру в пьесе Бернарда Шоу. Поэтому, увы, хотя к самой игре претензий нет, созданный персонаж абсолютно выпадает из органики актрисы. Впечатление такое, что кто-то очень злой задумал пародию на «Основной инстинкт». А учитывая, что изначально «Секс и 101 смерть» позиционируется как комедия с элементами «нуар», это предположение кажется не таким уж безумным. Вот только одна беда: по настоящему комедийного таланта за Вайноной Райдерер никогда не водилось.

Именно поэтому самый что ни на есть хэппи-енд, смотрится как-то не очень «хэппи», и даже не очень «енд». То есть довольно необычную интригу Уотерс таки «замутил», и напряжение, с нужной долей иронии, в фильме создал, и загадок зрителю назагадывал, а вот завершить все это такой же изящной, а главное оригинальной концовкой не смог. Лишь щепотка слащавости, явно диссонирующая с первоначальным замыслом. Вот и уходит из зала зритель с недоуменным вопросом: «И это все?»

А это самый плохой вопрос для кинематографа. Хуже только, когда вам недоливают пива.

Специально для FILMZ.RU