Fortissimo, mamma mia!

Fortissimo, mamma mia!

Fortissimo, mamma mia!
Sex Pistols

Утренний час пик, я спешу на работу. Метро, пересадка. Трое парней увлеченно играют Моцарта, «Маленькую ночную серенаду». Две скрипки и виолончель. Они так увлечены, что, похоже, не замечают того, что играют это затасканное до дыр, но все еще не потерявшее привлекательности произведение раза в полтора быстрее. Отчего «Серенада» приобретает оттенок некоторой суетности, подчеркивая суматошный бег пассажиров.

Вообще, я заметил, что очень многие «метрошные» музыканты играют в гораздо более быстром темпе, чем предполагал композитор. Полонез «Прощание с родиной» Огинского, исполненный в два (!) раза быстрее, побуждает распрощаться если не с родиной, то с метрополитеном — уж точно, только бы не слышать больше этого издевательства над хорошей, в общем-то, музыкой…

Я стал коллекционировать такие наблюдения. В переходе между «Охотным рядом» и «Театральной» мне довелось услышать «Времена года» Вивальди (полностью, всего за пятнадцать рублей), исполненные с такой экспрессией и на такой бешеной скорости, что суперпопулярная скрипачка Ванесса Мэй, услышав такое, удавилась бы от зависти. На «Менделеевской» одуревший от бесконечных романтических баллад саксофонист на мою просьбу «сыграть что-нибудь джазовое» с готовностью исполнил «Донну Ли» Чарли Паркера, традиционно для метро ускорив темп этой и так не самой медленной композиции. Я ошалело отблагодарил его пятеркой и побрел дальше.

За полдня таких исследований я истратил шестьдесят пять рублей, лишив себя сигарет на следующий день, и все без исключения услышанные произведения звучали быстрее, чем надо. Три старушки на «Проспекте мира» слаженно пели «Ты не вейся, черный ворон», да так лихо, что под него впору было гопака отплясывать. Еще одна их ровесница с гитарой в лабиринте переходов под Лубянской площадью горланила «Гуд бай, Америка» в лучших традициях группы «Sex Pistols». Задумчивый интеллигент на Пушкинской исполнял под баян хиты Фрэнка Синатры, и под его пение свободно можно было танцевать рок-н-ролл…

Все без исключения музыканты на мои вопросы «почему так быстро?» недоуменно пожимали плечами и ничего не отвечали. Впору подумать, что все у них как надо, в нужном темпе, это просто я тормоз…

Вечером возвращаюсь домой. У соседнего подъезда куча подростков жизнерадостно распевает хиты мумифицированного тролля. В ускоренном виде, разумеется. Впрочем, о мумиях троллей, земфирах и прочих танцах со знаком «минус» разговор отдельный… Дошли бы только руки.

Отметить: Fortissimo, mamma mia!

Материалы по теме:

Рок-н-ролл есть (Константин Кинчев) Седой. Татуированный. В черном. Кинчев. Константин. В далеком прошлом, слушая на скрипящей кассете его песни, я даже представить себе не мог, что через полтора десятка лет буду задавать ему какие-то вопросы, а он, рок-герой моего подросткового бунтарства, будет мне на них отвечать.
Кому — зима, а в Харькове — Май «Во саду при долине Звонко пел соловей А я мальчик на чужбине, Позабытый у людей»Фольклорное произведение, которое Захар Май исполняет акапелло — вероятно, в память о годах жизни в чужом краю
Пляшущие под лай Можно ли писать о том, что знаешь так же глубоко, как большинство читающей публики? Точнее, так же неглубоко. Можно, если есть слова. Слова возникают, если есть мысли. Мысли же рождаются благодаря чувствам. Все очень просто.
Комментировать: Fortissimo, mamma mia!