Иван Дыховичный. Невыдуманные истории

Иван Дыховичный. Невыдуманные истории

Иван Дыховичный. Невыдуманные истории
Иван Дыховичный Невыдуманные истории
Отчего-то о своих бывших знакомых, я узнаю исключительно из инета. И, главное — узнаю не об их успехах и прочем приятном, а о смертях…

С Иваном Дыховичным мы шапочно были знакомы — ну, это отдельная история — и виделись мы с ним в жизни всего раз пять…

Но — тут наступил и шестой раз…

* * *
Меня тогда, чтобы отмазать от КГБ и высылки за 101 км за тунеядство, с большими трудами устроили мойщиком-антикоррозийщиком в автосервис «Москвич» на Красной Пресне…

Директором — даже, скорее его теневым владельцем — являлся Мирон Розенфельд, школьный приятель моей мамы и отец известного поэта песенника — Наума Олева…

То есть, как создавалась песенная карьера автора «Расскажи-ка мне, дружок, что такое Манжерок», а так же шлягеров из Мэри Поппинс /о которой народ, когда я в сельском магазине покупал водку, говорил: «Эту бы Мэри да и в Попинс…»/ мне известна: папа платил деньги композиторам, которые писали музыку для Нолика /Так Олева звали в дружеских кругах, оттуда пошел и псевдоним/…

Был у него и младший брат — Петька, всего на год меня старше… Кстати, лет 30 уже тоже как — Олев, по брату, а не Розенфельд — по отцу…

Не так давно прочитал в инете, что Петька приехал в родную Щуку давать мастер-класс… До этого видел его в одном задрипанном немецком сериале — «Инспектор Вольф», где Петька играл русского — еврея-ученого, которого хотят похитить враги… Да… Играл он хреново, зато руководит актерским курсом где-то в Берлине…

* * *
Итак. Работал я мойщиком — зимой антикоррозийное покрытие в неотоплаиваемой будке не делалось, и халтурил, как только мог… То есть, вообще — я халтурил, а вот за деньги — старался…

И тут приехал ко мне Петька на какой-то крутой машине…

То есть, я в машинах тогда вообще не разбирался — по мне, круче «Копейки» и не было, а тут какой-то монстр, похожий на крокодила…

— Ты ж Дыховичного знаешь? — спросил он меня…

— Ну… — неопределенно ответил я, вспоминая — а насколько я этого Дыховичного знаю?

* * *
Дыховичного я знал даже не по тусовкам на Таганке, а через подругу его жены, с которой у меня был роман… Роман у меня был не с женой. А с подругой.

Как звали девушку мою уже не помню, зато вот жена Дыховичного осталась в памяти навсегда — и ее звали Машей… Машей Дубровиной.

Папа у нее был тоже Дубровин — и по тем временам Посол СССР в США… Долго он там сидел — сразу после Громыко и почти до Перестройки…

Маша была девушкой просто необыкновенной: и красива, и умна. И тактична. И скромна… Ну, о том, что по тем временам она жила в самом центре, в огромной квартире и была сказочно богата — я о том и не говорю: Маша абсолютно этим не кичилась… Наоборот, немного стеснялась даже…

Вот там, у Маши, я и познакомился с ее мужем Иваном Дыховичным… Он уже был актером Театра на Таганке, а я — художником, в чем как-то не усматривалось конкуренции в профессиональном плане: каждый на своем месте…

* * *
Итак. Петька Олев приехал ко мне на крутой машине и сказал:

— Это — Мазератти. Вани Дыховичного. Ее надо хорошо помыть для продажи…. И — знаешь сколько она стоит?

Я не только не знал, но и понятия не имел.

— 18 тыс. Долларов — важно сказал Петька. — Так что, ее надо помыть хорошо…

* * *
Это был 1982 год — точно помню: тогда в глаза и доллар никто не видел, даже один, а тут — такая куча?

* * *
Сначала я машину пылесосил, мыл коврики. Потом стал мыть всю машину…

Вошел на мойку Иван Дыховичный — весь в дубленке и сапогах до колен, замшевых, как у грузинских князей начала века… Кстати, у Петьки были такие же — он мне успел сказать, что такие сапоги стоят 140 долларов… Да, не кисло… А я в резиновых сапогах и фартуке до пола из клеенки… Красивое сочетание мод…

— О… — сказал Дыховичный, увидев меня. — Ты у меня дома был…

Отпираться я не стал.

— Ты ж художник?
— Ну, да… — ответил я. — Художник мойки, в основном…
— Это не дело… — сказал Иван Петьке. — Ты сам не мог помыть?

Петька как-то растерялся….

— Да, мог, конечно… Тем более, что мы друзья детства…
— Эх… — крякнул Дыховичный, скинул дубленку и сказал мне — отдай мне мочалку /мойка была ручной/.
— Это орудие труда… — ответил я. — Но у меня есть вторая мочалка… Ее я тебе дам…

* * *
Машину мы быстро помыли — в четыре руки…

— Сколько я тебе должен? — спросил Дыховичный.

Я как-то провис, неудобно мне стало.

— Ничего.
— Нет… Так не пойдет. Бери червонец…

Ну. Предложи он мне пятерку — я б согласился. А тут — червонец…

— Нет… — ответил я. — Не возьму. Считай, что это так, по знакомству…

* * *
Дыховичный был умный мужик — он сразу понял, что к чему…

— Ладно… — сказал он. — Но должок за мной…

Через неделю Петька мне привез бутылку отличного армянского коньяка…

— Это тебе от Вани. Дыховичного…

* * *
Знал я, что он снимает кино… Только вот не знал, что круто болеет…

А тут узнаю, что он умер…

Полез я в сеть… Зачем? Ну, так просто — узнать, что случилось с Машей… С Иваном уже все случилось, что могло…

А тут читаю, что жене Дыховичного — 29 лет, что у них ребенку — 7… А самому Ивану лет было 62 в момент смерти…

* * *
Нет, я никого не осуждаю… Может, Маша уже и умерла, не знаю…И опять же — дело не в том…

Отчего-то я помню Ивана вместе с его женой Машей… И это, надо сказать, была очень красивая пара…

Отметить: Иван Дыховичный. Невыдуманные истории

Материалы по теме:

Веничка Ерофеев Мало о нем написано… Очень мало… Ну, типа. Былинный красавец, русич, Вуячич, хрен поймет, что захуячич…
Владимир Высоцкий. Невыдуманные истории Я очень бы хотел, что бы было ясно — я не пишу о знаменитостях с пиететом, не записываюсь к ним в прижизненные друзья, и вообще — я пишу о людях, которых так или иначе встречал на своем пути…
Евгений Евтушенко. Невыдуманные истории В детстве я очень любил читать Гиляровского, но не только «Москва и москвичи», но и «Друзья и встречи»… Если первая книга была написана в расцвете сил и до революции, то вторая была написана уже угасающим, ностальгичным мастером репортажа, который должен иногда отчитываться перед Союзом писателей СС
Комментировать: Иван Дыховичный. Невыдуманные истории