Из жизни поэта

Яичницу жарил на сале,
Шкварки скворчали.
Лента дней пестра и быстра.

Вот уже рябина — подобье костра
(извините меня за банальность
осенних сравнений)
Настроения инфернальность
Исключает набор ступеней
В высоту.
Суету
Я не слишком приемлю,
Но люблю чрезвычайно осеннюю землю.

Мясо роскошных томов
В толстых панцирях переплётов.
Сколь ж слов.
Оборотов!
(…ну а мне остаётся сознанье тихое —
я тоже сделал хоть что-то,
и может по нраву кому-то моя работа.)
Я не изведал в жизни покуда лиха и
Каких-то чрезвычайных страданий.
И дни мои обходятся без рыданий.

Псинка моя резвится —
Маленький рыжий пудель.
А сознание тщится
(моё, конечно) прорваться к сути.

Не быт же основа!
(в субботу всегда деньги есть на бутылку)
Я относился к слову
Может быть чрезмерно пылко.

Оно для меня свято.
Оно и есть бытия любого основа.

Незримый художник картину заката
Покрывает цветом жидкого олова.

Материалы по теме:

Здравствуйте, меня нет дома Колыбельная Месяц тук-тук-тук в окошко Тихо так и на немножко В кухню звяк и на пол сел Огляделся, разглядел В кружке чай, кусочек хлеба Три звезды, упавших с неба, Карандашик и блокнот.
Навсегда заблудившись в маршрутах… Навсегда заблудившись в маршрутах трамвайных путей и троллейбусных парков я пишу не случайно в бездорожной пыли лишь тебе лишь тебе лишь тебе
Падать никто никак нигде ни с кем слова из будущей молитвы я постараюсь быть убитым но не повеситься в тоске