Кин-Дза-Дза

Кин-Дза-Дза

Кин-Дза-Дза
Кин-Дза-Дза

К 80-летию Евгения Леонова по ТВ показывают ретроспективу фильмов с его участием. Не обделен вниманием и «Кин-Дза-Дза» (сегодня по «Культуре»).
В честь такого случая немного бакунианства: выкладываем на «Опаньки!» сценарий фильма «Кин-Дза-Дза». Пусть будет, не помешает.
Ку, пацаки.

Кин-Дза-Дза (сценарий)
Режиссер: Георгий Данелия
Сценаристы: Реваз Габриадзе, Георгий Данелия
В ролях: Станислав Любшин, Леван Габриадзе, Евгений Леонов, Юрий Яковлев
Мосфильм, 1986

1 серия

Ку...
Ы...

* * *
— Привет.
— Привет.
— Что новенького?
— У Манохина на объекте трубы лопнули.

«...Пляшет и поёт,
Поцелуи раздаёт
Тем, кто весело живёт.
Мама, мама, что мы будем делать
Когда настанут зимни холода,
У меня нет теплого платочка,
У меня нет зимнего польта...»

— Как отличник?
— Гуляет отличник... Вовка! За хлебом сбегай, я забыла, а?.. Да, — и макароны захвати.

* * *
— Товарищ, там человек говорит, что он инопланетянин, надо что-то делать.
— Звони в 03.
— Я-то позвоню, только он почти босой.

* * *
— Здравствуйте!
— Здравствуйте. Извините, плохо пахну. Холодно. Это я в железном ящике взял.
— Молодец.
— Друг! Скажите номер вашей планеты в тентуре? Или хотя бы номер галактики в спирали? А то я перепутал контакты и теперь не могу вернуться домой.
— Не знаем мы номер. Забыли, родной. Вот сейчас парнишка сбегает в справочную позвонит, а мы его подождём в булочной с тобой, идёт?
— А это оденьте пока...
— А, спасибо... Слушайте, друзья. Не надо булочной, не надо справочной! Вот моя планета... Улузум, 247 в тентуре, галактика Бета в спирали. Вот машинка перемещения в пространстве... Так какой контакт мне нажимать, чтобы домой переместиться? Ведь время относительно, это-то вы понимаете?
— Значит, такое предложение. Сейчас мы нажимаем на контакты, и перемещаемся к вам. Но если эта машинка не сработает, тогда уж вы с нами переместитесь, куда мы вас переместим, идёт?
— Нет, нельзя... Надо знать...
— Да можно...

* * *
— А ты что видишь? А?
— Песок...
— Значит, сработала эта хреновина... А этот козёл-то, с дырочками, там что ли остался? Спокойно, спокойно только... Солнце есть, песок есть, притяжение есть. Где мы? Мы на Земле. Или...
— Или?
— Нет, давай будем считать, что мы на Земле, в какой-то пустыне... Так? Каракумы? А? Какие у нас ещё пустыни?
— Гоби, Сахара...
— Ну я же сказал, что у нас!
— Ну у нас ещё Кызылкумы.
— Нет. Давай будем считать, что это Каракумы. А? Значит так... Солнце на западе... Значит, Ашхабад там. Понял? Пошли. Пошли-пошли!..

* * *
— Товарищ! Вас как зовут?
— Владимир Николаевич.
— А меня — Гедеван.
— Очень приятно...

* * *
— У тебя в портфеле бутылка... Вино?
— Не-е, уксус виноградный. И ещё зелень есть, кинза.
— Хорошо живём.
— Владимир Николаевич, а вы не помните, какой номер назвал тот, у которого мой носок остался?
— Нет.
— А может быть мы на той планете, откуда он к нам переместился?
— Слушай, Скрипач! Как бы мы ни гадали, всё равно ж ни хрена не выясним. Вот выбрали направление, и идём. Нам главное до воды добраться. Ясно?
— Владимир Николаевич, я тапочки хочу надеть.
— Ну одень!
— Тогда вы остановитесь!

* * *
— Который час?
— Четыре.
— Ночи?
— Ночи... Опаздываешь?
— Неудобно получилось... Звонил с аэропорта, сказал, через час буду. А сам вот...
— В консерватории учишься?
— Не, чужая. Профессора Рогозина. Он у нас шефский концерт давал, а потом они скрипку забыли в самолёт положить.
— Банкет?
— Не, обед...
— А-а... Сам из Тбилиси?
— Из Батуми. Думал, скрипку отдам, ещё на электричку успею. Я в Иваново учусь, в текстильном.
— Ага...
— Так сперва я в МГИМО сдавал, институт международных отношений, но там мне сказали, что ещё не...
— Тихо!

* * *
— Э! Э-э!

* * *
— Ку!
— Человек...
— Ку!
— Ку!
— Здрасьте...
— Кууу!
— Капстрана...
— Ку! Ку! Ку! Ку! Ку! Ыыыыы! Ку! Ку! Ку! Ку! Ку! Ку! Ку! Ыыыыы!
— Иностранным владеешь?
— Английским. Французским слабо.
— Скажи им, что денег нет. Ну скажи им, платить же надо!
— Джентльмен, сорри! Уи хэвнт мани. Нау!
— Ку...
— Здравствуйте! Мы наши туристы, отстали от группы. Подбросьте нас до города, а там мы как-нибудь уже сами... Переводи.
— Ду ю спик инглиш?
— Куу?
— Ку.
— Ду ю спик инглиш? Парле франсе? Шпрейхен зи дойч?
— Ку?
— Чатл!
— Нет денег. И деньги и документы и валюта — всё осталось у экскурсовода. Ну так получилось... Отошли на секундочку и затерялись в песках.
— Кю.
— На. Тёплая.
— Ку.
— Извините, что?
— Ку.
— Шапку хотите? Пожалуйста... Это чужая, я не могу дать... Там ничего нету.
— Открой...
— Это не вино, это уксус.
— Ку!
— Эээ.. Кю.
— Кислое, да?
— Эээ... эээ..
— Друг! Ну как, договорились? Подбросите нас? Скрипач, давай быстрее... Я говорю, нас до ближайшего города, а там уж как-нибудь мы сами доберёмся...
— Ку!
— Кофту, что-ль?..

* * *
— Хорошо, что скрипку не отдал...

* * *
— Стыдно стало...
— Кц! Кц! Кц.
— Чего «кц»?
— Кц. Кц.
— Кажется, спичку хочет.
— Спичку хочешь?
— Кц!
— На.
— Ку?
— Всю коробку?
— Ку.
— Вот вывези нас отсюда, а мы тебе ку.

* * *
— Ни одной буквочки, ни одной «made in»...
— Ку!
— Извините, не понимаю...
— Ку!
— Шпрейхен зи туркиш?
— Кю!
— Ку-у.
— Что они хотят?
— Ку они хотят.
— Цак!
— Спасибо...
— Цак.
— Он хочет, чтоб я колокольчик одел.
— Перебьётся.
— Цак! Цак.
— Я надену, Владимир Николаевич, неудобно...
— Валяй.
— Цак! Цак! Цак. Цак...
— Ладно, уговорил.
— Дзинь, дзинь.
— Ку.

* * *
— Кууу!
— Ку.
— Ку?
— Ку.
— Ку?
— Ку!
— Ку?
— Куу.
— Ку.
— Я закурю, разреши-ка...
— Кц! Кц! Кц!
— Тихо, тихо! Тихо!
— Кц!

* * *
— Владимир Николаевич, а может быть мы всё-таки...
— Да, типичные марсиане.
— Кю.
— Люсенька, родная, зараза, сдались тебе эти макароны.
— Та-ак. Значит, русский язык знаем. Зачем потребовалось скрывать?
— А мы и не скрываем. Очень трудно в язык проникать, когда сразу на двух языках думаете.
— А этот пацак всё время говорит на языках, продолжения которых не знает. Чё уставился, маймуна веришвило?
— Они и грузинский знают...
— Что он сказал?
— Обезьяна сын осла.
— Та-ак. Мы из Советского Союза, прибыли по культурному обмену. Наши знают, где мы, ищут. Если вы нам не предоставите возможность связаться с нашим посольством, у вас будут крупные неприятности, ясно?
— Цак!
— Кууу...
— Посольства мы не понимаем, ты цак быстро вставляй!
— Значит, макароны вы понимаете, маймуну понимаете, а что такое посольство, бедненькие, не знаете? Хватит мозги пудрить, ясно?
— Про макароны ты думал, а я только сказал. Это не Земля, и не Африка, родной. Это планета Плюк, 215 в тентуре. Галактика Кин-Дза-Дза в спирали. Ясно?
— Привет, приехали...
— Одень колокольчик, родной... Одень. Во-от, молодец.
— Ку.

* * *
— Извините, а куда мы прилетели?
— Тс-с! У неё очень тонкие уши. Ты тентуру своей планеты знаешь?
— Тентуру?
— Ну, номер своей галактики в спирали скажи.
— В спирали?
— В спирали, в спирали...
— Да, да.
— Земля знаете где... Это где крутятся такие планеты, как Венера, Сатурн, Марс, Юпитер... Ещё какие, Владимир Николаевич?
— Большая Медведица.
— Владимир Николаевич, поди сюда.
— У тебя на своей планете ещё спички есть?
— Ну, найдутся.
— Сколько ты нам дашь, если мы тебя туда положим?
— А сколько надо-то?
— Две таких полных коробки!
— Семь!
— Семь.
— А ту, что у тебя есть, давай щас, я на них гравицапу буду покупать.
— Извините, а гравицапа — это что?
— Ну, гравицапа, это то, без чего пепелац может только так летать, а с гравицапой в любую точку вселенной фьюить — за пять секунд.
— Ребят, как же это вы без гравицапы пепелац выкатываете из гаража? Это непорядок...
— У нас была гравицапа. Но когда мы сюда прилетели, её свистнули.
— Угу, да.
— Извините, а машинки перемещения у вас нет?
— Нет.
— Нет.
— Давай спички.
— Дайте воды.
— Кю!
— Кю.
— Кюю!
— Кю.
— Кюю..
— Вот так! Вот так надо! Фу.. Вот так надо! Фу.. Вот так надо! Фу...
— Это — твоё, ты теперь так кури.
— Спасибо...
— Ку! Ку!
— Он говорит, есть гравицапа. Клади свои спички сюда.
— Значит так сделаем. Вот когда положите нас на землю, вот это получите и это...
— Ты что?
— Пошли, Скрипач, в открытый космос.
— Стой. Отдай. Отдай!
— На матушке-Земле получишь.
— Владимир Николаевич! Ты же сказал, если мы вас довезём, то ты все отдашь. А ты у нас сам спичку украл! Пацак пацака не обманывает, это некрасиво, родной...
— Я сказал — до города!
— А это что?
— Сарай.
— А это что? А это что? А это что здесь — не город?
— Ты не дрыгайся! Показывай свою гравицапу. Фирменная вещь — возьмём.
— Пацак! Какие балды у меня здесь контрабандные кц возьмут при свидетелях, когда за него пожизненный эцих с гвоздями? У тебя в голове мозги или кю?
— Сами купим. Пошли.
— Стой! Стой, я говорю! Ты кто? Я спрашиваю, ты кто?
— Пришелец-прораб.
— Нет. Ты пацак. А ты кто?
— Я грузин.
— Не-ет, ты тоже пацак. Ты пацак, ты пацак и он пацак. А я чатланин, и они чатлане! Так что ты цак надень и в пепелаце сиди, ясно?
— Что?
— Посмотри на меня в визатор, родной... Какая точка отвечает? Зелёная. Теперь на него посмотри — тоже зелёная. И у тебя зелёная. А теперь на Уэфа посмотри — какая точка? Оранжевая? Это потому, что он чатланин! Ну, понимаешь?
— Чего?
— Плюк — чатланская планета. Поэтому мы, пацаки, должны цаки носить...
— Да-а! И перед нами, чатланами, должны делать вот так!
— Владимир Николаевич, это оголтелый расизм.
— Покажи, пожалуйста, ещё раз...
— Вот так!
— Будь другом, помедленнее...
— Вот так.
— Владимир Николаевич, у тебя дома жена, сын двоешник, за кооперативную квартиру не заплачено, а ты тут мозги пудришь. Плохо кончится, родной.
— На...
— Ладно, Скрипач, поиграем в эти игры...
— Вот и молодец. А теперь отдай спичку Уэфу, он гравицапу купит.
— А этот сказал, что все нужны.
— Пошутил я.
— Весёлые вы ребята.
— Ку. Подождите! Ку. Вместе пойдём.
— Ты свои кц им не показывай, и не думай о них, ты мой кц покажи. И больше пол спички не давай, гравицапа пол спички стоит.
— А твой пацак сказал, что целую.
— И он пошутил.
— Цемент-то марки 300?
— Пацак! Запомни: половину, или меньше.
— Ладно.
— Извините, а чатлане и пацаки — это национальность?
— Нет.
— Биологический фактор?
— Нет.
— Лица с других планет?
— Нет.
— А в чём они друг от друга отличаются?
— Ты что, дальтоник, Скрипач — зелёный цвет от оранжевого отличить не можешь? Турист...

* * *
— Э! Небоскрёб!
— Пошли, пошли...
— Ку!
— Ку!.. Делай как учил...
— Привет, гражданочка. В польтишке не зябнешь, а?..
— Они меня не пускают, они тебя одного пускают. Кц им не отдавай, гравицапу сюда неси, я посмотрю...
— Ку?
— Иди...
— Нельзя!
— Мы вместе!
— Нельзя!
— Владимир Николаевич, скажите ему!
— Ладно. Жди тут. Только не уходи никуда!

* * *
— Привет! Как жизнь? Говоришь, присесть... Ну что ж, из уважения к присутствующим дамам... Ну, что новенького-то на Плюке?
— Клади кц, получишь гравицапу.
— Половину?
— Половину.
— Можно взглянуть?
— Гляди.
— Вообще-то я не специалист по этим гравицапам, пойдём покажем моему чатланину — он проверит.
— Ща. Цапу поставим.
— Горлышко болит?
— Вода...
— Такое предложение. Я тебе вот остаток этого кц, а ты мне две бутылки воды. Идёт?
— Давай.
— Еда есть?
— Каша...
— Какая?
— Пластиковая...
— Значит так, я тебе вот эту вот целую кц, а ты мне пять бутылок воды и килограмм каши.
— Эт чего?
— Кц.
— Надо снова проверять...
— Ну проверяй!
— Ку-у!
— Э! Секундочку!
— Ща-ас..

* * *
— Скрипач! А ты на Земле спички достать можешь?
— Могу.
— Если ты плюнешь дальше, я тебе пол чатла. Вот... этой плюкой. Если я — ты мне две спички... Понял?
— Не-е...
— Да простая игра. Я тебе пол чатла, ты мне на земле — три спички. На, плюй сюда.
— Спасибо, я не хочу.
— Ну хорошо, ты мне одну спичку, я тебе три чатла, жёлтые штаны и вот такую фору. Давай!
— Нет...
— Голубые штаны...
— Господин Уэф, я не буду ни при каких условиях.
— Заднее слово? Так что ж ты мне тогда мозги пудришь, маймуна веришило!
— Господин Уэф! Я представитель цивилизованной планеты, и требую чтобы вы проследили бы за свои лексиконом! Во.

* * *
— Где они?
— Кто?
— Ну этот, со шрамом, я ему, балда, все спички оставил...
— А-а-а!

* * *
— Кю! Кю! Кю. Ыыы.. Кю. Ыыы..
— Ребят, кончайте. Хватит...
— Хватит!.. Что хватит? Я ему тыщу раз говорил, что в центр надо лететь. А он жадный, как все чатлане — «на два чатла дешевле!» — кю...
— Ну есть ещё одна. Насколько я понимаю, на гравицапу хватит.
— Дай её мне. Сюда.
— Зачем?
— Гравицапу купить.
— А где?
— Там, в центре.
— А как же вы нас на матушку землю вывезете, когда даже не знаете, в какой галактике она крутится?
— Номер твоей планеты, балда, любой планетарий в центре за два чатла выдаст!
— Давай спичку, ну?
— Чтоб вы нас песочком засыпали?
— Значит, не дашь?
— Нет.
— Это твоё заднее слово?
— Задней не бывает!
— Тогда прощай, родной.
— Улетят, Владимир Николаевич.
— Никуда они не денутся, они из-за спички удавятся.
— Или ты щас нам даёшь эту спичку, или меньше чем за семь коробков мы тебя на землю не положим!

* * *
— Две тысячи.
— Три.
— Две триста.
— Три.
— Две пятьсот, больше не могу дать.
— Можешь, родной.
— Господин Би, у меня пятьдесят рублей, спички стоят две копейки коробка, значит я могу купить две с половиной тысячи...
— Скрипач свистит! У него ещё чатлы есть.
— Господин Уэф! Вам я не Скрипач, меня зовут Гедеван Александрович.
— Там что, мотор?
— Не суй свой нос во все дыры! Гедеван Александрович...
— Гедеван, давай вот этих гавриков сейчас свяжем и возьмём курс на север.
— Зачем?
— А вдруг там Средиземное море плещется?
— Ты что, Владимир Николаевич, обалдел, родной? Откуда на Плюке моря? Из них давным-давно луц сделали.
— Извините, что сделали?
— Топливо, Скрипач, топливо... На. С вас шесть тыщ сто сорок коробков.
— Откуда столько набралось?
— Кашу жрали, воду пьёте... И бандура.
— Бандуру вычеркни, не берём бандуру. Положи...
— Давайте возьмём, хоть какую-нибудь технику привезём, а то кто поверит?
— Ну отдай им скрипку, если она тебе так нравится.
— Скрипка итальянская, восемнадцатого века, она тыщу рублей, если не больше стоит. А как я расплачусь?
— Ку...
— Ку.
— Скрипач, вместо того, чтобы всё время думать, что ты первый грузинский космонавт, и что тебе нобелевскую премию дадут, верни ложку, которую ты у нищих артистов украл.
— Ничего такого не думал... Я хотел её в институт цветных металлов сдать, вдруг что-нибудь новое...
— Небо! Небо не видело такого позорного пацака, как ты, Скрипач. Я очень глубоко скорблю.
— Ты куда?
— В туалет.
— В туалет с деньгами нельзя, деньги оставь здесь. Гедеван Александрович.

* * *
— Кц очень дорогое, родной...
— Почему?
— Ну вот у вас, на Земле, как вы определяете, кто перед кем сколько должен присесть?
— Ну, это на глаз.
— Дикари! Послушай, я тебя полюбил, я тебя научу. Если у меня немножко кц есть, я имею право носить жёлтые штаны. И передо мной пацак должен не один, а два раза приседать. Если у меня много кц есть, я имею право носить малиновые штаны, и передо мной и пацак должен два раза приседать, и чатланин ку делать. И эцелоп меня не имеет права бить по ночам, никогда...
— У меня такое предложение, родной. Ты нам спичку сейчас отдашь, а мы тебе потом жёлтые штаны привезём, идёт?
— Спасибо, у меня есть уже, может Скрипачу надо? Скрипач! Тут инопланетяне штанами фарцуют... Жёлтые, нужны тебе?
— А Скрипача нет, родной...
— Как нет?
— Я его катапультировал.
— А ты не волнуйся, Владимир Николаевич, у нас другая катапульта есть. Новая. Эта всё-равно испортилась.
— Не понял...
— Я на капу нажал — он улетел. А Скрипач не нужен, родной, он только лишнее топливо жрёт...
— Разворачивай!
— Нельзя...
— Луц кончился. На луцеколонку надо лететь.
— Разворачивай! Сейчас сожгу это кц нахрен!

* * *
— Гедеваа-аан! Скрипа-ач! Скрипач! Ну куда он мог деться?
— Ну тебе же говорят — его эцелопы выловили.
— Ну полетели, родной.
— Убить вас мало!.. Связывайся по рации с эцелопами!
— Рации у нас нет, мы её выкинули.
— Я сейчас приду, проверю...
— Эцелоп!
— Цак одень, быстро... Цак одень.
— Перебьётся.
— Ку!
— Ку.
— Одень, транглюкирует. И тебя, и спичку.
— Ку.
— Ку?
— Здравствуйте. Слушай, друг, мы тут парнишку потеряли, не попадался?
— Ку-у?
— Чего?
— О! Извини, забыл... Говорят, вы подобрали его.
— Ку-у... Ку.
— Я говорил, Скрипач не нужен? Я говорил? На что теперь луц купим? На что? На что?
— Ну и зараза же ты, родной...
— Он хуже. Он просто кю.

* * *
— Ааахыы... Ааа... Ыыыыы... Ыыыыы...
— Тьфу!
— Ыыыыы... Ыыыыы...
— Такое предложение. Находим Скрипача, летим к местному правительству...
— Принеси песочку, родной...
— Говорим, кто мы, откуда... Они нам гравицапу дают, а мы организуем взаимовыгодную торговлю — вы нам штаны жёлтые, а мы вам кц сколько хотите.
— К правительству лететь — гравицапу надо иметь, правительство на другой планете живёт, родной.

* * *
— Дядя Вова! Я здесь! Здесь...

* * *
— Скрипач!
— Что!
— А где... Мой этот, как его...
— Цак?
— Ну?
— У меня.
— Так дай его!
— А здесь зачем?
— Ну дай, тебе говорят!
— Нет же никого... Это мой.
— Так и держи его наготове.

* * *
— Спишь?
— Нет.
— Не унывай, Скрипач. Если есть на этом Плюке гравицапа, так достанем. Не такое доставали... Спокойно! Э! Стой!
— Ку!
— Слушай, подбрось до центра!
— Пацак, остановись.
— Чего?
— Ближе не подходи. Что надо?
— До центра подвези!..
— Три чатла.
— Нет денег! Но мы отработаем!
— Что ты можешь?
— Я? Я всё могу!
— А короче?..
— Владимир Николаевич строитель, прораб, мы вам дом построим!
— А ты что можешь?
— Я?
— На скрипке умеет играть!
— Сыграй... Сыграй.
— Я не умею!
— Пока, пацаки.
— Гражданочка! Подожди! Я умею!
— Играй!
— Здесь?
— Там!
— Подожди... Звук сделаю... Играй. И пой.
— Ща, ща... Как это... Мама, мама, что я буду делать...
— Класс!
— Чего?
— Класс, говорю.
— Народу нравится.
— Чего?
— Народу нравица!

* * *
— Ы-ку, ы-ку, ы-ку, ы-ку, ы-ку, ы-ку, ыыыы...
— Ы-ку, ы-ку, ы-ку, ы-ку, ы-ку, ы-ку, ыыыы...
— Ы! Ы!
— Ы!
— Ы! Нет...
— Дайте, я барабанить буду.
— Как?
— Там-тыдибидидим пидибидидам пидибидибим пидиби-дам-дам-дам тибиди...
— Прораб! Скрипач не нужен!
— Ничего, он не помешает. Дай нам водички попить, а?
— Я же сказала, после выступления.
— А мы бы и так могли взять. Силой. Тогда бы ты у нас просила.
— Оо! Дотронешься — эцелоп прилетит, ноги выдернет.
— Да чихал я на вашего эцелопа!
— Спокойно, Скрипач, не раздражай даму...
— Прораб! Уууу-ы-уууу. Гляди. Ыку-ыку-ыку-ыку ыку-ыку-ыыыы. Ыку-ыку-ыку-ыку-ыыыы.
— Ну я понял, понял. Понял. Слушай, у тебя нет кого-нибудь с гравицапой и пепелацем.
— Зачем?
— Ну, подбросил бы нас на Землю, мы б тебе ящик кц, и ему...
— Ээ!
— Я понимаю, у вас не верят словам, ну вот что я сейчас думаю.
— Что твоя жена по моргам звонит.
— Нет, вот что конкретно сейчас думаю.
— Что отдашь.
— Ну, значит правда.
— Какой дурак на Плюке правду думает? Абсурд.
— Вот потому, что вы говорите то что не думаете, и думаете то, что не думаете, вот в клетках и сидите. И вообще, весь этот горький катаклизм, который я здесь наблюдаю, и Владимир Николаевич тоже...

* * *
— Сказано пацакам в клетке выступать, значит надо в клетке. Чё выпендриваетесь?
— Ничего, родная, мы тут рядышком попоём.
— Ну залезайте же, он нас засёк, тринглюкирует!
— Мы не звери.
— Что??? Нет, ты войдёшь сюда!
— Отпусти!
— Э! Э! э!
— Войдёшь!
— Постой!
— Войдёшь!
— Кюю!
— Кууу!
— Ну залезайте, он нас расплавит!
— Ладно, зайдём, Скрипач. Раз так просит. Заходи.
— Раз, два, три...
— Пляшите!
— Пляшите... Ы-ку, ы-ку...
— Знаешь, что, ищи себе другой ансамбль... Дядя.
— Что???... Я щас.
— Надо сматываться. Мальчики, толкните телегу, а то здесь подъём.
— А вот это всегда пожалуйста. Газуй!
— Пока, гадёныши!
— Я скажу всем, до чего довёл планету этот фигляр ПЖ! Пацаки чатланам на голову сели! Кю!

* * *
— Ну что? Всё цело?
— Одеколон украла.
— Женщина... Ну-ка... Что тут, свинец что-ль у тебя?
— Дайте я, дядя Вова.

* * *
— Даже не знаю, в какую сторону смотреть. Где Земля?

* * *
— Галина Борисовна! Мы с товарищем Машковым, как пацаки, могли получать два чатла за выступление, это максимум. Вода, луц и штрафы эцелопам — это минимум чатл в день. А гравицапа стоит пол кц! Это две тысячи двести чатлов. Делим на 365, вычитаем субботу-воскресенье, получаем 6. Значит раньше, чем через шесть лет я никак не мог вернуться!
— Всё это хорошо, Гедеван Александрович, но это слова. А где доказательства, что вы явились из космоса, а не продали скрипку, как это утверждает профессор Рогозин, и не функционировали всё это время в дискотеке, в Гаграх?
— Вот минерал. Вот чатл. Вот цак. А гайку и песок я приложил к объяснительной записке и сдал в деканат Раечке, чтобы она отослала в Юнеско!
— Куда?
— В Юнеско.
— Вы взрослый человек, Гедеван Александрович. Вы проучились один семестр и исчезли на годы! Объявились! С каким-то камешком, с каким-то обломком кавказской керамики и колокольчиком от донки! А претендуете на... Ну, и к тому же, если вы способны музицировать, то почему вы не принимали участия в нашей курсовой самодеятельности? Вы извините меня, Скрипач, но это элементарное ку!

2 серия

— Ыыыы... Ку... Ыыыы... Ыыыы... Ыыыы... Ку... Ыыыы... Ыыыы...
— Тьфу..
— Ку! Ку! Ку! Ку! Ыыыы!.. Ку! Ку! Ку! Ку! Ку! Ку! Ку! Ыыыы!.. Ку! Ку! Ку!
— Кю!
— Ку! Ку! Ку!... Ку! Ку! Ку! Ку! Ку! Ку! Ыыыы!.. Ку! Ку! Ку! Ку! Ку!
— Кю!
— Ку.
— Кю!
— Ку!
— Кю! Кю!
— Ыыыыы...
— Ку! Ку!
— Ыыыы... Кю.
— Привет!
— Здрасьте.
— Давненько не встречались!
— Пока!
— Э! Секундочку! Такое предложение.
— Чего?
— Чего?
— Что мы о вас думаем? Ну? Проникай в мозги.
— Чего ты прицепился к нам? Что тебе надо? Совесть у тебя есть?
— А у тебя есть?
— Мы бедные несчастные голодные артисты! Ну что мы вам плохого сделали? Что вы нас преследуете?
— Дай-ка свою бандуру сюда... Настрой... Вот так вот. Пошли. Раз, два, три.

Мама, мама, что я буду делать? Ку.Мама, мама, как я буду жить? Ыыыыы!
Ы-ку, ы-ку, ы-ку, ы-ку, ы-ку, ы-ку, ыыыы.
У меня нет тёплого пальтишки,
У меня нет тёплого белья.
Ы-ку, ы-ку, ы-ку, ы-ку, ы-ку, ы-ку, ыыыы.
Ы-ку, ы-ку, ы-ку, ы-ку, ы-ку, ы-ку, ыыыы.

— Ыыыыыыыыыыыы!
— Заткнись, слуха у тебя нет.
Мама, мама, что я буду делать? Ку.
Мама, мама, как я буду жить? Ыыыыы!
Ы-ку, ы-ку, ы-ку, ы-ку, ы-ку, ы-ку, ыыыы.

— Ку! Ку!
— Дядя Вова, давай ещё!
— Нравится...
— Понимают. Раз, два...
— Эцелоп!!!
— Ку!
— Ку!
— Ку.
— Артисты! А где наш гадюшник?
— Пепелац?
— Да.
— Там...
— Луц кончился.
— Из-за тебя, зараза. Скрипач! Ты что делаешь? Хулиган.
— Слушайте, оставьте меня в покое, а?
— Родной, это же последний выдох, могила... Кладбище.

* * *
— Мат! А говорил «второй разряд».
— Он хвастун!
— Нечестная игра, вы за счёт моих мозгов выигрываете.
— Если бы у тебя мозги были, ты бы сейчас в МГИМО учился, а не здесь всем настроение пудрил.
— Давай ещё сыграем? Ты скрипку, футляр и зубную палку...
— И это!
— Идёт?
— Хорошо! Вы бандуру, визатор и основу жизни господина Уэфа.
— Можно.
— Давай!
— Дядя Вова, цапу надо крутить, цапу.
— На! Сам делай!
— Мне нельзя, я чатланин.
— Уйди отсюда! Как советовать, так все чатлане, как работать, так...
— Киндермат.
— Нечестная игра! Ты специально мои ходы плохо думал!
— Своими мозгами надо играть!
— Как он может своими мозгами играть, когда он эти куклы в первый раз видит?
— Не моё дело. Отдавайте мой выигрыш.
— Вот ещё...
— Уэф, ты когда-нибудь видел, чтобы такой маленький пацак был таким меркантильным кю?
— Никогда. Я говорил — Скрипач не нужен, вот результат.
— Э! Начальник! А ты говоришь — цапу!

* * *
— А что, у вас никто в клетках не поёт?
— Господин Би, на земле в клетках сидят только звери.
— Звери — чатлане?
— Не знаю, похожи во всяком случае...
— А соловей — пацак?
— Почему пацак?
— Сами сказали, что он без клетки поёт.
— Ну значит, пацак.
— А-а-а! Вот видишь! У вас такой же оголтелый расизм, как и здесь, на Плюке. Только власть захватили не чатлане, а пацаки, такие как ты и твой друг соловей!

* * *
— Дайте я...
— Вот, четыре глотка.
— Воду младшим.
— С вас шесть тыщ сорок два коробка. Скрипач, запиши.
— Записал уже.
— Хочешь?
— Нет.
— Бесплатно.
— Э! Эээ! Что делаешь? А мне? А мне? А мне? А мне? А мне?
— Ещё даю десять коробок, возьми себе воды... Кинза-дза!..

* * *
— Катер!
— Это не катер, это луцеколонка.
— Ну так давайте заправимся!
— Нельзя! Здесь автомат, а в следующем женщина. Выступим, она нам скидку сделает, понятно?
— Кончай филонить, дядя Вова.
— Ну полетели, полетели, родной... Ну-ка...
— Если здесь море было, почему ракушек нету?
— А у вас на Земле всё ещё моря есть?
— И моря есть, и реки есть, и порядочные люди есть, господин Уэф.
— Дикари, плакать хочется.

* * *
— Мама, мама, что я буду делать,
— Ыыыыыыы, тидибидидам тидибиди,
— Мама, мама, как я буду жить,
— У меня нет тёплого пальтишки,
— Ыыыыыыы, тидибидидам тидибиди,
— У меня нет тёплого белья.
— Ку!
— Жалко, начальство меня сейчас не видит. Зарплату повысили бы.
— Тихо, дядя Вова, на нас смотрят...
— Ку! Ку! Ку!
— Женщину вынули, автомат засунули.
— Ну так возьми на то, что есть! Хоть какую-то часть пролетим!
— Луц по частям не продаётся. Луц — десять чатлов заряд, а у нас только семь.
— Ку!
— Тьфу!
— Ку!
— Отсюда до центра сколько?
— Сто шестьдесят километров... Дядя Вова! У Уэфа ещё чатлы есть! В правой галоше.
— Э! Чатланин!
— Чего?
— Ну-ка сними правый валенок...
— Зачем?
— Ну ку, ку!
— Кю! Ку?
— Кю, зараза!
— Ыыыыыыыыыыыыыыыыыыы!
— Присядьте!
— Зачем? Они же не эцелопы.
— Это ПЖ со своим пацаком. Узнают — не присел, пожизненный эцих с гвоздями.
— А кто он такой?
— Ыыыыыыыыыыыыыыыыыыы!
— Во, видел!
— Угу... Голография, родной...
— Скрипка!!!
— Куууууууууу!..
— Спокойно! Стоять! Тихо! А ты говоришь, ку!

* * *
— Это не дирижабль, балда! Это последний выдох господина ПЖ.
— Чушь! Как мог один человек перед смертью столько воздуха надышать? Абсурд.
— Побойся неба! ПЖ жив! И я счастлив!
— А я ещё больше счастлив.
— Ку.
— Ку.
— Ыыы... Вот так...
— Давай, залезай...
— Пластик?
— Нет.
— А нормального входа в этот универсам нет?
— За нормальный чатлами надо платить, родной.
— Ку?

* * *
— Ку!!!
— Ку.
— Ыыы! Ыыыыы!
— Пошли, пошли...
— Уйди!..
— Кю...
— Скрипач, пацаки туда!.. Ку.
— Ку.
— Что они делают?
— А это четвёртый насос господина ПЖ.
— Я очень люблю ПЖ!
— А я его ещё больше ку!
— Ку!
— Ку!!!
— А здесь из луца воду делают.
— Ку!
— Ку!
— Ку!
— Ку!
— Что они кричат?
— Продают.
— А что продают?
— Всё продают.
— Так давай гравицапу возьмём!
— Гравицапа в другом отсеке, сначала тентуру Земли надо узнать.
— Жёлтые штаны — два раза ку!
— Ку! Ку! Ку-ку! Ку! Ку!...

* * *
— Думай! Диаметр орбиты твоей планеты.
— Не помню... Скрипач, давай ты.
— Нет, Скрипач не нужен, ты!
— Ладно. Удельный вес ядра твоей планеты: думай.
— Удельный вес? Нет, не помню...
— Та-ак, ясно. Названия планет твоей галактики, какие знаешь. Думай!
— Юпитер, Марс, Венера...
— Там был кристалл представления! Где кристалл представления, а?
— Скрипач! Положи на место!
— Я думал, так лежит... Стёклышко...
— Дура несчастная.
— Хватит. Кончай мозгами скрипеть, балда. Вот ваша планета: 013 в тентуре, налево от Большой Медведицы. Хочешь поговорить? Плати ещё чатлы.
— Не понял?
— Номер своего телефона думай! Ку. И про спички скажи туда.
— Ку?
— ...Алё! Алё, я слушаю.
— Говори сюда...
— Алё! Алё, я слушаю, говорите. Алё!
— Говори, время!
— Алё! Люся!
— Вовка!
— Ты слышишь меня? Это я!
— Вовка, ты где?
— Да я тут, как ты?
— Ты...
— Кирилл как?
— Ты где, Во... Где ты, Вовка?
— Да я тут, в одном месте, я потом тебе всё объясню. Как мама себя чувствует? Ты была у неё?
— Я-то была... Ты где, я тебя спрашиваю?
— Слушай, пацачка! Кончай мозги пудрить! Беги два ящика Кц покупай! А то мы ему тут другую...
— Люсенька! Люсенька... Люсенька. Родная моя... Люсенька... Люсенька! Возьми трубку, щас вот, позвони Витьке Манохину, скажи, что ключи от сантехники у меня в вагончике, под этим, под шкафчиком, на полу лежат. Ты всё поняла?
— Я всё поняла...
— Соедините пожалуйста меня с Батуми, 3-47-57, скажите, чтоб за Аликом сбегали.
— Нельзя. Иди гуляй, ворюга.

* * *
— Ку!
— Ку?
— Ы! Ы! Ы! Ы!
— Чего-нибудь не так? А?
— Всё так, только Земля далеко. Вместо пяти семь минут разогреваться надо. Так что пойдём цапу для гравицапы готовить.

* * *
— Астронавты! Которая тут цапа?
— Там, ржавая гайка, родной.
— У вас тут всё ржавое!
— А эта самая ржавая.
— Ну вы что, совсем что-ль очумели?
— Ой-ёй-ёй, мама-мама, Люська с Манохиным переместились, надо же...
— Дядя Вова! Спичка в пилотке!
— Странно, чё ж это они полетели-то?
— Что странно? Спичка есть, гравицапу купят, тентуру Земли знают!.. Товарищ эцелоп! Товарищ эцелоп! Они у нас вещь украли! Поймайте их! Ку! Поймайте их!
— Сорок чатлов.
— Нету чатлы! Всё у экскурсовода, и скрипка у них чужая!
— Они перед видео-ПЖ-ем не кукукали. Чё ты уставился? Чё ты уставился? Щас как сообщу твоему начальству, что ты знал и бездействовал, тебя трианглюкируют нахрен! Ясно?
— Я не бездействовал! Я сразу на капу нажал. Скрипач свидетель. Всем постам! Гадюшник с колёсиками сюда, ку!

* * *
— Нету там ничего.
— Открой.
— Покажи...
— Это уксус.
— Не твоё дело... Пацака тринглюкирую, чатланину пожизненный эцих с гвоздями.
— Братья! Братья пацаки родные, скажите правду, как я приседал, как этот вот чатланин капу нажимал...
— Заткнись!
— Дядя Вова, ну...
— Заткнись! Паразит!
— Сам заткнись!
— Вовка, друг! Гедеван Алексаныч! Генацвале!
— Не слушайте его!
— Скажите, что это он!
— Нет!
— Он не приседал!
— Не...
— А я вам пепелац подарю.
— Дядя Вова!.. Пепелац мой!
— Спокойно! Спокойно... Секундочку. Никто никого не ругал, все приседали, как макаки... Я перепутал. И Кц это я привёз.
— Какое Кц?
— Ну спичку, которую ты вынул из шапки.
— Не было спички. Не было...
— Дядя Вова, что ты, родной!
— Извини, я забыл. Не было спички.
— Не было.
— Обоим пожизненный эцих без гвоздей. До выплаты. Выплата — 500 чатлов, по 250 за штуку.
— Спасибо! Пацак! Ты скрипку склей и песни пой! Скрипач! Ты бандуру нажимай, бандуру! Тим-пидидам-пидидам-пидидим-пидиде...
— Ребята! Про спичку мы пошутили, мы радость хотели доставить вам!
— Привет!
— На речке, на речке, на том бережочке, ку, Марусенька белые ы-ы-ы-ы-ы...

* * *
— ...Землянин, здравствуй! Уверен, ты когда-нибудь прилетишь и на эту планету. Тебя приветствует Владимир Николаевич Машков, строитель из Москвы, и Гедеван Алексидзе из Батуми, которые первые ступили на эти гнусные пески на задворках вселенной...
— Брат пацак, подбрось ещё своего рубероида. У тебя ж вода там одна.
— Пусть ещё что-нибудь даст.
— ...Может оказаться к тому моменту, кто-нибудь из тех, кто меня знал, останется жив. Скажите им, что скрипку я не крал...
— Во, смотри! Как новенькая!
— Ещё кусочек остался.
— Случается... Это бывает.
— Калорийно?
— Земляне! Ну разве можно так нажимать? Я вас еле нешёл. Хорошо, память есть. Вот ваш носок, спасибо. Если хотите, я вас могу на землю переместить. Ваш номер в тентуре я узнал. Ну, только быстро, а то одна секунда здесь, это пол года там.
— Тогда такое предложение — мы на землю сейчас жмём, добываем спички, возвращаемся, продаём их, выкупаем ребят наших, мы в Москву, а ты домой.
— Не могу. Только три заряда есть.
— Ну и хорошо, как раз хватает туда, сюда и обратно.
— А я?
— Слушай, друг...
— Ку! Ыыыы!.. Ку! Ку! Ку! Ыыыыыыы.
— Ну решайте, да или нет, считаю до трёх... Раз... Два...
— Погоди. Войди в моё положение, они же из-за меня сидят там.
— А у моего маленького сына уже вот такая борода выросла!.. Два с половиной... Два с половиной!
— Я... так не могу.
— Три.
— Ыыыыы. Ку. Ыыыыы. Ку. Ыыыыы. Ку. Ыыыыы. Ку.
— А! Кому это всё надо?! Цаки-тараки, вся эта дрянь! А мы...
— Ты где взял-то это? А?
— В планетарии на полке валялось...
— Скрипач! Клептоманщик ты мой! Ты же гравицапу свистнул!..

* * *
— Strangers in the night.
— Ку.
— Exchanging glances Wond'ring in the night.
— Ку.
— What were the chances We'd be sharing love.
— Ку...
— Before the night was through.
— Тим-пидибидидам-пидибидитибидитибидидам питибидидим-питибидидам-питибидитибидитибидидам питибидидим-питибидидам-питибидитибидитибидидам питибидидим-питибидидам-питибидитибидитибидидам питибидидим-питибидидам-питибидитибидитибидидам
— Пацаки! Пацаки! А вы почему тут стоя выступаете? Стоя можно только там.
— А туда нас эцелоп не пустил.
— А здесь только на коленях.
— Ничё, мы так тут... Ты денюжки-то плати.
— Ну давай... Давай, не безобразничай.
— Ку-у-у... Strangers in the ку... Ыыыыыыы... Ыыыы...
— Дядя Вова, ваше пальто идёт, в моей шапке.
— Привет!
— Как жизнь? Чего новенького на Плюке?
— Пой!
— Да чего-то не в голосе сегодня.
— Пой!
— Ыыыыыыыыы....
— Тим-пидибидидам-пидибидитибидитибидидам...
— Ку!
— Ку.
— Тим-пидибидидам-пидибидитибидитибидидам...
— Владимир Николаевич, я больше не могу...
— Спокойно, Скрипач.

* * *
— Вот это сколько?
— Сто.
— Так, кажется напели. А вот это вот?
— Пятьдесят.
— Та-ак... Эцелоп!
— Ку!
— Пацаки! Почему не в намордниках? Повернись! Приказ господина ПЖ — всем пацакам надеть намордники... И радоваться. Так, ну вот это мне, а вот это тебе... А это тебе. А ты почему не радуешься? Я кого спрашиваю, а?
— А ну, подыми свой транглюкатор, чатлан!..
— А-а-а!
— Одевай!
— Слушаюсь.
— И радуйся, радуйся!
— Радуюсь. Во, смотри, ПЖ пришёл!
— Где? А-а-у...
— Встать! Встать! Открой рот! Шире! Скрипач, кляп! Быстро!
— Ох уж мне эти... Повернись! Ну! Деньги отдавай!
— Так. На-ка, подержи, вот так вот.
— И это сними!
— Если ты подумаешь, что эта хреновина не транглюкатор, это будет последней мыслью в твоей чатланской башке! Кратчайшим путём в эцих марш!

* * *
— Всем лежать пол часа! Вперёд!
— Вперёд! Быстрее!
— Ку!
— Извините, бабушка...
— Мама ПЖ...
— Ыыыыыы! Ыыыыыы! Ыыыыыы! Ку! Ыыыыыы! Ку. Ыыыыыы. Ку... Ыыыыы..
— Видел?
— Сам!
— А ну быстро все в корыто!
— Ку?
— Ку! Дверь открой.
— И сидеть так сутки! Ку или не ку?
— Ку!..

* * *
— Здесь.
— Ку.
— Ку.
— Ку.
— Какой номер?
— Последний.
— Ку!
— Здрасьте...
— Ку, ку!..
— Эй, чатланин, пой!
— Ыыыыыы!..
— Кончай, Скрипач.
— Выкатывай предпоследний!
— Кю!
— Исчезни!
— Здравствуйте, Гедеван Александрович!
— Гамарджоба.
— Вылезайте.
— Нельзя.
— Поймают.
— Стой!.. У нас гравицапа есть.
— Ой!..
— Ку, дядя Вова!
— Ку, ку.. Режь. Вот здесь.
— Кю!
— Навались!
— Дядя Вова! помогите эцих выкатить!
— Брось!
— Владимир Николаевич! Человечество из-за одного камушка с луны тысячелетия потратило, а тут живой инопланетянин и эцих из неизвестного металла!
— Брось, тебе говорят!

* * *
— Ку.
— Ку.
— Ку.
— Ку...
— Ку. Цапу.
— Есть цапу.
— Цаааапу!!!
— Цапу нажми!
— Нажал!
— Куууу!
— Ну что, летим?
— Заводимся.
— Братцы, ну давайте быстрее, они же сейчас очухаются!
— Не мешай.
— Сели.
— Куда сели?
— Ханут.
— Какой ещё Ханут?
— Планета, где меня родили.
— И меня.
— Ночь.
— А здесь теперь всегда ночь.
— Одень пока вот это.
— Зачем?
— Тут воздуха нет нифига.
— А как вы здесь живёте?
— А здесь давным-давно никто не живёт. Нас плюкане транглюкировали, пока мы на гастролях были.
— За что?
— За то, что мы их не успели.
— А вы их за что?
— Чтоб над головой не маячили.
— И все погибли?
— Конечно.
— Вовка, такое предложение. Сейчас планета Ханут копейки стоит.
— 63 чатла.
— Мы месяц по галактике «Маму» попоём, и планета у нас в кармане. А ещё месяц — и воздух купим.
— 93 чатла.
— У кого воздуха нет, все сюда насыпятся. Воздух наш.
— Они будут на четвереньках ползать, а мы на них плевать.
— Зачем?
— Удовольствие получать!
— А какое в этом удовольствие?
— Молодой ещё...
— Половина планеты ваша, половина наша. Идёт?
— Соблазнительно, конечно... Но нам на землю надо, ребята. Давайте быстрее, а то через пол часа гастроном закрывается.
— Вовка, ты не дрыгайся!
— Вот смотри: вот мы, вот земля...
— А вот Альфа.
— На Альфе из нас кактусы делают. Земля в антитентуре, родной. И мы до неё никак долететь не можем, понимаешь?
— Как это так?
— Так. Мне всю жизнь не везло.
— Не может пепелац на землю попасть. И хватит трепаться, ясно? Пошли планету делить.
— Вы в планетарии это узнали?
— Да, родной.
— Поэтому спичку украли?
— Конечно.
— Врут они, дядя Вова. Не верьте им... А ну, везите нас на Землю. И всё!
— Нет, Гедеван, не врут. Они из-за этих спичек всю вселенную на карачках проползли бы...
— Вовка! Ты так не шути — здесь кислорода два процента от нормы!
— Гедеван... Не нужно, ты молодой, поживи ещё. Может быть что-нибудь переменится...
— Скрипач не нужен, дядя Вова.
— Эй! Пацак! Всё-равно сейчас копыта откинешь. Скажи хоть раз в жизни правду. Почему с тем козлом не переместился, когда мог? Чего хотел? Малиновые штаны? Бассейн ПЖ? Скажи, что?
— Гедеван-нико, швило, ты скажи. Мне можно, я свой. У меня мама — грузинка. Была.
— Садауль.
— Алхаури.
— Говорит, мама — местная грузинка. Была.
— Уэф! Ты как хочешь, а я их на Альфу ку!
— Кю!!!
— А ты, паршивый чатлан, цак одень! И sit down, когда с пацаком разговариваешь! Ханут — пацакская планета, родной.
— Ку!
— Ещё раз повтори.

* * *
— Вы катапультируете нас на Альфу, а сами пытаетесь затормозить на её орбите, а потом...
— Фигушки там затормозишь!
— Не мешай!.. Дальше, родной.
— На Альфе, когда они нас будут перемещать на землю, мы должны прижать машинку перемещения снизу пальцем, чтоб она осталась у нас. На земле мы должны для вас купить четыре ящика спичек.
— Дальше, родной.
— Ну сколько можно талдычить об одном и том же. Полетели. Если летим...
— Я из-за вас навечно буду сидеть в горшке. А тебе лишний раз рот раскрыть лень?
— Братцы! Милые, хорошие, родные мои, или полетели, или хотя бы дверь закройте. Видеть вас уже не могу, и так тошнит.
— Пока, родной.
— Ку!
— Ку.
— Ку?
— Ку!
— Летим.
— Тормози! Тормози!! Тормози!!!
— Как я могу затормозить, когда ты всю тормозную жидкость выпил? Алкаш.
— Отравится.
— Выключи рога свои.
— Не выключаются.
— Тогда сними их.
— Разобьются.
— Кажется сели. Прошлый раз также было.
— Та-ак. Одевай противогаз.
— А цак?
— Ничего, обойдутся.

* * *
— Земля!
— На речке, на речке, на том бережо...
— Нет, не земля.
— Здравствуйте!
— Мы пацаки с планеты Земля, а вы кто?
— Это планета Альфа. Сообщите ваши координаты Деконт, она переместит вас в точку отправления. Всего доброго.
— Будьте любезны, номер вашей планеты.
— 013 в тентуре.
— Вот тут она... Вот тут где-то рядом. Вот.
— Налево от Большой Медведицы.
— Это не надо. Будьте любезны, возьмитесь за руки.
— Девушка, а куда вы вот этих вот...
— В малый филиал оранжереи. Будьте любезны...
— Вы...
— ...возьмитесь за руки.
— Вы что, действительно из людей кактусы делаете?
— Только из плюкан.
— Но наши не плюкане, наши хануитяне!
— Это неважно. Будьте любезны, наденьте дыхательные аппараты.
— Зачем? У вас хороший воздух.
— Именно поэтому.
— Хэ! На неё посмотреть...
— Спокойно, одень, Гедеван... От имени планеты прошу, отпустите их пожалуйста... А кто может решить этот вопрос?
— Абрадокс. Но...
— Ну так веди к нему.
— Веди! А то щас я маску сниму и надышу вам тут.
— Вы напрасно беспокоитесь. В наших оранжереях прекрасные условия. Цветение, микроклимат, покой. Можно только позавидовать.
— Тогда почему, родная, ты тут по травке бегаешь, а не там в горшочке сидишь?
— Будьте любезны, смотрите под ноги, вы уже на третий росток наступили.
— Друг! У нас к вам большая просьба...
— Можете не продолжать. Нет. Соседство с галактикой Кин-Дза-Дза — наша беда. Они снедаемы страстями.
— Порочными...
— А продолжение жизни в виде растений для них благо.
— И для всех.
— Может мы их вызовем и спросим, пусть они сами скажут, что для них благо, а что нет?
— Ну если б мы им предоставили возможность что-либо решать, то...
— Девочка, вы тут самые умные? Это вам кто-нибудь сказал, или вы сами решили?
— Не будем терять время попусту. Вы существа с антитентуры, и поэтому я обязан переместить вас в исходную точку отправления. Или вернуть вас во времени, в момент, когда вы сами сможете решить свою судьбу. Выбирайте.
— Пардон, не понял. В каком времени?
— В прошлое, на Плюк.
— А давай так: одного на землю, а другого в прошлое.
— Владимир Николаевич, я вас на Плюк одного не пущу.
— Слушай, дядя, жми на время.

* * *
— Ку!..
— Я сколько скрипку, минут пятьдесят клеил?
— Пятьдесят.
— Брат, пацак, сейчас придёт с носком, пусть за нами в эцих перемещается. Эцих знаешь где?
— Ну а то!
— Вот ты и покажешь.
— Пусть ещё что-нибудь даст.

* * *
— Всем отдыхать пол часа!... Спасибо, родные.
— Ку.
— Ку-у.
— Ку.
— Ку-у.
— Ку.
— Ку.
— Играйтесь, играйтесь, мужички.
— Эге-ге!!!
— Ку!
— Эге-ге!!!
— Ку!
— Ку.
— Скрипач, время!
— А вы опять не переместились, заразы.
— Опять. Вылезай.
— Фигушки. Нам здесь лучше, чем на Альфе.
— Давай, вытаскивай их.
— Нам скоро машинку перемещения принесут.
— Владимир Николаевич! А вы нам должны одиннадцать тыщ коробок, у Скрипача записано!
— Одиннадцать тыщ двадцать. Такое предложение, Вовк. Мы сейчас с тобой перемещаемся в гастроном, потом, когда всё закупим...
— Потом не будет. Летим только до Земли.
— Навсегда?
— Навсегда.
— Меня на планету, где не знают, кто перед кем должен приседать? Чушь. Давай гравицапу и делай что хошь.
— Дядя Уэф, дядя Би, вас там так встретят...
— Нет, Генацвале! Когда у общества нет цветовой дифференциации штанов, то нет цели, а когда нет цели...
— Братцы, кончай философствовать, он сейчас возникнет уже... Давайте решать, с нами или как?..
— Давай гравицапу, ясно?
— Отдай ему.
— Зря.
— Ну что, давай прощаться. Привык я к вам, что ли.
— Я тоже.
— Ну, будь здоров.
— Друзья, пацаки, вот ваш носок, спасибо. Если хотите...
— Друг! У вас какая система? Разрешите взглянуть...
— Система обычная. Нажал на кнопку и дома.
— Ку?

* * *
— Привет.
— Привет.
— Что новенького?
— У Манохина на объекте трубы лопнули.

«...Пляшет и поёт,
Поцелуи раздаёт
Тем, кто весело живёт.
Мама, мама, что мы будем делать
Когда настанут зимни холода,
У меня нет теплого платочка,У меня нет зимнего польта...»

— Как отличник?
— Гуляет отличник... Вовка! За хлебом сбегай, я забыла, а?.. Да, — и макароны захвати.

* * *
— Товарищ...
— А?
— Как пройти на старый Арбат?
— Вот туда, направо.
— Спасибо.
— Ку!
— Ку!
— Скрипач?
— Дядя Вова?
— Скрипач...
— Дядя Вова...

Ку-у... Ку-у... Ку-у... Ы-ыыы... Ку-у... Ку-у...
Мама, мама, что я буду делать... Ыыыыы...

Отметить: Кин-Дза-Дза

Материалы по теме:

40 цитат из фильма «Кин-Дза-Дза» БИ: Люсенька, родная, зараза, сдались тебе эти макароны. ДЯДЯ ВОВА: Та-ак. Значит, русский язык знаем. Зачем потребовалось скрывать? БИ: А мы и не скрываем. Очень трудно в язык проникать, когда сразу на двух языках думаете.
20 цитат из м/ф «Волшебное кольцо» Стали жить Жужа бела, да Машка сера, Ванька с мамкой, да змея Скарапея. Мамка этой Скарапеи незалюбила, к обеду не зовет, по отчеству не величат. Вот история-то…
Тридцать три «Тридцать три» — комедийный фильм Георгия Данелии 1965 года не продержался в широком прокате и двух недель, тем не менее по клубам и небольшим кинотеатрам его посмотрело огромное количество советских кинозрителей.
Комментировать: Кин-Дза-Дза