Лунная вахта

Лунная вахта

Лунная вахта

Почему-то в маршрутке я был один. В смысле из пассажиров. Я вышел из метро, сразу подошла маршрутка, я сел, и она поехала. Я сел на переднее сидение. Водила не стал ждать пассажиров, сзади подпирал трамвай.

Сто лет назад я написал малюсенький рассказик, который начинался точно также:

«Я сел на переднее сиденье маршрутки, может водила из-за этого меня и принял, типа, за своего. Вышел из метро и сел в маршрутку. Только-только подошла. Кроме меня и водителя еще девица какая-то в салоне».

Прошло пять лет. Другой город. Другой маршрут.

***
Ночь. Одинокая машрутка едет с одним пассажиром. Обычно они ждут, когда набьется под завязку, а тут… По-моему, водила был удивлен не меньше моего. Мы проехали одну остановку — никого, вторую — пусто. Водила занервничал. Молодой паренек, высокий, я бы даже сказал долговязый, ему подходит это слово. Рыжий. Ему б бабла подбить, маршрутки в такое время редкость. А тут — на тебе.

Остановке на четвертой-пятой мы догнали… Хотелось тут таинственности какой-то, мол, что же там происходит? Читатель в недоумении — невероятная история. Короче, ни хрена особенного не произошло, просто паренек этот не заметил, что прямо перед его носом отъехала маршрутка, и вот мы ее и догнали. Естественно, она всех пассажиров перед нами подбирает. Конкурент. Полна-полнехонька, только что жопы из окон не торчат. Рыжий сник. Маршрутка впереди, он за ней плетется. Она едет еле-еле. Он за ней. Попытался отстать — не получается, все равно на остановке догоняет. Попытался ехать хвост в хвост, это чтоб потенциальные пассажиры, те, что еще на остановках мерзнут, увидели, что две маршрутки по одному маршруту едут — первая битком, а вторая пустая — и в первую бы не садились, а все к пареньку к этому. Но кто там ночью будет номера маршруток рассматривать? Короче, паренек чувствует — попадалово. Пустой. Не считая меня.

А ехал я от станции метро «Варшавская» до «Новых Черемушек». Это довольно таки не близко, и на полпути есть еще одна станция метро — «Каховка» (она же «Севастопольская», т.е. это две станции с переходом и тремя или четырьмя выходами).

Подъезжаем мы к «Каховке». Народу валом. И все, главное дело, в первую маршрутку. Рыжий опять с носом. Чуть не плачет бедолага. Короче, от отчаянья и горечи пустого пробега он даже останавливаться не стал, и нарушая все правила (я не про ПДД говорю, а про цеховость, есть же у них какая-никакая профессиональная этика), рванул поперек того везунчика сразу к следующему выходу из метро. Несется, а там уже видно — народу!.. Поперло чуваку. Влезло скока смогло. Передают рыжему червонцы, сотни, полтинники. Он сдачу отсчитывать не успевает. А они дензнаки все тянут и тянут. Он руль коленями крутит. Башкой туда-сюда. Куда едет сам не видит. Руки полны купюр. Червонец на приборную панель, полтинник куда-то под руль, сотню в карман, горсть мелочи назад, с сотни ворох бумаги назад. Ну что жонглер. Смотрю — повеселел. Широкая лыба, глаза туповаты, но лицо такое добродушное. План явно перевыполнен.

Остановке на третьей догнала нас таки та маршрутка, что была первой, а стала вдруг последней.

Паренек и не заметил. Он деньгами больше увлечен, чем по сторонам глазеть. Подходит к его окну такой громила. И так издалека:

— Ну, ты бы ска-азал, что таропишься, что опаздываешь, я бы тебя прапустил.

Рыжий и не понял сначала, что за хрен с горы. Глазами только хлопает, а чего говорить, не знает.

А тот тоже хорош, нет нормально как-то сказать: парень ты обнаглел, мы тут типа в очереди, какого хрена лезешь. Так нет:

— Ну ты бы сказал, что таропишься, что опаздываешь…

Как-то так сквозь зубы, по-блатному, по-уркагански прямо, типа, с зоны не вылазил, а маршруткой случайно рулю, а вообще тюрьма — дом родной. Ну чтоб сразу запугать паренька. И паренек действительно струхнул. Под руль, конечно, не полез, но что-то лопочет что попало: я не видел, не знаю как так получилось, я ехал-ехал, а оно само, а я вообще не видел, а сначала подумал, что не из нашего парка, наши уже и не ездят, а я думал, что какая-то левая машина… «Газель» какая-то, не наша… ну чуть ли не «скорая помощь» — сказал бы еще такое. Да. Жалкое зрелище.

А второй водила тоже не знает, что сказать. Сказал бы сразу в лоб — парень, ты куда урод влез без очереди. А то: ну ты бы сказал, что таропишся… На понтах же начал, а дальше что?

Короче, помялся он, помялся. И все. Пошел к своему «Газону», а наш водила по газам.

И тут из нашкодившего школьника рыжий опять преображается в добродушного такого везунчика. А бабло-то вот оно! Лыба опять до ушей. Ай-да молодец, ловкий парень.

Выкрутился. Прям Колобок-ловкач. И от бабушки ушел, и от дедушки ушел. Приятно было на него посмотреть. Радовался он очень как-то не злобно. Открыто.

***
Ну, подосрался чуток, бывает. А как выкрутился! И бабки опять же вот они.

***
И тут я подумал: а как бы на месте этого водилы батя мой поступил? Надо же какая глупость. Но я действительно так подумал. Как пионер в советском фильме. Вроде, а как бы на моем месте поступил Павка Корчагин? Прежде я такого за собой не замечал. Ерунда какая-то.

***
Батя бы мой, конечно, плелся б в хвосте за первой маршруткой. Не по глупости и не из-за особой честности. А просто правильно так.

***
Ехать еще далеко. Сидел я, и вспоминал всякую ерунду.

***
Отец мой работал не самым главным начальником в Братских электросетях. В Братске, где прошло мое детство, есть ГЭС. Гидроэлектростанция. От нее к другим городам тянутся линии электропередач (ЛЭП). Это огромные металлические ажурные конструкции. Вроде как треноги, как у Герберта Уэллса марсианские корабли. А по ним провода натянуты. И все это куда-то в горизонт уходит. Бескрайняя тайга и ЛЭП, ЛЭП, ЛЭП…

Работа у бати была какая-то идиотская — следить, чтоб все было в порядке. Чтоб провода не обрывались, чтоб вышки эти не падали. А под проводами сосны-елки растут, так вот надо было следить, чтоб они слишком не вырастали, до самых проводов, и вовремя их подрубать. Может быть во всем мире так, а не только у нас в Союзе, но только рубят их самым примитивным способом — идет бригада мужиков, человек десять, в рукавицах, в робе и мечами направо и налево машет, сечет молодняк, сосны-елочки. Я когда первый раз эти мечи увидел, глазам своим не поверил. Мы ж как развлекались — все больше по стройкам лазили, лук, меч из рейки какой. И вперед. Двор на двор. А тут здоровые мужики и с мечами. Это что-то неправдоподобное для меня тогда было. Надо еще сказать, что в нашем детстве о ролевых играх никто и слыхом не слыхивал. А то похоже вообще-то. И как я сейчас понимаю, в Советском Союзе ни один завод мечи не выпускал. И работяги делали их сами, опять же как я сейчас понимаю (тогда я в эти тонкости не вдавался), мечи делали из полотна двуручной пилы. Ну, там красавцы были еще те. Как наточат себе ятаганы-секиры. Метра полтора, чуть не два длиной, широченные, по пиратски изогнутые, рукоятки изолентой перемотаны. Я, конечно, в социалистической экономике ничего не понимаю, но не лучше бы комбайн какой-нибудь придумать, а то баловство получается, не работа — десять здоровых лбов с мечами наперевес километров по двадцать в день сквозь тайгу отмахать, сквозь довольно плотную хвойную поросль. Ну, точно, отряд Че Гевары в Конго.

Это у них называлось командировкой. Машина с будкой, типа, как в фильме «Ночной дозор». Выезжает толпа такая хрен знает куда в тайгу. И из пункта «А» в пункт «Б». Из машины вылезли, секиры на плечо и вперед. Будка эта под ЛЭП не пролезет, там и на своих двоих-то еле-еле. Будка едет в объезд, по дороге. Батя двустволку за спину и куда-то вообще в другую сторону. Встречаются все вечером уже в пункте «Б». Будка, если где по дороге не застрянет, на пригорочке уже поджидает, шофер костерок разжигает. Батя рябчиков набьет. Пару пузырей заранее припасено. Мечи в землю повтыкали и привал до утра. А утром все по новой. И так неделю, если не две. Вот такая вот трудовая деятельность.

Работяги мечами машут. Батя, он вроде ж как начальник, с ружьецом прогуливается.

Да какой там из него начальник?.. Спустя уже много лет (я иногда приезжал в Братск) он мне рассказывал, как он накладные закрывал, мужикам объяснял, где переработку надо показывать, а где жопу не рвать, а на следующий месяц перенести. Чтоб каждый месяц ровненько план, премии. Он еще хмурился смешно. Тетки у него на работе говорили — зыркает. Типа — «Вон, Звонков пошел, зыркает, не иначе как в бухгалтерию за премией». Работяги у него хорошо получали. А там еще всякие северные коэффициенты и все такое прочее.

Вообще-то мне такая работа казалось какой-то невсамделишной. Ну не могут людям платить за то, что они мечей себе наточили и по тайге с ними лазят.

Самое главное, что в этой работе абсолютно нет никакого смысла. Нет результата. Ну, отмахали они сотню километров, всю тайгу своими мечами положили. Через полгода на том же месте все то же самое. Елочки-сосенки в человеческий рост. А ЛЭП этих тысячи и тысячи километров. Сталевар — он стране стали наварил. Шахтер — угля на гора наколбасил. А эти, меченосцы? Тайга — ни конца ни края, и ты против нее с мечом своим самодельным.

Батя тайгу любил. Охоту. У нас с ним мало было общего. Я — урбанист, городская шпана. Мне чтоб на природу куда-то выехать, да еще добровольно… Но это я про детство говорю. Сейчас я б с удовольствием в деревне где-нибудь домик приобрел. Чем не жизнь — дров наколол, баньку истопил и сиди, прикуривай.

Мы с отцом мало общались. Потом, когда я уже подрос, вроде как было о чем поговорить. Но я в 16 лет из дома уехал. Так что воспоминаний мало осталось. Как он меня в командировку несколько раз брал, я как раз в будке с шофером ездил, пока мужики лес секирами косили. Как пару раз на охоту ходили. Сядет на бревно у тропинки покурить, я несколько патронов выпрошу и в кусты, рябчиков стрелять. Короче, если кто рябчиков в тайге видел… Да еще с моей близорукостью. Их вообще в упор от всей пестрой массы тайги не отличишь, на то они и рябчики. Так я как делал, иду напролом, а они фырть-фырть в разные стороны, я выслежу одного, на какую ветку сел, подкрадусь поближе… Трах-тиби-дох!.. Идешь обратно радостный, двух-трех рябчиков тащишь. Завалил! А батя папироску досмаливает, из-под бровей зыркает:

— Я слышал пять выстрелов.

Такие вот шутки-прибаутки. Это он потом уже мне рассказал, что в журнале в каком-то прочитал рассказ про индейцев, там так старики молодых охотиться учили. Тоже мне последний из могикан.

***
Отец умер в 2001 году. В феврале. Он был уже на пенсии, жил на даче, в тайге. Двух собак завел. До Братска около сотни километров. Снега по пояс. «Скорой помощи» в тайге нет.

***
Да и еще. Перед тем как с мужиками в тайгу ехать в командировку, батя дня три-четыре летал вдоль ЛЭП на «кукурузнике». Он не сам, конечно, за штурвалом. Летчик сидит, рулит, батя рядом. Смотрит, где елочки-сосеночки подросли, где косить пора. Он еще из старого дальномера (от фотоаппарата «ФЭД» что ли) приборчик сделал, замерять высоту проводов и поросли молодой. Я просто потрясен был, когда узнал, что он по несколько дней в «кукурузнике» болтается. Сколько мне тогда было? Лет двенадцать? Я у него из планшета здоровенную, сложенную в двадцать раз, карту вытащил. Практически белая, вся в каких-то тонких багровых извилистых линиях. Ксероксы тогда что ли такие были. Я как-то летал один раз на «кукурузнике». До сих пор помню: через пару часов полета, когда сели, вывалился я из этой этажерки, полз на карачках по траве и блевал дальше, чем видел.

Так вот держу я эту карту, пытаюсь хоть чего-то понять, чего там нарисовано, и говорю:

— Пап, а ты что? Вот так целыми днями на «кукурузнике» летаешь?

Он, мол, нормально, обычное дело. Работа.

— И тебя не укачивает?

Он только посмеивается.

***
Таким я его помню — хмурится, зыркает, посмеивается.

В фильме «Сны Аризоны» Джонни Деппа спросили: как ты думаешь, где он сейчас? Кажется, речь шла о его умершем дяде. Он ответил: на Луне, едет на золотом кадиллаке.

Мне хочется думать, что сейчас мой отец на Луне, летит над холодной бледной Луной на золотом «кукурузнике», смотрит в иллюминатор на кратеры, замеряет их высоту своим приборчиком. Сверяет курс по белой карте.

Посмеивается. Обычное дело.

Отметить: Лунная вахта

Материалы по теме:

Кирпич и Церковь Спасения Святого Духа Давным-давно, в ранние 90-е в Доме Актера в небольшом театральном зале по воскресеньям собиралась Церковь Спасения Святого Духа.
Суббота/воскресенье Дж. И. А. Почему это называют «баней» непонятно. Неужели нельзя назвать как-то попроще, ну к примеру — «душ». Так и говорить: «Сегодня в субботу солдаты идут в душ». Без лишнего выпендрежа. А то — «баня», «банный день суббота».
Повседневный человек Кухня в однокомнатной хрущевке. Владимир помешивает ложкой чай. На нитке бумажный ярлычок.
Комментировать: Лунная вахта