Михаил Пробатов. Невыдуманные истории

Михаил Пробатов. Невыдуманные истории

Михаил Пробатов. Невыдуманные истории
Надо сказать, что Миша оказал огромное влияние на мою жизнь… Даже сам того не желая…

Он был на 10 старше и лет на 20 опытней…

Он уже успел и поучиться в Педе, и послужить матросом на рыболовецком судне, и истопником, и даже администратором в Дирекции художественных выставок…

Но не это было для меня важно… Хотя, и это тоже…

Дело в том, что я родился в семье папы-доктора физики и мамы-инженера, которая была редактором научного журнала… Все их знакомые — были такие же положительные, а потому у меня не было отрицательных примеров перед глазами… Уже в 9 лет я знал, что поступлю в МГУ на мехмат, потом пойду в аспирантуру, потом… Впрочем, о «потом» я не загадывал: надо было сначала выполнить программу-минимум, то есть, стать кандидатом…

Надо было отличником — я им и был до восьмого класса… Надо было вступить в пионеры — я вступил в числе первых, правда, через 2 года меня оттуда выгнали…

На деле, я считал, что в жизни есть только одна дорога, по которой и надо идти: другой дороги в нашем социалистическом просто для меня не было… Ну, я просто не знал о ее существовании. Так точнее…

* * *
И тут — Миша Пробатов… Человек антисоветской судьбы, студент Литературного института, который работал сторожем на Тверском бульваре…

И тут я узнал, что есть такая профессия — сторож, когда ты получаешь деньги за то, что ночами рисуешь, пишешь стихи или под утро просто засыпаешь на кровати — если она есть — или на кресле…

* * *
После выхода из дурдома мы часто встречались с Мишей: ему нравилось меня учить жизни, а мне — у него учиться… Взяв академку в МИСИ, где я тогда учился, я пошел работать на киностудию «Центрнаучфильм» ассистентом кинорежиссера — ясно, что взяли меня по блату, по телефонному звонку моего двоюродного дедушки — заслуженного деятеля, члена всех возможных худсоветов, классика научно-популярного кино и вообще довольно неугомонного седовласого старца… Ассистентами брали только людей, имевших высшее образование… Но — один звонок данного дедушки решил все вопросы в мою сторону…

* * *
Двоюродный дедушка был младшим братом моего родного дедушки и относился к тому с благоговением… И потому просьба мамы пристроить меня на киностудию отвергнута быть не могла…

Мой покровитель провел бурную юность в московских тусовках своего времени, знал и Маяковского, и Есенина, и Мандельштама, и… Всех он тогда знал… И все знали его… Иногда, правда, его заносило, и он рассказывал, как он бегал за Маяковским с кием и хотел того побить, а Маяковский удирал от него, после чего выпрыгнул в окно…

Ну… Если учесть, что даже с его шикарной гривой седых волос дедушка явно не дотягивал до 160 см, а телосложением и вообще отличался субтильным — трудно в это поверить… Точнее, невозможно…

* * *
На студии мне не понравилось — командировки, группы, в которых идет постоянная грызня… Однажды я просто взял и уехал из командировки… И пропал с концами… Правда, по статье меня не выгнали — помогли дедушкины связи…

* * *
Мы встретились с Мишей, и тот пообещал устроить меня на хорошее место сторожем… Я был ему искренне благодарен — именно тогда я начал осознавать параллельность жизни, которая еще была возможна в СССР…

* * *
Миша свое слово сдержал, а потом начал приобщать меня к светской диссидентской жизни… Так я познакомился с Сергеем Бударовым и Виктором Виктюком…

Оба были многодетными отцами и неудержимыми авантюристами, а потому постоянно пытались заработать деньги: выращивали гвоздики в своих квартирах, которые потом продавали в подземных переходах, делали еще много всего разного, но под конец пошли по стопам Первопечатника Федора и стали печатать и продавать антисоветскую и религиозную литературу… Глеб Якунин, Иван Чердынцев… Всех имен и не вспомнить… Но в свое время я напишу о каждом их них…

* * *
У Миши к тому времени было 3 жены… Или уже четыре…Жены были почти без перерыва…

Он очень хотел мальчика — но рождались исключительно девочки… Всего у него образовалось 8 дочек, но это считая двух от предпоследней, четвертой жены, и когда его дочка от первого брака в 16 лет родила — она, конечно же, родила девочку…

* * *
Да… Это уже было при четвертой жене… Постоянно нужны были деньги, а потому Миша пошел работать на кладбище… Негром, или рабом — так их называли…

Для тех, кто не в курсе — поясню… Были штатные рабочие кладбища, которые пили водку и ничего не делали… Но они принимали деньги у заказчиков… И часть этих денег они плати своим неграм — тем, кто и рыл ямы, то есть, делал всю работу за них…

Негром тогда работал и писатель Сергей Каледин, который в то время больше ставил любительские спектакли с детьми московской богемы, чем писал… В его постановках принимала участие Зоя Светова — ныне известная журналистка и защитница прав человека…

Повесть Каледина «Смиренное кладбище» потом вышла в свет и была даже экранизирована…

* * *
Работали на кладбище либо отчаянные интеллигенты, либо матерые уголовники…

Миша рассказывал, как уголовники в топке сожгли двух своих коллег — правда, те были предварительно убиты… Никого из них не посадили, но кого-то уволили, и так Миша стал штатным могильщиком со средним заработком рублей 50 в день…

* * *
Когда мне было 19 лет, Миша взял меня к опальному священнику о. Дмитрию Дудко, который печатал книги на Западе и по этой самой причине был лишен прихода… Но и это отдельная история…

* * *
А потом мы стали все реже встречаться — и у меня времени не было, да и у Миши тоже… А потом и вовсе престали встречаться, я уехал из СССР…

* * *
Миша был «полтинником» — мама еврейка, папа русский. Более того, бывший юнкер, отца которого — священника — на амвоне зарубили большевики…

У Миши было раздвоение национальной принадлежности — месяц он был сионистом, а следующий месяц — русским националистом… Да… А потому я удивился, когда узнал от своих израильских знакомых, что Миша в 2000 году репатриировался в Израиль…

* * *
Набрав в Интернете его данные, я тут же выяснил, что Миша — жив, женат уже в пятый раз — на женщине с дочкой, постоянно где-то печатается… Правда, с годами все реже и реже…

Жена у него депрессивная, приемная дочка — тоже, потому Миша завел себе любовницу — там же, в Иерусалиме… И, поскольку надо обеспечивать всех, вкалывает уборщиком в две смены… Слово уборщик он в своих статьях заменяет словом никайон, что смысла его работы не меняет…

Удалось ему уже немного посидеть в израильской тюрьме — дочка приемная написала заявление, что он ее избил… Знаю Мишу, а потому не верю ни единому дочкиному слову…

* * *
Что мне понравилось в его статьях — полное отсутствие уныния… А что до сионизма… Наверное, он пишет такие статьи лишь месяц — потом у него начинается русский период и он пишет грустные националистические статьи русского толка…

Живой он человек, Миша… И — дай ему Бог здоровья…

Отметить: Михаил Пробатов. Невыдуманные истории

Материалы по теме:

Бедный Вася Вообще, когда я с ним познакомился, кличка у него была совсем другая — Лель… Честно сказать — справедливая кличка: не внешность — а небожительство…
Душка-Лапочка Есть истории, которые меня не оставляют равнодушным — а напротив, вытягивают сердце, как вытягивает паук кровь из жертвы… Правда, таких историй — мало, и все они имеют непосредственное отношение ко мне, но все равно — они есть, и проживать их каждый раз в воспоминаниях все больнее и больнее…
Михаил Белиуш. Невыдуманные истории Вот уж не думал, что когда-то про него напишу… И не то, что написать было нечего, а так… Я ж все больше про богему, а Миша к ней ну совершенно никак не относился… Ни каким боком…
Комментировать: Михаил Пробатов. Невыдуманные истории