Митькина гайка

Митькина гайка

Митькина гайка

— Разрешите? Здравствуйте, Анфиса Николаевна.
— Здравствуйте, Иван Дмитриевич.
— Анфиса Николаевна, я ребятишек заберу с вашего урока? В райцентр поедем.
— Конечно, конечно, Иван Дмитриевич. Сейчас они с математики придут, и забирайте.
— Анфиса Николаевна (мнётся). А как они у вас, ребята мои. Митя не шалит?

— Нет, ну что вы! Садитесь, садитесь.
— Я-то не сильно слежу, жена в основном. А теперь вот… да. И на работе не в продых.
— Вы там же, на железной дороге? А скажите, Иван Дмитриевич, почему платформу Полезная переименовали? Такое название тёплое. Чем провинилось… Я там всегда смородину и жимолость собираю.
—Переименовали-то? В Тростенцово? Да тут бригадира путейцев электровозом переехало. Помните, на Первомай. И там решили: лучше переназвать.
— Так Тростенцов — фамилия путейца?
— Да нет, Тростенцов как раз машинист, который бригадира переехал! А Тростенцово — название деревни. Ну, ближайшей самой. И машинист оказался из этой деревни, они там все Тростенцовы. Такое вот совпадение! Когда меняли название, на это внимание ноль, а потом уж поздно было. В общем, запутались все. И сказали — забыть. Забыть.

Замолчали. Дёмин рассмотрел бакенбарды Пушкина и вернулся к вопросу:

— Анфиса Николаевна! Так как мои-то? Жена велела узнать.
— Иван Дмитриевич! У вас замечательные дети! За-ме-ча-тель-ны-е! Я вчера стою на крыльце, солнышко греет, мальчики носятся, а Настенька ваша подошла к тополю, гладит его ладошкой и приговаривает: «Просыпайся, дерево! Просыпайся, милое! Уже весна, скоро лето!» Представляете! А что врачи говорят?
— А чо говорят. Увозят её завтра в город, в краевую. Вот и везу Настю с Митей, потом не наездимся. В городе тётка её и сестра, доглядят, думаю.

Замолчали. Анфиса Николаевна кутается в шаль. Дёмин скребёт ногтем крышку парты.

— Иван Дмитриевич! Вы знаете, у нас сочинение было. На тему: «Какой я представляю школу будущего». Ну, фантазия детская, богатая, проекты самые отчаянные. Электроника и кибернетика. А ваша Настя только одно предложение написала: «Я мечтаю о школе, в которой бы все любили друг друга».
— А разве так-то можно писать? — всполошился Дёмин.
— Можно, можно, Иван Дмитриевич!
— Так вы ей — и отметку поставили?
— Ничего я ей не поставила. Я написала в тетради: «Умница, я очень рада за тебя».

Дёмин сопит и отворачивается.

— Иван Дмитриевич! Иван Дмитриевич!

Молчат.

— Анфиса Николаевна. Может, вам молока надо? Или сала. Я скажу матери.
— Спасибо, нет, что вы. Я у хозяйки беру. Обидится.
— Тогда я вам стерлядки.
— Ну что вы, Иван Дмитриевич.
— Принесу, принесу. С Митей передам.

Анфиса Николаевна теребит стопку тетрадей. Дёмин изучает книжные корешки, косится на часы.

— Анфиса Николаевна! А ведь Митя читатель у меня. Всё подряд метёт. И в кого такой.
— Митя… Митя ваш меня развлекает! Вот посмотрите. Нет, давайте я. Писали мы изложение, Иван Дмитриевич. Я вам сейчас текст прочитаю, а потом Митино (открывает учебник для пятого класса, читает с выражением): «Витькина гайка. Ходили мы на экскурсию на автозавод и там видели, как разными болтами и гайками на главном конвейере свинчивают машины. Бегут по конвейеру колеса, крылья, моторы, а в конце цеха новенькие самосвалы с конвейера сходят. Ходим мы по цеху, смотрим. Оглядываемся: Вити Харитонова нет. «Витька! Витька!» — закричали мы. А он выходит из-за станка и говорит: «Я гайку завинчивал. Мне один рабочий позволил». Вдруг глядим: с конвейера сходит новенький автомобиль. А Витька показывает на колесо и кричит: «Вот здесь моя гайка!» Мы ему не поверили и побежали к его знакомому рабочему. Тот улыбнулся и сказал: «Помочь хотите? Становитесь в очередь!» И каждый ученик из нашего класса завинтил по гайке на колесе».

Дёмин заинтересован. Анфиса Николаевна находит нужную тетрадку:

— И вот как это изложил Митя: «Ходили мы однажды с классом на завод, на экскурсию. Ходили мы по цеху, станки разглядывали. Вдруг смотрим, Митька Демин пропал. «Митька!» — закричали мы. А он выходит из-за угла и говорит: «Я гайку откручивал, вот там, где новые машины стоят». Не поверили мы ему, побежали к машинам. Смотрим, стоит новенький самосвал, а на переднем колесе одной гайки нет. Вдруг выходит из-за самосвала бракодел и говорит: «Помочь хотите? Ну, становитесь в очередь». И каждый ученик из нашего класса свинтил по гайке с колеса». Здорово, правда?

— Митя? Мой Митя написал? Это на какой экскурсии? Ну, я ему внушу, по-отечески…
— Да что вы, Иван Дмитриевич! Мите скучно писать, как все! Митя — индивидуальность! Ему учиться надо, Иван Дмитриевич!
— Да он и будет, Анфиса Николаевна! Зоотехником, говорит, хочу. Животных любит.
— Иван Дмитриевич! Какой зоотехник! Ваш Митя — гуманитарий!
— Это ещё кто? — пугается Дёмин.
— У Мити склонность к литературе, понимаете!
— И где он работать-то будет, с литературой-то, Анфиса Николаевна. У нас работа — железка да мясокомбинат. Нет, лучше зоотехником. Или механиком в гараж. Видите — про гайки пишет. Дома от мотоцикла поленом не отгонишь. А Настя… и не знаю пока. Как у нас с мамкой-то не вовремя…
— Да что вы такое, что вы, Иван Дмитриевич! Иван Дмитриевич!..

Дёмин смотрит на парту, говорит глухо-буднично:

— Она и не знает, думает — язва. Я говорил, говорил. Люба, говорил, давай в больницу. Она похудела сильно. Говорит, корова отелится и поедем. И Ванька малой. Вот и дотянули. На дороге денег собрали. Да поздно, говорят, операцию. А ребятишек ростить, сами знаете…

Звонок. Топот и детский смех в коридоре.

Отметить: Митькина гайка

Материалы по теме:

Как стать попписом Звонит мне как-то поутру друг-писатель Дима Сорокин. — До Питера из Москвы на машине сколько километров? — Шестьсот пятьдесят. И обратно приблизительно столько же… — А сам ездил? — Ездил и не раз. ЗдОрово! — Ну, расскажи чего про дорогу…
Шантаж папе Я не ошибусь, если скажу, что у каждого человека «первая любовь» случилась в нежном возрасте, то есть когда было 4-5 лет… в детском садике. Ну, вы же помните «тили-тили тесто… жених и невеста…» — значит, я не ошибся.
Дневник задним числом-5 В соавторстве с Людмилой Сафроновой … Да… Как говорил Остап Бендер, ссылаясь на непреклонный авторитет друга своего детства Коли Остенбакена, и на старуху бывает проруха… И в данном случает той прорушистой старухой оказался не кто-нибудь, а я сам…
Комментировать: Митькина гайка