На разных языках… (Рецензия на фильм «Мюнхен»)

На разных языках… (Рецензия на фильм «Мюнхен»)

На разных языках… (Рецензия на фильм «Мюнхен»)
Мюнхен

«Принцип «око за око» скоро оставит нас всех без глаз».
Мохандас Карамчанд Ганди

Давно замечено, что очень трудно найти компромисс прежде всего с самим собой — найти баланс между тем «что надо» и тем «что хочется». Стивен Спилберг нашел изящное решение: ровно половину его творчества посвящено массовому искусству, а другая половина собственным интересам. И уже много лет он не изменяет этому принципу.

Не изменил и на этот раз — сразу после оглушительно-зрительского «Война миров» он снял почти документальный и очень внутренний «Мюнхен». «Внутренний» потому, что задает больше вопросов, чем дает ответов. Массовый зритель такого не любит. Он привык к окончательным оценкам. Даже если это противоречит реальности.

Сколько раз человечество говорило себе: «Ну, вот смотрите, ЭТО произошло. ТЕПЕРЬ мир уж точно никогда больше не будет прежним. Все изменилось. Изменилось навсегда». Эти слова произносились, наверное, тысячи раз. Может быть даже больше. Люди говорили это когда шли за Моисеем к неведомой земле, которую почему-то считали своей родиной, и когда узнали о Воскресении. Когда коренастые всадники с узкими глазами вихрем пронеслись по их землям, и когда слова Папы Урбана II стронули с места сотни тысяч назвавших себя «защитниками истинной веры», а затем привели их в безводные пустоши Палестины. Люди твердили это, когда читали тезисы Лютера на дверях Виттенбергской церкви и когда огонь костра, съедающего тело Гуса, играл на их лицах. Когда миллионы судеб оборвались на изрытых снарядными воронками полях Вердена, люди решили, что это никогда больше не случится. Но им пришлось повторять свои слова уже менее чем через 3 десятилетия. Люди верили, что большие трагедии и великие открытия меняют их жизнь. Но жизнь оставалась прежней.

Не изменилась она и после Мюнхенской трагедии 1972 года, когда спортсмены израильской олимпийской сборной были захвачены членами палестинской террористической организации «Черный сентябрь» и в результате неудачной операции немецкой полиции почти все заложники — 11 человек — погибли. Именно эта трагедия, первая трагедия такого масштаба, в ряду бесчисленных последовавших за ней, считается точкой отсчета в войне с явлением, чуть позже получившим название «мировой терроризм». Именно тогда одно из государств, может больше всех сталкивающееся с терроризмом, — Израиль — ответило на террор средством, как ему тогда показалась наиболее адекватным. А как позже выяснилось, таким же. Так террор, стал сражаться с террором.

Основой сценария фильма послужила книга Джорджа Джонаса «Возмездие». Речь в ней идет не о собственно мюнхенских событиях, но о том, что последовало за ними: израильская разведка «Мосад» в течении 73-го года провела в Европе ряд тайных операций с целью ликвидации членов руководства «Черного сентября». Операций в целом были успешны, и достигли своей цели. «Мосад» мог бы ими вполне гордится, если бы в ходе операции в Норвегии не был застрелен официант-марокканец, ошибочно принятый за руководителя «Черного сентября».

Спилберг не впервые берется за тему террора в судьбах еврейского народа. Впервые он обратился к ней в своем фильме «Список Шиндлера». Вот только роль, которую играют евреи в обоих произведениях, практически противоположна: если в первом евреи — жертвы террора, то во втором — уже палачи. И тут возникает первый вопрос, который задает режиссер: достаточно ли мести, как оправдания насилия? Является ли справедливость основанием к убийству?

«Наш путь иной!» — говорит один из героев фильма, член израильской ударной группы. — «Мы должны быть праведными! Но с каждой жертвой мы теряем праведность». «А мне не важна ничья кровь, кроме еврейской!» — возражает другой. Слепец. Палестинцам тоже важна именно еврейская кровь. Остается лишь научится отличать ее от остальных. А это самое трудное.

Одним из действенных приемов, который применяет Спилберг в своем фильме — это игра языков. Израильские мстители действуют в Европе, переезжая из страны в страну. Франция, Голландия, Греция, Англия — калейдоскоп ландшафтов и культур, городов и наций. Евреи покупают информацию у немцев и французов, нанимают греков, убивают арабов. В течении всего фильма, герои говорят то на одном, то на другом языке, и что бы подчеркнуть это многообразие режиссер дает все реплики в оригинальном звучании, сопровождая их лишь титрами. И начинаешь понимать: сколь действительно тонки культурно-национальные границы в современном мире. Спилберг пытается развенчать один из главных стереотипов сегодняшнего дня, представляющих современный терроризм как конфликт культур — первой жертвой израильтян становится итальянец арабского происхождения, переведший на итальянский «Тысячу и одну ночь». Перевести проще, чем понять?

Спилберг снял не документальную ленту. Все в ней и не так и не тогда, но режиссер и не старался воспроизвести хронику событий. Он пытался показать не «как все было». Он показывал: нужно ли было.

Но самым ошеломительным оказалось почти полное неприятие фильма в самом Израиле. У израильских военных, похоже, нет вопросов относительно собственных действий. Впрочем, как и у террористов.

Что будет если ответить злом на зло? Ответ парадоксально прост: зла станет больше — законы арифметики здесь действенны. Но как тогда остановить зло?

После 11 сентября мир в очередной раз не стал другим. И зло не остановилось.

Отметить: На разных языках… (Рецензия на фильм «Мюнхен»)

Материалы по теме:

Хронический ужас (Рецензия на фильм «Проклятие-2») Вопросы везения или невезения, всегда отдают мистикой. «Почему мне», «почему именно я», «ну что, за оказия такая» — начинаем мы сокрушаться каждый раз, когда в очередной раз попадаем в какой-нибудь переплет. Случайность? Нет, это нас решительно не устраивает.
Ужасы нашего городка (Рецензия на фильм «Судный день») «Судный день» Фильм Нейла Маршала Doomsday, Великобритания, США, ЮАР, 2008— Что он сказал? — Сказал, что перед гибелью они сообщили, что не могут покинуть базу, так как вокруг зло. — Так это жеж Рублевское шоссе! А они Шотландия, Шотландия...
Мужской роман (Рецензия на фильм «Любовник») «Следи, Петя за женой при жизни. А особенно, после смерти…» Из фильма «Любовник»
Комментировать: На разных языках… (Рецензия на фильм «Мюнхен»)