Мой сосед каждое утро, чуть свет-заря какой бы ни был сонный, похмельный идет во двор, выгуливать свою собаку — здоровенного, рыжего сеттера. Если кто думает, что это от большой любви к животным, то глубоко ошибается. Соседу всякая живность совершенно параллельна, а страдает он от прихоти своей жены, той панимаш собаки нравятся, особенно сеттеры, но любовь зла, а по утрам на улицу тащиться, в эту сырость… бр-р!

Я прекрасно помню, как в детстве я заводил разных зверюшек. Ну пару дней я с ними таскался, а потом все переходило по наследству к моей мамочке, и она уже кормила рыбок, кота приучала срать где надо и гуляла с собаками (хотя мамаша моя тоже особо выгулом себя не утруждала, дверь откроет, пинка под хвост, а когда оно там нагуляется, то само в дверь пошкрябает, исключением был спаниэль Дымка, с ним уже батя нянчился). Но ведь, если здраво рассудить, родители мои сами виноваты, нахрена они мне выписывали журнал «Юннат» (а тогда, если кто помнит, журналов по 20 на месяц выписывалось, всяких). Я их просил? Наверное, с какой-то воспитательной целью, не иначе.

И вот космический часовой механизм чуть слышно звякнул, легонечко хрустнул, космическая стрелка завершила очередной оборот на космическом циферблате — во заливаю, да! — и новое поколение выбирает новых домашних животных.

Короче, Маша меня достала со всякими рыбками, мышками, кошками, собачками, но я-то знаю, чем это заканчивается. После долгих уговоров я согласился на тамогочу.

Каплей, которая стала последней, был машин ответ на «да, Маша, мода на тамогочи на эти уже прошла»:

— Я за модой не гонюсь.

И что же в результате?

Утром подбегает Маша, кидает тамагочи мне на подушку:

— Папа, папа, погуляй с ним, я попискать и у меня мультики начинаются.

Я продираю глаза, беру в руки эту фигню:

— Ты его покормила?

— Да-а!

— Конфету дала?

— Дала-дала.

— А играла?

— Папа, поиграй и погуляй с ним, у меня мультики, и мне надо в школу уже собираться.

Вот так.