Сижу на даче, пишу роман, играю и гуляю с дочкой. Хорошо! Отпуск, стало быть, это я так отдыхаю. Одно омрачает оттяжный кайф — музыки нет совсем. В смысле, это у меня ее нет. У соседей зато — навалом. Но как-то не повезло: то ли мне с соседями, то ли им с музыкальным вкусом ;-). Целыми днями я вынужден впитывать отголоски то откровеннейшей попсы (типа какой-нибудь Алены Апиной), то вездесущего «русского шансона», будь он неладен. А без музыки вообще — скучно.

Одним на редкость солнечным утром я обнаружил за занавеской на подоконнике замечательное устройство типа «радиоприемник». Включил. Ура, заработало! Тут же нарвался на Битлз, «Back in the USSR». Послушал, похихикал: вот уж куда теперь точно не вернешься, так это в USSR. Хе! Рано я радовался, как очень скоро выяснилось. Вслед за битлами меня порадовали следующие граждане: Род Стюарт («I am sailing»), Тина Тернер («Simply the best»), Led Zeppelin («Since i've been lovin' you»). Все. На этом лафа закончилась. Раздались с детства въевшиеся в подкорку позывные: «Не слышны в саду даже шо-ро-хи…» Трижды. Затем пикнуло шесть раз, объявили самое точное в мире время и напомнили, что это радио «Маяк», а не какое-нибудь еще. Дальше начался полнейший ужас: новости браво врали про невиданные успехи везде и во всем, от войны в Чечне до очередной битвы за урожай. Громогласно восхваляли Путина, и так далее, и так далее… Потом началась программа по просьбам слушателей. Это была даже не официальная советская эстрада, а ее искусственная имитация, созданная в последние несколько лет. Сначала спел сладкий мальчик Юлиан. До того сладкий, аж тошно стало… Потом некто (не стал засорять память его именем) голосом кабацкого лабуха и под соответствующий аккомпанемент спел пошлейшую песню «Ах, какая женщина… мне б такую!». Следом выступила, как ее объявили «народная група «Белый Орел» с нетленным шедевром «Потому что нельзя быть на свете красивой такой», после чего я не выдержал, выключил радио и, таким образом, покинул эфирное пространство СССР.

Проблема отсутствия качественной музыки в моих ушах никуда не делась, и час за часом я все грустнел и грустнел по этому, казалось бы, никчемному поводу. Мама с папой, озабоченные тем, что их единственное оставшееся на воле чадо (младшего братана на 24-м году жизни забрили в солдаты) пребывает в печали, и выдали мне древний стереопроигрыватель «Аккорд» и хренову гору виниловых дисков к нему. Ух, вот тут я оттянулся в полный рост! Помимо родительской коллекции я обнаружил свою собственную, еще в школьные годы собранную. Там были и The Doors, и Pink Floyd, и Dead Can Dance — в общем, куча кайфов, перечислять утомительно. Остаток дня и полночи я вдохновенно творил под все это богатство звуков. На следующий же день, едва с соседнего участка донеслось «Вези меня, извозчик, по гулкой мостовой…», я выволок колонки на балкон и поставил 2-й концерт Рахманинова для фортепьяно с оркестром. Солист — Святослав Рихтер. Мало того, что сам протащился, так еще и соседей к прекрасному приобщил: когда пластинка кончилась, вокруг стояла гробовая тишина. Эх, граждане соседи, лиха беда начало: в случае рецидивов «шансона» в моем распоряжении все 32 сонаты Бетховена, а на крайняк — тяжелая артиллерия: «Реквием» Моцарта.

Ребячество, скажете? Ну и не спорю. Я просто отдыхаю. Отпуск у меня, в кои-то веки.