I was born in the house

Where television always on.

Yes, i grown too fast,

But i forgot my name.

Talking Heads. «Love for sale», 1986

Сижу, слушаю FM-радио. Естессно, с рекламными паузами: «в нашем доме есть бар, ресторан, сауна с бассейном, бильярд, боулинг, фитнесс…». Новостройку для крутых рекламируют. Ладно, дело привычное, привычно же и игнорируем…

Неделю спустя, на даче, наблюдаю следующее: две девочки и мальчик, все в возрасте от пяти до семи, играют в «дочки-матери». Девочки, конечно, «мамы», мальчишка, соответственно, «папа» (молодец, парнище, полигамия — это круто!). В качестве «дочек» — десяток разнокалиберных кукол. И вот «папа» под чутким руководством «мам» (а вот и минусы многоженства…) строит дом для всего «семейства» из подручных материалов, то есть из веток, нарубленных намедни мной и соседом. Девочки размышляют вслух:

— Вот здесь, пожалуй, сделаем спальню.

— Да, а вот здесь — детскую.

— Вот тут — идеальное место для гостиной. — Напоминаю, речь идет о «помещении» площадью около трех квадратных метров.

— Так… а что бы нам такое устроить здесь? — одна из девочек задумчиво разглядывает густой кустарник, примыкающий к «дому». — Вася, ты не подскажешь, что бы нам тут такое сделать?

— Конечно, скажу! — не теряется Вася. — Тут у нас будет фитнесс!

— А… а что это?!

— Идем, покажу! — плотоядно ухмыляется юный многоженец, затаскивая одну из своих «супруг» в кусты. Оттуда немедленно слышится истошный визг и вопли: «ты что, с ума сошел?! Я все маме расскажу!!!».

Четверть часа спустя несвоевременная попытка исполнить супружеский долг прямо в фитнессе успешно забыта, мама, скорее всего, так ничего и не узнает, а дом построен и семейная жизнь бьет ключом. Все собрались в магазин. Так как настоящих магазинов в нашем дачном поселке нет, они его выдумали. Как раз у моих ворот. Тут Вася преобразился: он больше не отец семейства, он — продавец. Дальше в лицах:

Маша: Мне, пожалуйста, «Силит мэджик».

Вася: Это тот, что чистит и не царапает?

Маша: Да, он самый.

Вася: Литров пять вам хватит?

Маша: Да, вполне.

Вася: Пожалуйста (протягивает полуторалитровый баллон из-под пива, наполненный дождевой водой).

Маша: А еще мне, пожалуйста, жвачку!

Вася (со вздохом): Прекрасный вкус, и надежная защита от кариеса (достает из кармана настоящую жвачку). потом верни, не забудь!

Наташа: А мне, будьте так добры, новый «Оллвейз». У меня, знаете ли, критические дни месяца…

Вася (деловито): С крылышками?

Наташа (негодующе): Я современная женщина, и регулярно смотрю телевизор! Ну где ты видел «Оллвейз» без крылышек? Не путай с «Орбитом» без сахара, умник!

Вася (примирительно): Ну ладно, ладно. С крылышками, так с крылышками. Нам тут вчера самый новый в мире «Оллвейз» завезли, размах крыльев — три метра! Вот!

Наташа (на грани обморока): Вот это да!!!

Вася: Ну что, берем?

Наташа и Маша, хором: Конечно!!! ( я ломаю голову, что же он достанет из кустов? Вася извлекает оттуда воздушного змея).

Вася: Обращаться осторожно! А то улетит ваш «Оллвейз» на фиг, ищи его потом…

На этот месте я был вынужден покинуть наблюдательный пост: пришла пора выполнять свои отцовские обязанности, самые что ни на есть настоящие. Приведу лишь еще один малюсенький эпизод. Тот же самый Вася беседует со своей мамой:

— Мам, а наш Мурзик «Вискас» не ест. Он нам что, не доверяет?

О вездесущести рекламы, ее воздействии на детей уже написано много, и еще напишут, конечно; да, как обычно, без толку. Но меня оторопь берет, честное слово, когда я слышу, что дети изъясняются исключительно рекламными слоганами и фразами из не самых качественных фильмов, заполонивших все каналы ТВ… А все потому, что в каждом доме «television always on». И что теперь, устраивать крестовый поход против телевидения, как явления? Не знаю. Я лично ящик смотрю крайне редко, и дочка моя, надеюсь, не будет часами пялиться в экран. Проблема выбора — дело каждого. Тоже не самый худший слоган, если разобраться. Ох, не хотелось бы оказаться лет через десять в обществе, состоящем сплошь из пелевинских оранусов (см. Виктор Пелевин, «Generation П»). Ох, не хотелось бы…