Смотрел краем глаза я тут Олимпиаду, выступления каких-то двойных прыгунов в бассейн (оказывается, есть и такой вид спорта). Там два паренька синхронно ныряли с вышки. Ерунда, короче. Но когда нашим вручали золотые медали и зазвучал гимн, я как-то встрепенулся. Приятно? Дело не в этом, хотя и приятно, конечно. Дело в том, что этот гимн меня зацепил, оказалось, что с этим гимном я себя ассоциирую…

А вроде что за гимн? Ну, написал его Глинка, дальше что? Слов и то нет. Да у нас вообще по части символики полный бардак творится. Паспорт серпастый-молоткастый, с названием страны, которой не найдёшь на карте. Флаг —трёхцветный, на всех трибунах двуглавые орлы, на кремлёвских башнях — красные звёзды. Куранты, правда, переучили петь по-новому. Или по-старому? На главной площади — труп. Военные от рядового до генерала, величают друг друга товарищами. Гражданские — господами.

Кстати, помните эту историю про величания? Мы ведь избегали, как могли, этого товарищества, расплодили в частной жизни каких-то дурацких «молодой человек», «девушка» и «вас здесь не стояло». А господин/госпожа как-то стеснялись… Даже, помню, фраза такая была: «Что ж нам, господами друг друга называть?! У нас господ нету!» А иностранцев называли. Не скажешь же: «и молодой человек Никсон». А сейчас привыкли господарить, вроде как всегда так и было.

Вернёмся к гимну. Первым делом, конечно же, вспоминается наш тот, советский гимн. Гимн Советского Союза. Некоторые его боготворят до сих пор. Некоторые хотят, чтоб он вернулся. Кто-то его ненавидит. А какой он? Какой он был, давайте зададимся вопросом.

Утверждаю, он был гениальным. Великим был. БЫЛ. Даже не то, чтобы гениальным… каким-то абсолютно подходящим, занимающим правильную нишу… Помните круглые, с виноградину, слёзы Ирины Родниной на пьедестале под этот гимн? Никогда не забудем. Мы именно такой гимн и заслуживали…

Достаточно известно, что тот гимн тоже существовал сначала без слов, сначала (в 1944 году) появилась музыка Александрова. И под неё предстояло написать стихи. Появились и стихи, но к 1977 году их решили переписать. Поэты песенники называют это писать «под рыбу». Или «на рыбу»? Неважно, главное что таких рыбарей собралось немало. Да и понятно… И среди прочих, разумеется, Вознесенский с Евтушенко. А победил мастодонт советского стиха, Герой Соц. Труда, председатель Союза писателей, автор неувядающего «Дяди Стёпы» князь Михалков. С помощью какого-то там занюханного Эль-Регистана.

Тексты принимались специально созданной комиссией. Она же их и рассматривала. А поэты решения ждали кто где хотел. А Вознесенский (или это был Евтушенко? Нет, кажется всё-таки Вознесенский) ждал за границей, обсуждал проблемы соцстиха на симпозиуме. И Михалков там был тоже. И так случилось, что результат был объявлен, и они в этот день оказались в одном лифте. Не один на один (к счастью, а то не было б истории), а при свидетелях. И Вознесенский хитренько так замечает:

— А ведь согласитесь, Сергей Владимирович, текст-то гавно…

И тут Михалков отвечает талантливо. По его ответу можно даже ошибочно решить, что он поэт (а не председатель СП и вор всего только возможного). Он повернулся, медленно и величаво, и молвил:

— Иди учи ТЕКСТ!!!

Поняли? Не текст, а ТЕКСТ! Ну, гавно он или нет, давайте разберёмся сами. Помните эти стихи? Они ещё у нас на тетрадках были написаны (почему-то сзади)… Только они были записаны традиционно как-то. Я бы записывал их по-другому, величественно, маяковской строфой (не знаю уж, как писал Михалков, т.е. Регистан).

Союз нерушимый

                 республик свободных

Сплотила

           навеки

                 Великая Русь…

И так далее, больше нам не надо. Ну что, поехали разбираться?

1) «Союз нерушимый» — ну, какой он «нерушимый» мы узнали из Беловежских соглашений, тут и добавить нечего.

2) «республик свободных» — свободных? Да ну… От чего свободных? Не сказано… Так, политическая декларация. Интересующихся же отправляю к тексту Сталинского доклада «О проекте Конституции Союза ССР», случившемуся 25 ноября 1936 года на 8-ом Съезде Советов. Там очень подробно, просто и по-Сталински с юмором изложено от чего свободны республики.

3) «Сплотила» — думаю, это глагол с потолка. Схватили слово, какое попадётся (пошло бы и «схватила» или, скажем, «подмяла»). Зачем «сплотила», если строчкой выше «союз». Какая-то смысловая тавтология…

4) «навеки» — ??? Опять ерунда. Опять строчкой выше смотрим, там слово «нерушимый». Что же получается: «нерушимый навеки»? А если не «навеки», то насколько нерушимый? На полчаса? Это слово опять затыкает дырку в фразе…

5) «Великая Русь» — вот, добрались до самого главного. Значит так, все республики у нас равные и свободные. А самая свободная, самая равная, самая наверху, самая сплотившая и навеки всех дрюкнувшая — Великая Русь! То есть мы всё это пели и ничего не замечали…

А мы вообще мало чего замечали. Например, я не замечал царившего у нас национализма. В нашем классе был один парень… Он собирался поступать в МГУ на физфак (и поступил), всякую физику/математику я только у него и списывал. Но по математике у него никогда не было выше 4. Я как-то спросил — почему? Он посмотрел на меня как на идиота… Его звали Орхан. Он был (есть и будет) азербайджанцем до мозга костей и до ногтей пальцев ног и рук…

Когда господь создавал Орхана, он пользовался самым сильным микроскопом. И деталей малюсеньких использовал раз в тыщу больше чем на обычного человека. С ним было не так легко дружить (хотя мы дружили, конечно), не очень просто дружить с яйцом Фаберже.

Так вот, Орхану потребовалось некоторое время, чтоб я понял, насколько всё пропитано великодержавным шовинизмом.

— Какое самое обидное ругательство на улице? — спрашивал он меня. — Дети как друг друга ругают?

— Ну, не знаю… Козёл? Баран?

— Грузин!

— Да ладно! Это ж редко, и национальность, не ругательство. Хотя… Дай подумать… Тебя так ругали?

— Всегда.

— Обидно?

— Очень.

(Привет тебе, Орханчик, кстати в твоей далёкой лингвистической Сорбонне).

А про гимн… Про Российский гимн… Слова появятся, я уверен. Надо просто ждать и надеяться… Обязательно появятся, и приживутся, новые или старые, как слово «господин». В своё время! А пока будем гордиться тем, что есть. Например, золотой медалью за синхронные прыжки в глубину.