На правах антирекламы собственного произведения

И еще одна дорожная история. Возвращаюсь как-то домой от родителей, сажусь в маршрутку. Сел, расплатился, достал книгу. Хорошая такая книжка, интересная, хоть и нудная донельзя: Том Клэнси, «Реальная угроза». Напротив сидит тетя лет пятидесяти, тоже читает что-то. На улице пошел дождь, и в микроавтобус влетело нечто. Молодой человек примерно моего роста (2м) и возраста (27-28). Короткие крашеные волосы, в глазах — лихорадочный блеск. А уж пивом от него разило так, что никакими словами не описать.

— Ты, я вижу, читать любишь! — заявляет этот деятель, дыша убойным перегаром мне в лицо.

— Есть такое дело… — Я бормочу еле слышно, попутно стараясь отключить обоняние.

— Я тоже люблю! Я книжки люблю! Всякие! Особенно веселые! — Он почти орет, и я думаю, не будет ли слишком бестактным с моей стороны, если я зажму уши? И опять я осторожно так отвечаю:

— Это очень хорошо.

— А вот это ты читал? — спрашивает он меня, и извлекает из рюкзака мой роман. Следующие секунд тридцать я борюсь с жутким искушением сказать, что я не только читал, но и писал эту книгу. Но он так яростно меня нахваливает, что скромно признаваться в авторстве мне уже не хочется. Еще через минуту я начинаю подумывать, не выйти ли мне прямо вот сейчас. А читатель-почитатель вещает на весь салон:

— Не, вот это место — ну это же полный прикол! А как он феминисток вздрючил, а? (вот уж где он в древнерусской фэнтези у меня феминисток или вздрючку для них нашел, я так и не понял). А вот послушай кусок…

И еще целых десять минут он втюхивает мне, какой шедевральный текст я создал (он, понятно, не в курсе, что это был я), а мне провалиться сквозь землю хочется. Чувство было такое, словно я — манекенщица в штучном платье, и вот в момент показа мод на подиум вламывается какой-то кретин и начинает меня раздевать, громогласно нахваливая прелести… (Ничего себе у меня сравненьица пошли… Надо меньше работать и больше спать!). Наконец, восторженный чел выходит, и я вздыхаю с облегчением. Тетка напротив, обладавшая проницательным взглядом мисс Марпл, просекла, что мне эта беседа не доставила ни малейшего удовольствия, и решила поддержать морально:

— Нынешняя молодежь читает всякую непотребщину… Еще и другим навязывают… Но мы-то с вами знаем толк в настоящей литературе, правда? — С этими словами она показывает мне, какую книгу читает. Александра Маринина, «Я умер вчера».

Все правильно, так и надо. Нефиг зазнаваться…