Сразу скажу — о политике писать не буду: о ней и так все пишут… То Беларусь с Россией поругается, то Россия с Беларусью… Все это напоминает старую пословицу: «Милые бранятся — только тешатся»…

Небольшое воспоминание… Было это лет 25 тому, ехали мы к нашему другу во Фрязино на его день рождения… Мы — это я и молодая тогда еще супружеская пара — Саша и Лена…

Ну, сели в электричку на Ярославском вокзале, проехали пару минут… И тут началось…

Главное, то ли я повода не помню, из-за чего они стали ругаться, то ли этого повода просто не было… Не суть…

Сначала они ругались… Ну, как бы это сказать, строго, но не без нежности… Потом оба постепенно вошли в раж… Она ему морду побить предлагает, он же предлагает сразу развестись…

Тут уже мат-перемат, и такие угрозы, до каких запорожские казаки в своем письме султану не додумались…

Я понял — идет дело к смертоубийству…

Опять же — встревать мне, значит, только масла в огонь подливать … Встал я со своего места и ушел в соседний вагон, от греха подальше…

Во Фрязино я вышел на платформу и думаю — кто скорее приедет к поезду: милиция или скорая? Но тут на перрон выходят Лена и Саша, под ручку, улыбаются, целуются и влюблено щебечут… Да…

Прошло 25 лет, а они до сих пор вместе и очень любят друг друга, хотя нередко и ругаются… Но их ругань не злая, а так — от наплыва чувств, как я теперь понимаю…

А у меня с последней женой все было тихо — с ее стороны, а потом как выплеснулось… Тут и развод, и девичья фамилия…

Ну, надо выпускать пар с обеих сторон — тогда отношения будут крепче…

Так и Беларусь с Россией… И Россия с Беларусью…

* * *

Вообще, я думал — ну, еду в глубинку, там народ только на мове белорусской и говорит… Ну, такая посконность, домотканность, народность… Все в лаптях и онучах, и все гутарят по мове…

Интересная такая деталь узналась — в свое время Шушкевич хотел эту мову сделать обязательной и вообще устранить русский язык… Не как первый — а вообще…

Видимо и он был сторонником народности… Правда, знал ли он сам эту самую мову на хорошем уровне — история умалчивает…

Да, так вот, что русские собрались уезжать по этому поводу — это ясно… Но и многие белорусы до сих пор с ужасом вспоминают бредовые идеи Шушкевича и говорят: «Слава Богу, что этого безумного до власти не допустили…» Честно говорят, искренне… И не оттого, что не могут говорить на этой самой мове — могут, а просто им русский язык не меньше дорог, чем она…

* * *

Вообще, народ даже в глубинке говорит на смешанном русско-белорусском языке…

Интересно, но с таким же явлением я столкнулся в Израиле: это было повсеместно среди выходцев из СССР…

Например, сам слышал, как одна тетка в автобусе говорила другой: «Когда он пошел в милуим, я его отвела на мирпессет и поцеловала. Он такой мотек…»

В переводе: милуим — военные сборы, мирпессет — балкон, мотек — сладкий…

В Беларуси говорят примерно так же… Но между своими — а так только по-русски…

Я тоже приобщился к мове…

Бульба ё? Цыбуля — ё? Смачно… А певники ё? Нема… Ну, и добре…

Певники — это петушки… Смачно — это вкусно…

* * *

Что мне нравится в мове — она очень ласковая… Нет в ней наших тяжелых окончаний, которые как молотом по лбу… Мы как говорим? Она плачеТ… А на мове — Она плачЕ… Рисуе… Живе… И главное, все понятно…

* * *

Белорусские новости по ТВ — это нечто… Идет 1 репортаж по-русски, второй, пятый… И Президента показали — он со своими министрами по-русски говорит… И вдруг репортаж на чистой мове… А вот тут я ничего не понимаю почти, только общее направление, да и то…

* * *

Ну, ладно, я не Сталин, чтобы о языкознании рассуждать…

Расскажу о Беларуси…

Приехал я, когда было холодно, но еще терпимо…

Много снега, которого я не видел лет так уже 16, холодно…

Когда было минус 15 я еще несколько раз на улицу выходил, а потом — в минус 23 вышел, и сразу обратно, в тепло побежал… В зобу дыханье сперло…

И начал я болеть…

Вызвали Скорую… Ну, температура у меня не ахти, 37,5, но до больницы мне не дойти — далеко она, да и зачем идти, если к тебе приезжают бесплатно на дом? Бесплатно — хочу это подчеркнуть…

* * *

Для примера — в Бельгии цена за Скорую — от 50 до 150 евро, в зависимости от того, как далеко находится от тебя больница… Я однажды вызвал Скорую — больница… Ну, 4 км, наверное… 50 евро… Правда, я не платил и не плачу: пошли они… Да и нищим быть хорошо — с него много не возьмешь… То есть, с меня…

* * *

Приехала усталая врачиха…

Усталая — понятно: на пятый этаж без лифта… Да с сумкой-саквояжем…

Потом я говорил с одной из Скорой, она мне сказала, что у них по 30 вызовов за смену, и обслуживают они Кировск и все деревни в радиусе 50 км…

Ну, вот… Я врачихе свою страховку сую, она от нее отмахивается…

— Вы тут живете?

— Проживаю, а не живу. Временно…

— Все мы тут временно… — философски заметила врачиха…

* * *

После осмотра и прослушивания, она сказала, что мне бы надо лечь в больницу, на обследование. От этого предложения я категорически отказался, врачиха выписала какие-то таблетки и ушла, тяжело переваливаясь по лестнице…

* * *

Помню, у Жванецкого было… Или я путаю?

«Советский человек получает 120, живет на 240, в магазинах ничего нет — но у всех холодильники забиты…» Что-то типа того…

Ну, про холодильники не скажу — не заглядывал, а так…

Как заметил один неглупый человек: «Чем беднее страна, тем лучше в ней одеваются…»

Был я на рынке в Бобруйске… Вещевом рынке. По нашим понятиям он маленький, по московским — меньше подковы, которой подковал Левша блоху…

А приехали мы с моей подругой покупать на этот рынок мне штаны… Теплые… Ну, наверное, все вы знаете, что это такое, а я не знал. А тут — пристойные джинсы с байковой подкладкой…

Насчет пристойности — время покажет, если зиму отхожу, но дело не в этом…

Много ларьков — и все торгуют одним и тем же… Тут я оглянулся по сторонам и увидел. что и народ ходит практически в одном и том же.. То есть, это значит, что все одеты по моде… По последней белорусской моде…

Блестящие куртки с обязательной оторочкой енотом… Или искусственные дубленки. Подбитые кроликом или бараньим мехом… И шапки с козырьками… И…

* * *

Покупая джинсы, я разговорился с продавцом — Откуда товарец? Из лесу, вестимо?

А он — Да нет, с Черкизона… Раньше было проще, а теперь ездить по складам, которые разбросаны по Подмосковью — сущая мука…

Как я понял, продавец работал на себя, то есть — мелкий бизнесмен… Поехать в Москву, взять товар. Вернуться… Отсюда и наценки по сравнению с Москвой — надо же заработать…

* * *

Интересное дело… Ходим по рынку, а там еще и картинками торгуют… Эдакий кич массового производства, ширпотреб — у нас такой в суперах продают максимум по 10 евро…

Подходит старушка — правда, не в онучах, а как надо — в шубе новомодной, в шапке грибом — тоже новомодной…

— Сколько стоит? — тыкает пальцем в одну.

— 600 тыс. — отвечает продавец /150 евро/.

— На следующей неделе куплю… Пенсия будет… — говорит старушка и отходит от прилавка.

Да… Получаем 120, живем на сколько?

* * *

Понятно, я никого не удивлю — но я ж о своих впечатлениях пишу… Куртка — 150 евро, шапка с енотом — 50… А ведь зарплата в 120 евро в Кировске является довольно неплохой, не из последних… Так как же народ живет?

Ну, как…

Бульба ё? Цибуля ё? И все это со своего огорода… Бесплатно, короче, не считая труда, удобрений и всего такого прочего…

А еще есть кредиты… Которые не просто дают — их навязывают…

Я лично не знаю ни одного белоруса, у которого нет кредитов… Старшее поколение, конечно, исключение — это народ битый и никому не верит: ни банкам, ни их кредитам…

А вот люди моего возраста, старше — лет до 60, все в этих кредитах с пяток до головы…

Кредиты берут на все: на миксер, на пару табуреток, на шапку или пальто, на… Короче, на все…

И главное, все привыкают к выплате этих кредитов — ну, считают их чем-то вроде подоходного налога или налога за бездетность…

* * *

В Брюсселе народ ходит в том, что удобно… Моды как таковой нет… То есть, она есть, но где-то там, в самом центре : клерки в дорогих костюмах, дамы в мехах…

Правда, дам в мехах я видел, в основном, на рынке Андерлехта в воскресенье после полудня, когда продавцы распродают овощи и фрукты за гроши или просто выбрасывают…

Вот тут и появляются дамы в норковых шубах и канадских дубленках до пят, которые прыгают через ящики, как серны через поваленные бревна в дремучих лесах…

Прыгают они тяжело — на них столько золота, что тут и молотобоец бы согнулся и упал на карачки от тяжести…

Но дамы не просто не падают, они еще и прыгают, и успевают набивать огромные китайские сумки халявными или полухалявными продуктами…

Слышна русская речь, очень часто матерная… Это на бегу переругиваются дамы…

* * *

Как сказала одна моя знакомая из серии данных дам:

— Все бельгийцы — мудаки…

— Почему? — поинтересовался я.

— У меня такая шуба, у меня столько золота — а на меня никто не обращает внимания… Ну, не мудаки?

* * *

И последняя зарисовка…

Кировск. Стою у подъезда, жду свою подругу… Она пошла обратно домой — что-то забыла…

Ну, стою…

Из другого подъезда выходит молодая девушка с мусорным ведром…

Одета — ну, как на свадьбу… И все по моде: и шляпа грибом, и шуба, и сапоги… И накраситься успела… Наряжалась и готовилась, как могла к этому торжественному событию — выносу мусора, который — если очень глубоко вдуматься — для нее является выходом в свет…

Идет, томно покачивая бедрами и стреляя по сторонам глазами — А? Вдруг заприметил кто?

И идет она с мусорным ведром к мусорным бакам, где живут бездомные кошки, будто на бал в Версаль… К галантным кавалерам — маркизам и виконтам…

Счастья тебе, девушка…

Продолжение следует