Нравится мне одна притча… Часто ее вспоминаю, она интересная, да, сейчас расскажу.

Значит так.

Давным-давно. Далеко-далеко. В Древней Греции это случилось. В одном городе-государстве все мужчины ушли на войну.

Там так принято было, если война, то все идут на войну. Остаются только женщины, старики, дети и рабы.

Обычно война недолго длилась, встретились два войска, порубились, вот и вся война.

Но не в этот раз.

Эта война длилась долго. Очень долго. Так долго, что когда воины вернулись в свой город, то нашли крепостные врата запертыми. Их уже никто не ждал. Рабы захватили дома их и жен их, и сами стали хозяевами в их городе.

Ну, как тут? Развернулись и ушли? Нет, это были воины закаленные, прошедшие огонь-воду, взяли они оружие свое в руки свои и пошли на приступ крепости.

Вообще-то, они рассчитывали на легкую победу. Разгонят рабов по-быстрому и делов. А хренушки. Рабы стояли на крепостных стенах на смерть и не отошли ни на шаг.

Весь день бились, но все безрезультатно. Пришлось воинам отступить.

На следующий день вновь воины эти греки идут на приступ крепости. И вновь безрезультатно. Не они, а рабы уже властелины их города, и чувствуют рабы силу свою. Отступили воины от стен. Никак не взять приступом.

Ночь не спали, все думали, как им город свой взять обратно.

И придумали.

Вышли утром, встали пред стеною городской, бросили щиты свои под ноги, и мечи бросили, и копья бросили, а взяли в руки плети и выгнали рабов из города своего.

Рабы, они и есть рабы.

Я иногда рассказываю эту притчу где-нибудь в компании. Под рюмочку. Из этой притчи запросто тост слепить можно. Рассказал, и в конце мудроту какую-нибудь на ходу присочинил. Все выпили, все довольны. Посмеялись. Да, рабы, они и есть рабы. Да, да, рабы — не мы, мы — не рабы!

Правда ведь интересная притча? Я же не обманул?

Только заметил я как-то, что все смеются, а я один почему-то нет. Не знаю, не смешно мне.

Как бы это в двух словах-то объяснить?

Я как-то посмеялся со всеми, а потом задумался — а я где в этой притче? Я с плетью в руке или, возомнивший невесть что в себе, раб, от плети бегущий?

И почему все вокруг так уверены в своем суперблагородном происхождении? Откуда столько гнезд дворянских набрать?

И что такое раб? Где он сидит? В голове? В сердце?

Как там Горький советовал? Выдавливать?

Передается ли сердце раба по наследству? Или таки все дело в мозгах? И сколько еще поколений бродить нам в пустынях?

Да, что там Горький-то? Выдавил?