Очень хочется знать — что за дверью в завтра. Причина обычная — плохо сегодня. Или по крайней мере — очень скучно. Поток событий настолько ослабел, что человек волнуется — к добру ли это? И заполнят волнением всё время.

Большую часть времени человек не живёт, а ожидает того времени, когда можно будет пожить. Настоящее всегда строго ограничивает самую свободолюбивую личность. Однако не всех — одинаково. Существует закон, согласно которому границы личной свободы определяются внутренней свободой индивидуума. И есть правило замкнутого круга: социум даёт мне свободу только в тех проявлениях, в которых я уже свободен психологически. А в остальных недвусмысленно фиксирует. Иными словами — каждый человек и народ носит смирительную рубашку строго по размеру, любимого цвета и фасона. И претендовать на чужую не имеет права. Чужие права — у чужих людей.

Зависть к чужому образу жизни сжигает людей с тех пор, как появился телевизор. Не его вина, что он терзает доверчивые души, показывая райские кущи круглосуточно. И без него поводов для зависти хватало: любая деревенская улица всегда представляла собою космос в миниатюре. На ней испокон веку жил весь набор человеческих масок — от Заморыша до Ильи Муромца и от Золушки до Царевны Несмеяны. Проходят века, поколения сменяют одно другое — а традиционные персонажи остаются.

Одни персонажи живут полнокровной, по всей видимости жизнью. Хотя вся полнота её состоит из свободного отправления простых естественных потребностей. Другие маски красными от ненависти глазами смотрят на этот пир страстей человеческих, считая личные обиды и с надеждой глядя в будущее: а не едут ли там уже Добрая Фея в золотой карете и Рыцарь на Белом Коне. Которые волшебной палочкой либо острым мечём прекратят вакханалию несправедливостей мира сего. Что ж — такое случается. Однако история отмечает подобные явления, как кошмар. В сказке Золушка становится принцессой, а в реальности — Бабой Ягой худшего пошиба. А несчастный Заморыш, по легенде превращаемый в Доброго Молодца, к концу жизни становится Кащеем Бессмертным. Бессмертным в том плане, что его деяния и светлый образ его будут помнить не одно поколение.

Существование человеческое становится всё более и более ненадёжным. Впрочем, об этом говорили ещё до Христа и вероятно будут отмечать с тревогой и после второго пришествия. Кажется, что почва уходит из-под ног — причём не только у отдельных людей — у народов. Действительно, годы идут быстро, хотя ног у них нет. Они-то и уносят эту почву — вместе с нами. У других людей вроде бы всё благополучно — живут себе, горя не знают. А у нас — всё не как у людей. Рубашка смирительная — и та второй свежести, и тесновата так, что порой жить не хочется. А вот у соседей смирительная рубашка и чистая и просторная не в меру. И сумасшедший дом у них с либеральными порядками — а у нас только остаётся утешаться поговоркой — в тесноте — да не в обиде. Если бы так.

А посланцы из будущего не торопятся — и не случайно. У Принца на Белом Коне украли кобылу — а пешком путь не близкий. Однако слухом земля полнится: идёт он всё же. Однако медленно — пока дойдёт — борода до земли вырастет. Потому как придёт — будет проблема с идентификацией. Добрая Фея проанализировала на Волшебной Палочке перспективы массового превращения Очень Несчастных Существ в Очень Счастливые и призадумалась не на шутку: последствия такого благодеяния окажутся похуже всемирного потопа.