Зря ты плакала, ундина…

Моё сердце — камень, льдина!

Льда не растопить.

Зря ты плакала, ундина,

Я устала жить!

Жизни было слишком много!

Слишком много слез!

Черезчур крива дорога

В лабиринтах грез…

Зря ты ищешь взгляд мой нежный!

Кончился, сгорел!

Был манящий, был безбрежный…

Ты — не подоспел!

Не застал той юной дивы

В розовом пуху…

Нынче губы мои кривы

И мечты — в труху!

Нынче я — лихая стерва!

Прячься коль не глуп!

Береги слова и нервы,

И касанья губ,

И объятья, и желанья

Для кого-нибудь…

Кто оценит те старанья,

И не будь, не будь!!!

Не кидайся мне под ноги,

Не гляди в глаза!

Не зови, не жди подмоги,

Я глуха, я зла!!!

Разметает и растопчет,

Не заметишь сам…

Не сочувствует, не ропщет

Сердце. К небесам!!!

Ведьмой в ангельском обличьи!

Как права была

Та ладонь, что неприлично

На чело легла

И он молвил, голос в храме:

Ты не божья дочь!

Прав он был, в грехе и сраме

Я бежала в ночь!

И живу, и улыбаюсь…

И не та, кто есть…

Сгину может… иль покаюсь…

Не сейчас… не здесь…

04.03.2003

Всплески…

Я уеду…

И буду без тебя… там, где…

Кто-то станет жадно…

А мне будет…

Не слушай!

Беги, беги! Или я сбегу первая!

Два сумасшествия… встретились…

В едином возгласе.

Mandness… наше слово.

А нужно ли… Себя ты не спрашивай!

Можно!

Можно задуматься…

Только нужно ли?

Сумасбродство… И тайные

Наши действа… и похоти…

И прихоти…

Свет софитов… Изогнутый

Профиль, пламя, движение…

Heather Nova, Massive Attack…

Капли воска и красками…

По белому и по синему…

По живому, но скрытому… От кого?

Уходи!

Слишком гордая… Я?…

Ну где же ты бродишь, Нашествие…

На мое безразличие…

Лёгкой поступью вошла, осталась заполночь…

Лёгкой поступью вошла, осталась заполночь,

Занавесок не задернула… К чему?

А на утро вольной птицей, ветром, залпом — прочь!

Тень присутствия — в напутствие… Ему!

Вздох безумия и привкус опоздания,

Запах близости, осколки красоты…

Здесь… она… была… касалась, жгла желанием!

Растворилась быстрым промельком мечты…

Разомкнув похмелья веки, мысли комкая,

Пробежался взглядом, память вороша…

Как же? Чёрт! Заныла, взвыла… Сука! Звонкая,

Чувствами размытая душа.

Томной поступью войдя в полночном мареве,

Сбросит в сумраке улыбку и бельё,

И окажется в рассветном, душном зареве

Кто-то снова непохожим на неё…

Cползая в Cкуку…

Прислушиваясь к шорохам и звукам

Витающих вокруг безумных дел,

Я плавно снисхожу, сползаю в скуку,

В отсутствие мотивов, душ и тел…

В несовершенство, в «медленно» и «мимо»,

В знакомое, дурное «не хочу».

Я растоптала все твои порывы,

Не разобравшись в том, чего ищу…

Мое «свободно» превратилось в «пусто»,

В «никак», в «бесцветно» или «все равно».

Твое участье перекрасив в «грустно»

Я разменяла «двое» на «одно»…

От боли прячась награждаю ею,

Бегу из одиночества в «любовь»…

Безжалостная от того что верю

В неверие… И попадаю вновь

В самою же расставленные сети,

И странные «потом» и «ну и пусть».

А ты… Ты упустил всего лишь ветер,

Дурное облако… Скучающую грусть…

Легкой тенью

Легкой тенью, перышком над бездной

Я скользну по вашим жизням и исчезну!

Пролечу, перелистну, прольюсь рекою

Для кого-то тёплой, ласковой, живою,

Для кого-то только каплею нежданной,

Обжигающей, волнующей и странной…

И оставлю только трепет, только шорох,

Непрочитанных стихов забытый ворох,

Танец жестов и излучины пути,

По которому не суждено пройти.

Будет в памяти дрожать последний взгляд

И улыбка невернувшейся назад…

28.12.2001

Не буду больше!

Думать о тебе, как о чем-то возможном…

Непонятно-влекущем, сложном…

Непременно мне нужном,

Важном…

Не буду больше вспоминать о том,

Что могло бы случиться в другом

По-иному сложившемся мире.

Своей бедной, замученной лире

Дам покой, отпущу на свободу.

И не буду, не буду, не буду

Думать, маяться, подбирать слова.

Я не та, не смогла, ни жива,

Ни мертва, ни цела, ни разбита…

Песня эта избита.

Твои фото я уже сняла со стены.

Прощай. Здесь теперь только я. Не ты…

02.07.2003

Я умирала медленно и часто

Я умирала медленно и часто

И каждый раз, как будто навсегда!

Душа, как криво сложенные части

По швам трещала, ныла и ждала,

Того, что новый луч в окно пробьется

И свежею надеждой озарит,

Что в бездне ночи кто-то прикоснется

И новой болью сердце не пронзит…

Я умирала тихо и негласно,

С блистательной улыбкой на губах.

И в тот момент, как никогда прекрасна

Была, купаясь в славе и дарах.

Но обрывалась радужная песня,

Как только шум веселия стихал.

«Беги! Порви! Умри, Сорвись! Напейся!…»

Мне тут же голос внутренний кричал.

И под его раскатистое пенье

Я бормотала странные слова,

Чтоб дал мне Бог еще чуть-чуть терпенья,

Ведь завтра буду рада, что жива!…

3 декабря 2001

Вдыхая запахи порока…

Никто опять не выйграл бой

Сплетенных, напряженных линий…

В клубке безумия с тобой

До хрипа, стона и бессилий

Сражались, бились, обнажив,

Под стать телам горячим, нервы

Сто разных мигов пережив

За миг один, последний… первый…

Сожми до хруста, разорви!

Ведь я живу одним мгновеньем,

Волной взрывною по крови

И рук твоих прикосновеньем!

Тебе не справиться со мной,

С шальным, безудержным созданьем…

Я выпью залпом твой покой

И отравлю твое сознанье

Надрывом, похотью, игрой

И глаз огнем, и силой страсти,

Желаний бурей, чувств рекой

И телом, рвущимся на части…

А после, избежав молвы,

Я вновь приму, как неизбежность,

Никем непонятость, увы,

И никому не принадлежность…

Но это позже, а сейчас,

Вдыхая запахи порока,

Упасть на миг… пропасть на час…

легко, бездумно… и жестоко…

12.2002

Сигареты — кончились!!!

Сигареты — кончились!!!

Ветер за пивом послать?

Губы в улыбку скорчились…

Сердце — в кулак и сжать…

Раздавить, умертвить окаянное!

Чувства презреть и убить!

И эту мысль постоянную:

Нужно ли мучиться, жить?…

Сколько их будет — обманщиков?

Многих ли я обману?

СтОит ли этих романчиков

Всё, что летело ко дну?

Падало, билось и плакало,

Было разорвано в хлам…

Сердце! Зачем же ты ахало,

Падая к чьим-то ногам?!

Жесткая, злая, холодная…

Вы не узнали меня?

Плачьте! Теперь я свободная!

Больше не будет огня!

Не воскресить моей нежности,

Тёплых и чувственных рук,

Падших во тьме неизбежности,

Медленных, стонущих мук…

Дрогнувших век моих в пламени

Страсти, сомкнувшей тела…

Ныне — лишь пропись на знамени:

«Злая любовь умерла!»

Похоронила постылую!

Крестик воткнув на бегу,

Как и другие унылую…

Больше не плачу, не лгу,

Только считаю и думаю,

Новую строя мечту.

И отпускаю угрюмое

Сердце своё в пустоту…

Как много мыслей!

Как много мыслей! Бесконечно много!

Зачем они так мучают меня?

Вселяют в сердце слабое тревогу

Ночной порой и на рассвете дня…

К чему я шла? Что было мне звездою?

Зачем мне столько крови и обид?

Но я жива еще, пока со мною

Мечта моя ночами говорит!

Ах только бы дойти и не сломаться,

Не отгореть, не растерять огня!

Дойти туда, где можно отдышаться!

Но разве ждет там кто-нибудь меня?…

Какое дерзкое, распутное созданье

Во мне живет и будоражит кровь!

И я бегу по вехам мирозданья…

Бегу куда? Зачем? Но только вновь

Застынет крик, готовый уж сорваться

С моих иссушенных страданьем новым губ.

Но промолчу… Сбежать или остаться…

Уж решено. И мой рассудок груб

И так безжалостен, и трезв до неприличья

К моим печалям, страхам и слезам.

И я меняю боль на безразличье,

И вновь бреду к нехоженым местам…

1 ноября 2001

Мой друг, ты не сумел!

Мой друг, ты не сумел спасти меня!

И нем и глух ты был к моей печали,

Когда уста о помощи кричали

В улыбке скорбной суетного дня.

Не внял мольбе моей и не ответил

Притворством пыл и нежность заменив,

Ты мимо прошагал и не заметил,

Как я, от тихой пристани отплыв,

Шагнула в бездну и своим безмолвьем

Тоской и болью медленно прожгла

Надежду и мечту и тем жила,

Смешавшись с ненасытным поголовьем

Невежд, пройдох и, незаметна им,

Осталась неизвестною прохожей,

На большинство нисколько не похожей,

Пугающей безумием своим.

И о тебе, мой друг, уже не смея

Ни думать, ни мечтать, ни вспоминать,

Хранить твой образ в сердце не умея,

Я все же буду терпеливо ждать,

Что ты вернешься, может быть почуяв

Мой тихий и неприхотливый зов.

Не превращаясь в то, чего хочу я,

К моим несчастным прихотям готов…

07.10.1999

Естественное

Отдаться в руки странного мужчины

И утонуть в его чужом дыханье!

Со стороны не разобрать причины

Как можно таять и терять сознанье

От чьих-то рук и губ, и плеч широких

Всего за час случайного свиданья,

Забыв про всех — ненужных и далеких,

Вне всяких правил, норм и назиданий.

Перекричать биение сердец

В убийственно красивом диком танце,

Из обнаженных тел сплести венец

И с этим смуглым, бешеным спартанцем

На миг соединить всю жизнь свою

Без будущего и былых видений,

Чтоб в крике «Боже! Я тебя люблю!»

Остановилось время на мгновенье…

16.07.99

Н.М.

Мой близкий, мой далекий человек!

Сквозь дни моей неслыханной тревоги,

Пересекая памяти дороги,

Изгибы гор и повороты рек,

Тоски моей года и километры

Безумных, сокрушительных ночей,

Пусть принесут тебе шальные ветры

Тоску души измученной моей.

И почему с тобой — такая мука?!

А без тебя она еще сильней.

И наша неслучайная разлука

На миллионы долгих лет и дней

Пронзила сердце, ранила, скрутила!

И раскидала в дальние края.

Но если б о тебе я не грустила,

Поверь, на свете не было б меня…

06.06.2000

Мужские руки

Мужские руки… Я не думала о них,

Пока они ко мне не прикоснулись…

Порочные желания проснулись

И вихрь сомнений сразу же утих.

Я знала, что нельзя,… но было можно.

И говорила глупости легко,

А руки эти плавно, осторожно

Меня вели куда-то далеко.

И я не знала, на каком я свете…

А тот мужчина… Где он прежде был?!…

И я спросила. Но он не ответил…

И дверь тихонько за собой прикрыл…

25 сентября 2001

Хочу писать нелепые стихи!

Хочу писать нелепые стихи!

И быть свободной от людских маразмов!

Летящей вверх и вниз, бредовой, разной;

Накапливать невинные грехи!

Чтоб суетных мгновений мельтешенье

Не задевало бытности моей.

Упасть на дно, в хмельное откровенье

И заблудиться в шуме фонарей!

Творить добро — вымаливать прощенья,

Мечтать о журавлях и ждать наград

За муки нереального терпенья,

За чьи-то губы пять часов подряд…

Топчась на месте, не меняя платья,

Кричу кому-то робкому: «Беги!»

И раздаю похожие объятья

С прощальным вздохом: «Душу береги…»

Вот чуждый, позавидовав, вздохнет

И будет так смешон в своём незнаньи,

А нужный где-то в двух шагах пройдет

И в сотый раз убьет своим молчаньем…

А завтра я умру

А завтра я умру, пройдя по краю,

Ступив на шаткий, узенький карниз,

До десяти возможно досчитаю

И легкой птицей, тенью робкой вниз!

И пустота струной внутри забьется,

В кулак сожмет и обласкает вновь,

Застынет, закипит и разобьется

В десятки тысяч капель плоть и кровь.

И буду с высоты взирать на тело,

Что миг назад принадлежало мне,

И было клеткой, где тихонько пела

Душа моя, вздыхая по весне,

По воздуху и поцелую ветра,

По дню, когда покинув эту плоть,

Сорвется в высь легко и незаметно,

Чтоб больше не вздыхать и не колоть

Бока о человеческие слёзы

И грубых слов, упавших сгоряча,

Не слышать. Погрузиться в сны и грезы

Не чувствуя, не плача, не ропща…

Мятежная! Она освободиться скоро,

Вспорхнет… И этот новый поворот

Укроет от назойливого взора

Её последний, радужный полет…