Единоначалием скованы клавиши.

Бисером слёзы я брошу ветру — и между

Нами так много осталось несказанным,

Как на границе ушедшего звука и первого

Крика отчаянья…

17 апр. 2005

* * *

Мы одни.

Сквозь бессонницу улицы,

улицы на бесконечность,

нам любые дороги — в огни,

светломарковные, вечные.

Мы вдвоём.

Мы как взгляд одиноких глазищ

глянцевых сеток ладоней.

Мы как чистый живой водоём

цвета ванильного моря.

Больше нет

расстояний, и время не

в силах разбить эти неба стёкла.

Мы стоим одни — и река в руке,

и над нами не властна осень.

14 апр. 2005

* * *

To my darling Joseph.

Как жаль, что тем, чем стало для меня

твоё существование, не стало

моё существование для тебя.

И. Бродский

Хочешь, я расскажу тебе,

как появляется снег,

и поведу тебя

тайными тропами

прикосновений?

Вот мои руки —

в твоих навек,

а в сетках ладоней

неведомый стонет ветер.

Но не смотри мне в глаза,

не пытайся понять,

куда устремлён мой взгляд.

В этих глазах

не увидишь свет —

в этих глазах

два голубых пятна.

И никто из нас

не придёт назад…

Ведь ты пухом,

белым июльским пухом,

поцелуешь чужое плечо,

и белое солнце

ненавистного города

будет играть на твоей щеке

и плавить чужие сердца

на раскалённой мостовой.

И кто-то пошлёт тебе

свой рассвет

скрыть объятьем твои тревоги…

Знаешь,

будь со мной

через сотню лет,

непонятый

и

одинокий.

20, 23 марта 2005

* * *

Eau de parfum

Во флаконе от Поля Смита

спрятан Лондон, и все его башни,

и мосты через Темзу, где свиты

сотни гнёзд. Только путь кто укажет

через залежи длинных писем

в ароматных цветных конвертах,

не отправленных и не дописанных?

Я сегодня впустила ветер

в этот город небесно-сладкий

и хотела спросить тебя, где ты,

и тебе

улыбнуться

украдкой.

Может, встретимся? Может, осенью

мы друг друга найдём в Лондоне?

Если рухнут мосты осенью,

то куда мне лететь — в Лондон ли?..

12 апр. 2005 12:00

* * *

Восемьсот километров по встречной немого пути —

восемьсот километров без слов, не дошедших до края,

не сорвавшихся с губ, переломанных в щепки, — бросая

зазеркаленный смех, на удачу позволь мне пройти.

И позволь мне ещё: потеряться в словах, без одежд

обнаружить себя оплетённой двойною чертою,

обнажить, опрокинуть улыбку стерильных надежд,

где так тонко от ложных кубических звуков, — рукою.

Полюби голос мой, сделай так, чтоб едва ли смогла я

обозначить на карте разлук наш кратчайший маршрут.

Не спеша — поцелуем на плечи — и, пальцы ломая, —

восемьсот километров навстречу……………

17.08.04