* * *

Мелодия в моей груди

Не колокол — набат…

Она кричит мне — уходи,

Но не вперед — назад…

Туда, где был ты полон сил,

И молод, и хорош… И мил…

— Ах, был я мил?

— Да, был ты мил…

Тебя лишь там найдешь…

Я мил был? Думал — никогда,

А, вот ведь, каково…

Давно колюч, как провода,

И скуп, как божество…

Давно — один, и нет друзей,

Кто умер — кто забыл…

… Ах, был я мил?

Да? Был я мил?

Теперь, увы, злодей…

А в те святые времена,

Я жил, как жил, и имена

Любимых… Имена могил…

И имена любви…

А был, как нынче ясно — мил…

Да? Неужели милым был?

Что было — то похоронил,

В себе. В земле, в крови…

* * *

Когда начнутся холода,

Ты мне не говори,

Что пламя Страшного суда

Нас лижет изнутри…

Хочу тепла — на пять минут,

А тут — и глад, и хлад…

Меня согреет Страшный суд?

Тому я буду рад…

Когда начнутся холода,

Я буду далеко…

Там, где замерзшая вода,

Ломается легко.

Где берег над рекою крут,

И град — как виноград…

Меня согреет Страшный суд?

Тому я буду рад.

Когда начнутся холода,

Я буду одинок…

И стану просто грудой льда,

Глядящей на восток…

Меня согреет Страшный суд?

Испепелит? И пусть…

Я — лед… В плену ледовых пут –

И смерти не боюсь…

Когда наступят холода,

Меня не будет здесь…

Я стану тихим, как звезда,

В гармонии небес…

Меня уж с неба не сотрут,

И в прах — не обратят…

Во мне горит мой Страшный суд,

Чему я — вечно рад…

* * *

А я теперь скупаю пни…

Не за любовь, не за рубли,

А так — увидел, взял с собою…

Ты скажешь, это не покупка?

Не оттопыривай же губку…

Покупка… Потому что плата –

Часть сердца и вина Пилата…

Я пни беру — не выбираю…

Как так? Их просто собираю –

Они уже мертвы, но в них

Есть жизни крошечный остаток…

Давно уже и плачь утих,

Давно надежд не стало в них…

Но… Знаешь? Все они — как стих,

Что видом горек, вкусом — сладок…

Ну, да… Я собираю пни…

Беру стамеску и рубанок…

Я не калечу душ. Они –

С рожденья — без границ и рамок…

Они,

Как пни,

И в них огни,

Тех светлячков, что нам сродни,

Тех звезд, что ночью — будто пни…

Упавшие на землю звезды…

И я горю…

И рвусь в зарю…

И понимаю — что парю

Звездой, что даже не звезда,

А — вечная надежда…

И в пне — уже заметны мне,

Все переливы, что в огне,

И жизнь — во вне, и смерть — из вне…

И — в бархате — одежды…

Да… Пни я собираю. Вот…

Я крепок, полон сил…

А у тебя — болит живот,

Ты капли попросил…

А все твердишь — зачем же пни?

Ведь очень лишние они…

Они? Иль — ты?

Тут не понять…

А мы — не пни, которых Бог,

Спас от гниения и блох?

Ты скажешь, он нам не помог?

Помог… И если я смогу –

То пням я помогу…

Вселенная — совсем не то,

Что пишут на словах…

Она не сито — решето,

Просеивает прах…

Но прах тот — это мы с тобой,

И небо — купол голубой,

И пахнет жизнь, как зверобой

Истоптанной степи…

Ах, друг мой… Собирая пни

Богам становимся сродни…

Их, оживляя — мы одни,

И — Боги — мы творим…

Да… Пень — такой же, как и мы…

Он был во тьме… И мы из тьмы…

Но светом став — его из тьмы

На свет благословим…