Под буфетом — старым, важным, тёмным –

Пыль слоями мягкая, как мох.

Скрепка и прищепка в иллюзорном

Мире, что едва ль представит мозг.

Оторвалась пуговка, упала,

Покатилась, под буфет попала,

Пыль тревожа маленькой судьбой,

Вряд ли золотой.

Зашипела пыль — Ну что такое! —

Вновь лишили нежного покоя.

Вздрогнув, скрепка изрекла: «Привет».

И вздохнул буфет, как старый дед

(надоело быть всё время мрачным!).

И прищепка щёлкнула — С удачным

Приземленьем пуговка. Ей-ей.

Темнота. Наличие вещей.

— Трое нас, — рекла прищепка, — трое,

не считая пыль ( — А что такое, —

пыль, проснувшись, молвила. — Опять

говорите, не даёте спать!).

— трое — значит мы не одиноки.

Пуговка из лёгкого металла

Нежно, с переливом заблистала,

Польщена приёмом. — Что же, сроки

Жизни нашей неизвестны! — Скрепка

Говорила. — Но дружить, и крепко

Меж собою, я надеюсь, будем.

Ссоры и вражду оставим людям.

Жили неподвижно. И дружили.

И о многом часто говорили,

Даже пыль участье принимала

В разговорах, хоть порой ворчала.

А буфет вздыхал бывало тяжко —

Утомился жить уже бедняжка.

А хозяин пуговки, в заботы

Плотно погружённый с головой

(на работу и потом с работы),

и не вспомнил о потере той.