Поль

Поль

Поль
Поль не любил свое окно. Он был инвалид, и его ноги не работали с детства. Коляска была его продолжением, громоздкая и тяжелая, но на новую, немецкую, которую он видел у той радостной девочки, у Поля не было денег.

У него и этой не было бы, но это наследство дедушки-ветерана, потерявшего ногу в Первую мировую войну.

Поль жил в маленькой каморке на втором этаже с небольшим окошком, которое он так не любил. Раз в неделю к нему заходила Амели, приносила продукты, и забирала новые главы приключений комиссара Жюля, оставляя на столе 6 франков. Иногда Амели баловала его, угощая вишневым пирогом мадам Ренье. Спустить его со второго этажа по неприспособленной для этого лестнице, было просто не кому. Родителей Поль не помнил, они пропали где-то в Америке, а Амели, вывихнувшая палец, пытаясь скатить его вниз, бросила это бесполезное дело. С тех пор она носит ему волшебный пирог мадам Ренье.

Поль не любил свое окно. Но однажды увидев Ее Поль забыл, что не любит его. Таинственная и волнующая незнакомка в длинном сером платье и в чудесной, соломенной шляпке, что так ей к лицу. Эти эпитеты сами собой пристраивались к Ней, и совсем не казались пошлыми и банальными, как раньше думал Поль. Она была вызывающе медлительна и как будто экономила движения, не позволяя себе даже обернуться, или посмотреть на свои туфельки, такое естественное желание девушек на Рю де Бернье. Очень медленно Она подходила к отдельно стоящей скамеечке, останавливалась, разворачивалась к ней спиной, и просто опускала себя, не разгибаясь ни на секунду. Так Она сидела несколько минут, неподвижно глядя на Сену, затем неспешно, как карманник, доставала небольшой томик, разворачивала его, и опять замирала. Все это Она проделывала не отрывая взгляда от реки, и если бы не кисти рук, то могло показаться, что это необычная статуя, зачем-то раскрашенная скульптором. Глядя на эту неподвижную незнакомку, которую, казалось бы никто не замечал, Поль начинал чаще дышать и суетиться, как будто Она таинственным образом отдавала ему все свои движения.

Еще Она курила… Гипсовые пальцы начинали шевелиться, закрывая книгу и доставая фиолетовый портсигар. В это время Поль судорожно вздыхал, очнувшись от транса гипнотического созерцания. Тонкий, длинный мундштук, невидимая зажигалка, и сизый, вьющийся дымок, тянущийся Ей под шляпку. Не разгоняя рукой этот дым, Она держала мундштук перед подбородком, как бы показывая на кого-то. Поль смотрел на Сену, на противоположный берег реки, но там была обычная суета вечернего города, и вовсе не было такой же неподвижной фигуры, как казалось ему. Затем повторялись те же движения, но в обратном порядке, окурок Она прятала в фиолетовый портсигар, и опять появлялась ненужная Ей книга. Но наступал момент, когда Она все-таки читала…

Она склоняла голову, с высоко поднятой прической, и убийственно медленно заправляла выпавший локон за слегка торчащие в сторону ушки. И начинала листать. Листала очень неспешно и методично, настолько, что Поль сомневался, что Она читает. Непостижимо и незаметно менялась Ее королевская (Поль так и подумал — королевская) осанка, и Она пододвигала к себе сумочку. Эти изменения происходили в разное время, и всегда неожиданно. Поль был в недоумении. На вопрос: «Кто это?», Амели ответила, что это какая-то сумасшедшая, «которых сейчас много расплодилось». Но однажды Поль понял причину такого несвойственного поведения незнакомки. Это был месье, так глупо копирующий в одежде американских гангстеров. Очевидно, Она его знала раньше, так как таких как он на набережной было много. Но только, когда появлялся этот «мафиози», Она начинала листать. Нелепый, фальшивый, вертящийся и провожающий взглядом всех девушек и женщин, проходивших мимо него. Дикие усы, как будто выщипанные женскими щипчиками, нагло белая «тройка», и эта шляпа — пародия на Аль Капоне. Поль не мог отделаться от липкой неприязни к этому франту, ни как не сочетающимся с той тайной, что сидела на одинокой скамейке…

Так продолжалось почти все лето. Она приходила ровно в семь, и уходила, увидев месье в белом. Поль забросил инспектора Жюля, и Амели волновалась за него, видя, что Поль не ест пирог мадам Ренье.

А двадцать первого августа случилось страшное. Он подарил Ей цветок. Просто, подошел и вручил, слегка приподняв шляпу. Она судорожно вздрогнула и как завороженная протянула руку. А он, улыбнувшись, опустил шляпу и ушел, беззаботно вращая тростью. Очень долго она сидела, держа в вытянутой руке маленькую розочку, не пытаясь поднять книжку, что сползла с колен на мостовую. Поль застыл, понимая, что это непоправимо, и что нужно немедленно спуститься вниз, на улицу, — к Ней. Но Она медленно встала — Поль застыл на вздохе, аккуратно вложила розу в сумочку, осторожно развернулась, и пошла также неспешно, слегка покачиваясь. Впрочем, ему показалось, что Ее покачивало. Проводив Ее взглядом до булочной месье Дольфина, за углом которой Она скрылась, Поль почувствовал, что его сердце сдавили невидимые тиски так сильно, что он закричал. Сколько он кричал — он не помнил. Он увидел над собой испуганное лицо Амели, а в своих руках ту коричневую, маленькую книгу, которую Она читала…

Больше таинственная незнакомка не появлялась на набережной. Поль долго болел. Издательство хотело отказаться от его инспектора Жюля, но Амели каким-то чудом удалось упросить главного редактора подождать до Рождества. Он опять ненавидел свое окно, опасаясь увидеть в нем месье в белом, и подолгу сидел напротив двери, сжимая книгу, на восемьдесят седьмой странице которой стоял маленький крестик, начерченный Ее рукой. А инспектор Жюль наконец арестовал негодяя Вернера, которого так долго преследовал…

Отметить: Поль

Материалы по теме:

Небо Еду как-то в поезде, смотрю в окно, любуюсь пейзажами — поля, чуть дальше лес, небо. Все как всегда. Но, замечаю, к эстетному чувству созерцания природы добавляется нечто постороннее…
Наши яйца-2008 В этом году все довольно таки скромненько.
Наши яйца-2009 Христос воскрес, господа товарищи!
Комментировать: Поль