Потому что нельзя Луну

***
Потому что нельзя Луну и совсем не май
И десятым коленом чувствуешь — вот распил
концентрический. Концентрируюсь, это край,
Как угодно — граница, предел, умереть с тоски,
отлететь к сентябрю, покраснеть, как последний клен
И к полуночи выпив с собою на брудершафт,
Написать пару строк недоправды, что был влюблен
или хрупок, как лед, запеленутый в старый шарф.

Дневники, словно листья, шуршат, только проку нет,
здесь нырять запретили, и я просто так тону.
…А потом будет утро, в котором включают свет,
потому что, ты будешь смеяться, нельзя — Луну…

***
Казалось бы, чего тут непонятного
вечерний город, медленная пятница
уходит бледно-розовыми пятнами
за поездом, пока тебя не хватятся

И крепость турникетная расступится
Я растворюсь с ночными пешеходами,
чтоб пробираться в сумрачные улицы
открытыми до часу переходами…
И ты успел куда-нибудь в «Отрадное»
И выдумал очередную ложь жене.

А сердце, как мне кажется, квадратное
И очень неудобно расположено.

***
Ну что я могу сказать…
Ему было около тридцати,
хотя у таких людей возраста нет —
лишь в паспорте
но там могло оказаться и сорок пять,
во всяком случае соседи говорили ему «здравствуйте»,
а я почему-то «привет».
Он как-то очень здорово улыбался,
щурил глаза под очками
и я до сих пор не знаю, какого они были цвета…
А с мая по август каждым субботним утром
он уезжал на своей старенькой «Каме»
куда-то в лето,
позвякивая снастями.

Никто в нашем доме не знал его имени
да никто и не спрашивал.
У него никогда не было проблем с властями,
Ему ни разу не удалось затопить соседей,
застрять в лифте или бросить окурок в неположенном месте —
в общем-то ничего страшного
но некоторые были раздражены
и ждали, что он станет хотя бы
нарушителем тишины.
Но ровно без трёх 23
он поднимался с кресла,
откладывал книгу в сторонку
выключал газовую колонку,
воду и свет.
И так — каждый вечер
в течение где-то пятнадцати лет.

А потом… Что было потом?
Экскаватор, забор, котлован,
Двери, которые получше,
растасканы по соседним домам
Фрагменты стен,
Угол, в котором стоял систем-
ный блок.

Пол, потолок
На часах двадцать три ноль две…
Интересно, где он теперь —
ближе к Москве-реке или к Протве?
Интересно, куда
переехал мужчина,
который никому в своей жизни
не смог принести вреда?
Вы думаете?
Кажется… Да.

Материалы по теме:

Вниз головой Счастлив, кто падает вниз головой Мир для него хоть на миг, а иной. Владислав Ходасевич Я! Я! В джинсы вджинсенный Иду По улице пыльной.
Те кто… те кто выжил молясь на распятых в непонятных восьмидесятых где в парадных и на парадах в командиры каждый хотел кто вагоны проигрывал в дамки на бульоне галины бланки строил в планах воздушные банки шел на стрелку как на расстрел
Человек стал человеком человек стал человеком ничего начало да сам с собою покумекал