Сурские сказы
(Собрали и обработали Роман Волков и Сергей Чугунов)

Однажды в губернскую думу письмо из Петрограда пришло. И пишут в нем, что Керенского сняли и по всей стране объявили Советскую власть. И в соответствии с распоряжением Ульянова-Ленина, губернатора незамедлительно предписано в каземат посадить, полицейских и казаков отменить, а на их место поставить народную милицию из простолюдинов. И в конце письма написано: Вся земля — крестьянам, Все заводы — рабочим, И мир — всему народу, то есть с окончанием войны всех. Ну и там еще много Приложений: все декреты, про ЧК, про Комиссаров новых, про Советы, ну и так дальше.

Собрались на совет губернатор, предводитель дворянства, цвет купечества и начальник полиции.

— Вот тебе, — вздыхает купец Кукушкин-Царский, — петрушка, а вот медная полушка.

— А мне до пенсии полгода оставалось, — губернатор Воровских тянет нараспев.

— Будет тебе в тюрьме похлебка из форели с луком, — говорит ему в ответ купец 1 гильдии Савва Подбоярский.

— Нечего нюни распускать, делать что-то надо! — заорал начальник полиции,- вас послушать, ложись да помирай. План у меня один есть.

И вот что, он предложил:

— Давайте, — говорит, — народу объявим, что письмо к нам из центра пришло, а в нем и написано, что, мол, велено самим Временным правительством создать на земле пензенской великое государство. И так все выставить, чтоб коли проверка приедет из ЧК, чтоб комар носу не подточил.

Сказано — сделано. Ответственным за выполнение назначили директора реального училища Аркадия Мокропузова, потому как он в Москве институт какой-никакой кончал, книжек много читал, с политическим студентами разговаривал, а самое главное в Питере в 1902 году из омнибуса видел, как царь на самодвижущейся повозке проезжал.

Согнали конными казаками на главной площади вече, вышел на трибуну губернатор и говорит:

— Братья-сестры, я вас, зачем собрал, а?

— А кто тебя знает, батюшка!

— Черта лысого тебя поймешь!

— Делать тебе не черта!

— Тебе — развлеченье, а нам — огорченье!

— Разговорчики на сторону. Я слова говорить буду, хотя много и не умею, но попробоваю. Вот какая штукенция проклюнулась. Наклюнулась, так сказать. Бумага в письме пришла, а в ней прописано белым по-черному, что Временное правительство в отпуск уезжает в полном количестве и, причём, навсегда. И от сегодняшнего дня у нас в Пензе объявлена самобытность и самостийность. И всё такое. Так что будет все по-новому. А вот сейчас вам господин Мокропузов, так сказать, зачитает катехизис новой жизни.

Вышел тот на трибуну, вытащил бумажку, лорнет надел и говорит:

— Скажу коротенько. Итак, начну с номера один. В связи со смутой и анархией в России, а также отсутствием монетного двора в Сурском крае, деньги с нынешнего дня отменяются. Но в течение пяти месяцев их можно будет сдать в специальных обменных пунктах по сбалансированному курсу и взамен получить новые денежные единицы. Данной единицей будет водка, т.е. рубль будет приравнен к грамму 40-градусной водки. Соответственно, на каждый градус приравнивается к 2 копейкам с полушкой, если же в водках будет меньше 40 градусов, то она объявляется подделкой, а фальшивоградусник будет наказан по всей строгости закона. Пункт второй — отныне власть будет принадлежать народу, но поскольку народу много, а править как-то надо, эту нелёгкую обязанность согласился после наших долгих уговоров милейший Сигизмунд Иванович Воровских. Он всю жизнь губернаторствовал, что делать знает, человек порядочный и малопьющий. Ну, в общем, все вы его прекрасно знаете. Прошу любить и жаловать. Думаю, что голосовать нет нужды, результат очевиден. И величаться он теперь будет генерал-губернатор. Ну, и в заключении пункт третий, так сказать, замыкающий. Приказываю именем генерал-губернатора следующее:

— Вся земля крестьянам!

— Все фабрики рабочим!

— Мир всему миру!

Вышеозначенные лозунги написать и вывесить во всех присутственных местах в неограниченных количествах. Ну и поясню для непонятливых, что помещик отныне будет называться главным крестьянином, фабрикант — главным рабочим, со всеми вытекающими последствиями. Честь имею, приятно было с вами пообщаться. За разъяснениями обращайтесь к начальнику полиции, а если он плохо объяснит, то в жандармерию.

Тут-то народ начал бошку чесать, чего ж нового-то агитатор сказал. А как кое-кого на базарной площади на коновязи прописали, смысл вроде и прояснился.

— Вишь, как братцы накололи.

— Эвон как-то.

— Обмишулились.

Только обстановка такая не долго продержалась. Народ-то, как деньги на водку обменял, известное дело употребил её по назначению, выпил, то есть. А денежки, которые в народный водочный банк пошли, губернатор изъял в небольшой чемоданчик и говорит: поеду в Москву, доложу в Кремль. И уехал. Но поехал он, конечно, ни в какой не Кремль, а прямехонько в Париж. А там сидит на Пляс-Пигали в кабачке, тройной бурбон потягивает. Надо, думает, поразвлечься. И написал письмо в ВЧК, подписался «Поборник правды».

А в Пензу вскорости приехал Дзержинский с проверкой и всё по местам расставил. За это ему ещё памятник поставили, до сих пор стоит — две минуты ходьбы от железнодорожного техникума.