Тр-р-рам Там-там, Тр-р-рам Там-там — пальчиками по столу. Глаза прикрыты — Тр-р-рам Там-там. Вокруг такой бардак. Вот бы и на мозг шторку повесить — а может даже перегородочку поставить, стену железобетонную. Уйти в себя. Зарыться поглубже. Закрыть все на засовы и табличку повесить — «Ушел на Обед» — с жирной-жирной буквой О, а внизу надпись гадливую оставить «Н.А.В.С.Е.Г.Д.А.». Может тогда полегчает — нет. Чушь все это. Глупо. Трусливо и глупо. А, главное уж больно тоскливо. Вот что гнетет. Тоска вокруг. Куда ни глянь — везде помойка. Хочешь в себя, хочешь вокруг — все одно. Здесь лучше не задумываться. Не думать и все!!! Ни о чем! И не потому, что не о чем, а скорее незачем. Ведь, не в этом смысл — конечная цель. Тр-р-рам Там-там. Куда проще создать И.Б.Д. — имитацию бурной деятельности. Прикрыться ей, как простыночкой — натянуть на голову и ноги под неё спрятать. Тогда даже самая дурацкая ситуация покажется домашней и уютной, все под рукой, все свое, все рядом. Лепота. Тр-р-рам Там-там. Вот только все это слишком напоминает болото. Тепловатая вода и круги сходящиеся над тобой. Пять минут и нет даже намека на твое существование. И уже засомневались все — а был ли? А, действительно, был ли? Кто подтвердит, кто докажет? Кто, взглянув лишь, воскликнет радостно и понесет твое имя в века? Кто хотя бы расскажет о тебе твоему сыну? Кстати, где он? Где тот кому ты передашь все то, на что потратил жизнь, что накопил за долгие годы одиночества. Мне сорок, а ему могло бы исполнится двадцать, а лучше, пожалуй, десять. Тр-р-рам Там-там. Но ты так и не донес его до утробы матери. Да, собственно говоря, и нести-то особо некуда было. Не нашел я тебе мамку сынко! Нет, не потому, что плохо искал, а потому что не искал вовсе. Как-то все казалось само собой сложится. Казалось, что по этой жизни можно пройти легкой поступью, никого не задев. Осторожненько, неторопливенько. Себя особо не навязывать, но и других близко не подпускать. А зачем близко-то? Вопрос-ответ! И никаких сантиментов! В спокойной деловой атмосфере. Не-ет! Близко я никого не подпускал. Все казалось, копни кого поглубже и полезут цифры, суммы, сумки, сумки чеков, счетов, окурки какие-то, пьяная в стельку совесть. Сильно умный был. Это я еще в детстве решил — раз умный, значит помалкивать надо. Все что знаешь — при тебе, а чего не знаешь, того просто так и не скажут. Тр-р-рам Там-там.

Одиночество. Вот дитя с которым я носился, вот объект поклонения. Я так его любил. Не было минуты, что бы я ни стремился к нему — такому тихому, спокойному, вечному и непоколебимому. Словно в храм я входил в него. Горделиво, с призрением я выглядывал из его маленьких, редких, больше похожих на бойницы, окошек. Одиночество словно мираж на горизонте — все его видят, но вот добраться не может никто, а я мог. Ведь это мое одиночество. М О Ё. И я его любил. Я пестовал его, закрыв на все глаза. Я открыл ему душу, впустил его, дал заполнить себя всего. Но что это?! Я обманут!!! Вместо умиротворения моя душа пропитана ядом. ЯДОМ!!! Страшнее которого сложно придумать. Он действует постепенно, так не заметно, но так наверняка. Тр-р-рам Там-там.

«Не создавай себе кумира», «не создавай себе кумира!!!» Почему?! Да потому, что кумиры требуют жертв, истекающих кровью жертв! «НЕ СОЗДАВАЙ СЕБЕ КУМИРА!» Я создал, и кровь потекла по моим рукам. Кровь это тот же яд. Яд созданного мною чудовища. Тр-р-рам. Я его породил, я его и…

Маленькие ручки перевернули страничку, губы задвигались в след читаемому тексту: «У меня зазвонил телефон…» Шепот прервал громкий хлопок из соседнего дома. «Мама!!! Что это?» — «Ничего, милый, ничего» — «Это верно мальчишки на улице балуются». — «И то, правда, ты читай, что там дальше?» — «У меня зазвонил телефон. Кто говорит?»