Ты… указание с предвыдохом. Сидишь, смотришь — без разницы сквозь свет или тьму. Это совершенно безразлично, потому что твои зрачки, сокращаясь в такт грудной мышцы, устремлены в мозг. Цель направленного видения — прямота. И эта прямота закручивается как кольцо. Сначала прямо, затем, липкими пальцами, отталкиваясь от тупика ровно-гладкой стены, летит обратно, чем больше порыв увидеть, тем выше скорость, тем больше восприятие играет в клетках серого вещества, и понятнее для себя самого осознаешь свое сознание…

***

Сидишь, смотришь, дышишь, веришь. Твоя сущность только в этом. И так было всегда до этого момента. Жалко себя и всё вокруг. Скулить хочется, выть и скулить. Думаешь, станет легче? Попробуй — и превратишься в борзую. Потому, стиснешь зубы и попытаешься проглотить комок в горле. Серо — бурый комок разочарования, обиды, пустоты, недооценки, безысходности и лишений.

Хорошо, что ты знаешь все это. Тебе это помогает — ведь я знаю тоже. Цепь воздушных змеев проходит между нами. Кто-то попытается войти — дёргает током. Попробует вмешаться — получит еле ощутимую электронизацию. Испугается и убежит. От этого тоже комок не поддается.

А мы живем и не знаем, где ты и где я… так и проживем? А может, нет. Если только ядерная война застигнет нас врасплох. Накроет голову шершавым цунами, и мы убежим. Ты оттуда, а я отсюда. Побежим по Шелковому Пути. И встретимся на его обочине, измазанные машинным маслом, потные и блестящие, как отлакированные ботинки.

Вот глаза бы так отполировать… душу… как у рыб на дне океана… Станешь такой же рыбой. Понимаешь, что не поможет даже это. Или… только это. У тебя появляется Ухмылка. Непонятные нервы спинного мозга дали цепную реакцию, левое полушарие отозвалось на раздражитель, вот и рефлекторный результат — Ухмылка. Твой змей заколыхался в невидимом им небе, мой ответил еле слышным шелестом. (Разбудил, наверное). Взметнулся, и повис в небе. — Цепная реакция, раздражитель, рефлекторный результат… и у меня Ухмылка.

Ты смотришь вглубь свого сознания, я сплю. И вот так, резко, две ухмылки сбивают твой взгляд на стене, будят меня, и я резко просыпаюсь. Сажусь на кровать и ухмыляюсь в темноту. Все та же гладко-черная стена. Мозг дает цель направленного видения — прямоту. Всматриваюсь… И кто бы думал… прямота эта, закручиваясь как кольцо, и отталкиваясь липкими пальцами о черную стену тьмы, летит через черный зрачок обратно — в мое сознание.

Улыбки натянуты на наших лицах. Цепь натянута между воздушными змеями в невидимом им небе.

***

Твое сознание узнало, что есть я на этой планете… оно прочувствовало меня,… обнимает теплыми большими руками моё, и ласково урчит в их земной суетливый мир. Оно раздается чуть слышно, разливаясь по полям и диким травам звоном утренней росы под прозрачно-голубым небом, и, хлюпаньем капель ночного дождя с крыш серых домов под темным звездным небом — но уже на другом обороте земного шара…