Очень давно крокодил имел длинный язык. Конечно, его язык был не таким длинным, как у муравьеда, но все-таки это был очень длинный язык. Кроме того, крокодил тогда умел и очень любил разговаривать. А поэтому, как только крокодил оказывался в обществе, то тут же начинал всем рассказывать речные и болотные новости, а заодно и все сплетни. Вот именно с тех пор существует выражение: «У него длинный язык», — это значит, что кто-то любит посплетничать.

Так вот в обществе крокодил не мог помолчать и минуты. А когда долго бывал один, то мог поговорить и сам с собой. Так как крокодил очень сильный и очень зубастый ящер, то все звери боялись его перебивать; а умением слушать других крокодил совсем не обладал.

Все так и продолжалось до того самого момента, когда в честь своего восшествия на престол царства зверей, лев не решил дать праздничный пир. Пригласил лев всех — не только зверей, а и пресмыкающих и птиц.

По такому случаю отказаться от приглашения никто не смог и поэтому все пришли, приползли и прилетели. Крокодил тоже приполз, вот только привычку свою все время говорить к большому сожалению дома не оставил. И поэтому, как только лев кончил свою тронную речь, и все ему дружно поаплодировали, крокодил взялся за старое, и они вместе с сорокой стали всем наперебой рассказывать все лесные, речные и болотные новости и сплетни. Все естественно начали их внимательно слушать и совсем забыли про льва.

Лев терпел, терпел, а потом терпение его лопнуло, и он как рыкнет на них обоих: «Прикусить языки!!!» — да еще при этом своей сильной, страшной, когтистой лапой по столу как стукнет. Крокодил с сорокой от страха языки тут же и прикусили да и замолчали.

Если сорока отделалась только синяком на языке, прищемив его клювом, то крокодил, имея такие страшные зубы, просто откусил сам себе большую часть своего языка, и она упала на стол. Лев схватил этот откушенный язык и проглотил, заявив при этом: «Так будет со всяким, кто будет много сплетничать». — За столом сразу же стало совсем тихо.

Через неделю у сороки все прошло и она по-прежнему всем сообщает все лесные новости, и поэтому люди говорят о болтуне: «Трещит как сорока!» — Вот только сорока уже не живет в Африке, потому что не хочет встретиться снова со львом — боится его гнева.

А крокодилу совсем плохо: язык у него не отрос — ведь язык не хвост ящерицы; разговаривать крокодил совсем разучился, только трубит иногда громко, а крокодилиха, так та вообще только молчит; остаток языка у крокодила таким и остался и даже шевелиться перестал.

И теперь, когда крокодил глотает, то невольно вспоминает о своем длинном, откушенном языке потому, что раньше своим языком он мог даже помочь себе что-то проглотить, а остатком языка ничего не может сделать. Крокодилу каждый раз очень обидно, и он горько плачет.

А люди ошибочно решили, что это он жалеет свои жертвы, и даже выражение такое придумали: «Проливать крокодиловы слëзы», — это когда кто-либо кому-то делает очень плохо и при этом якобы его жалеет. Плохие и лицемерные люди так и поступают. Вот это и значит: «проливать крокодиловы слëзы», — то есть «жалеть» свою жертву.

Но на самом деле крокодил никогда и никого и не жалел, а плачет только о своем откушенном языке.

Так что запомни это, а заодно запомни пословицу: «Когда я ем — я глух и нем».

Еë очень хорошо вспоминать за столом, а то еще и с тобой случиться тоже, что с крокодилом, если будешь много болтать за столом, когда ешь. Прикусить язык — это очень больно.