За высокими горами, за широкими долами, если смотреть с той стороны, конечно, висит вверху широкое, преширокое небо. И сидят на нём звёзды. И мигают, чтоб интереснее было. И смотрят вниз, на земной бардак. А когда им это надоедает, они гаснут и идут спать.

И тогда приходит рассвет. Но лес ещё не проснулся. Осенний, он тёмной стеной стоит вдоль покрытой туманом реки. И иногда задумчиво горит, от окурков пьяных туристов.

Вот, вот появится солнце, И в его первых лучах, утки опять попытаются улететь на юг. Если успеют. Охотники уже опохмелились после вчерашнего.

Наконец наступают последние мгновения тишины перед восходом солнца. И только раздаётся ликующая песнь бензопил весёлых дровосеков. А на лесной опушке, в белом молоке тумана, который тает, как деньги в кармане, появляются две грации — лосиха с лосёнком. БРЕМЯ водопоя.

— Мамочка, мы на водопой к реке? — интересуется лосёнок.

— Нет, сынок, там утки и охотники друг от друга прячутся. Болото искать надо.

— Зачем болото, мамочка, ведь озеро рядом.

— Нет, Бэмби, там сидят рыбаки с электроудочками, сунешь морду — и рога отскочат.

Но чу! Вот и показалось солнце.

— Всё, засветилось, значит скоро сяду, — сказало оно себе и поплыло по небу. И сразу вдали в лесу послышался треск ломаемых ветвей и молодых деревьев. Лосиха насторожилась. Лосёнок радостно подпрыгнул и, гордо вскинув голову, спросил: — Мама, мама!!! Это мой папа мчится по лесу быстрее ветра?

— Нет, сынок. Твоего папу на совете директоров съели. А это грибники по лесу наперегонки шпарят.

И так каждый день, за высокими горами…