Последнее время я много думаю о роботах. Только не следует представлять себе человека, который вместо того, чтоб как-то выполнять свои повседневные обязанности или трудовую нести повинность, или вместо того, чтоб выйти на нужной ему остановке, только и делает, что думает о роботах. Глупо. Но почему-то я о них думаю.

Разгадка проста — я родился в середине XX века, а живу уже в XXI. Во как!

А ведь это не просто рассказ уже, а, можно сказать — Послание людям будущего! Можно же себе представить — чуть-чуть воображения — и этот текст читает кто-то через 100 лет. Я и мечтать не мог, что буду жить в XXI веке, а тут еще 100 лет.

Послание.

Люди будущего! Вы живете в XXII веке. (Ничего, что я римскими цифрами обозначаю ваш век, вдруг вы уже как-то на китайском изъясняетесь. Я бы этому не удивился. Впрочем, вернемся к посланию.) Вы живете в XXII веке. Вокруг вас сплошные технологии и роботы. Вам сложно понять человека рожденного в середине XX века. А ведь как я думал, вот наступит XXI век, если вдруг — невероятно — я буду в нем жить. А вокруг летающие автомобили, и в кафе роботы на колесиках подносят горячий шоколад (надо сказать, что в моем детстве — в этом советском царстве цикорийного напитка «Колос» — горячий шоколад был вещью такой же невероятной, как и роботы). Я сижу в кафе. Вокруг сверкающий алюминий, стекло, чистейший воздух (представлялось, что мы не возьмем с собой в будущее никакого мусора). Летающие, как я говорил, автомобили. Я роботу — давай, мол, горячий шоколад неси. Тот укатил вежливо, но стремительно. А тут, допустим, мимо проходит Артур Носач, старинный мой корефан, так же рожденный в середине XX века.

— Что? — спросит Артур Носач. — Горячий шоколад? Не понимаю я этого мажорства. Сплошная глупость. А как же коэффициент соотношения количества-цены-эффективности? — и как бы незаметно отворачивает ворот куртки. И что-то там маячит во внутреннем кармане.

А тут робот мягко и бесшумно прикатил на колесиках с моим шоколадом.

И Артуру:

— Что будете заказывать?

Артур:

— А ничего. Просто принеси стакан.

Ну и что вы думаете, робот хоть что-нибудь понял…

— Стакан, — говорит Артур. — Стеклянный такой. Граненый… Ну, или не граненый. Впрочем, можно и не стеклянный.

У робота в меню нет «просто стакана». У него там все что хочешь, по списку, по номерам, но стакана нет.

Можно, конечно, заказать… э-э-э… лимонад в стакане. Лимонад выпить и получить пустой стакан. Но это не в духе Артура. Он принципиально пытается объяснить роботу, что такое стакан.

— Цилиндрическая стеклянная емкость.

Робот укатил.

Артур улыбается.

Робот стремительно вернулся и подает Артуру вазу. Цветы выбросил, воду вылил, вазу привез.

— От железяка бестолковая. Ну вроде того, только объемом поменьше.

— Нет такого в наличии.

— Цилиндр. Пустотелый. Снизу дно. Сверху дырка. Стеклянный. Можно пластиковый. Деревянный. Оловянный. Какой угодно.

Вот, что в таком случае может принести нам робот? Да все что угодно! Но он уже не спешит бегать, а просто перечисляет все возможное цилиндрическое.

Это очень большая проблема — объяснить роботу, что такое стакан. Попробуйте сами. А между прочим, там на кухне были стаканы. Мытые, на подносе. Просто они были перевернуты. Нам, человекам, ясно — то же самое, но роботам — снизу дна нет, а сверху нет дырки. Для робота это уже не стакан в нашем описании. Предмет вроде стеклянный и цилиндрический, но в него ничего не нальешь — дна нет, сверху заглушка. А нам уже и не надо стеклянный, нам любой.

А почему такое недоразумение? Да просто робот не знает зачем. Ну не имеет он никакого отношения к стакану. Что такое масленка, он наверняка понимает. Если припрет, он и из чайника масло хлебать будет. А вот по отношению к стакану он жизненной позиции пока еще не выработал.

Люди будущего! Потомки! Я горжусь вами.

Если вы научили робота понимать, что такое стакан на самом деле, вы — герои!

Вами проделана огромная работа.

Я вижу только один выход: создать экспериментальный образец, и методом длительных изнуряющих экспериментов с алкоголем посадить железную его печенку и свернуть его электронные мозги набекрень. После этого записать на дискету все что получилось и загрузить всей промышленной партии. Тогда… и только тогда… они будут интуитивно всем нутром своим понимать, что же нам надо, что мы имеем в виду, когда мы говорим — стакан.