Я на Пасху крашу яйца. Я варю их в луковой шелухе, пока они не станут золотисто-коричневыми. Потом беру здоровенную иглу и выцарапываю на скорлупе всякие рисунки. Иногда я выцарапываю что-нибудь сложное. Но если рисунок слишком уж красивым получается, то жалко потом яйцо разбивать. Поэтому сейчас я слишком красоты никакой не рисую. Так незатейливый какой-нибудь силуэтик. На религиозную тему. А иногда и вообще что-нибудь просто так. Ну, захотелось. Я не силен в том, что можно на яйцах рисовать, что нет.

Яйца я раздаю друзьям-приятелям.

Красить яйца надо заранее, за день-два. Можно и пораньше, если есть желание понацарапать на них что-нибудь этакое, посложнее. В субботу хорошо бы их посвятить.

А в воскресенье проснулся — солнышко светит, яйца в тарелке на столе, горочкой. Сияют.

Сегодня меня пригласила моя старинная подруга в гости к какому-то своему знакомому. Договорились в метро встретиться. Положил я пару яиц в карман куртки, поехал. Не в руках же мне яйца нести. А надо было сумку, что ли, взять. Возить в метро яйца очень неудобное занятие, особенно в карманах. Всю дорогу я только и делал, что старые тупые анекдоты вспоминал, да задирал повыше куртку, чтоб мне на яйца никто случайно не сел.

Но я не про анекдоты хотел рассказать.

Стою я в назначенном месте, посредине станции. Жду. Высматриваю в толпе подругу. Яйца в кармане проверяю, не побились ли. И тут по переходу спускается девушка. Нет, это не та, которую я жду, просто девушка. Другая. Незнакомая. Спускается она, а в руке у нее шарик на палочке, красный, в виде сердечка. И не понял я сначала в чем дело. Но что-то было не так. Несоответствие какое-то присутствовало. Шарик вот этот в виде надутого сердца.

И вот что я в этот момент придумал:

Надо на Пасху специальные шарики продавать. В виде яиц разукрашенных. А что — было бы здорово. Ходят туда-сюда люди, а в руках яйца расписные на палочках. Красота.