Салют в Брюсселе

Салют в Брюсселе

Салют в Брюсселе

Совет читающим: набраться терпения.
Как говорят мои друзья — люди Дзена: «Можно сказать со смыслом — тогда пропадает смысл. Можно просто сказать — и тогда смысл появляется».
Да-да… Я — пытаюсь просто сказать…

…Трудно сейчас писать просто о праздниках…
О тех прекрасных праздниках, которые с детства являются для каждого частью волшебства: Рождество, Новый год…

…Ну, насчет Рождества — люди моего поколения помнят, конечно, что если его где и праздновали, то — настолько секретно, будто на маевку ходили…
Так что, Рождество — лично для меня — лишь в Европе стало постепенно праздником, хотя — и не таким, все же, радостным как Новый год…

…Впрочем, если вдуматься — а чего такого замечательного в Новом году?
Но это только теперь я вдумываюсь — когда понимаю, что с каждым новым годом мы несколько стареем, а ведь в детстве мы не старели — а росли!
Вот ведь в чем дело… Тогда — вырастали от земли, а теперь понемногу к ней опять приближаемся.
Впрочем, если когда я о чем и задумываюсь — то явно не под Новый год: не до того… Надо елку, игрушки, подарки…
И — что очень стало теперь важно в Европе — украшать надо окна светящимися гирляндами и разной мишурой.

…Я знаю, что в Америке эта мода давно, с незапамятных времен, а вот в Бельгии все случилось при мне: лет 10 назад, скажем, ни одного украшенного дома с фасада не было, редкие елки были прикручены к редким фонарным столбам, и висели на них банки из-под пива и прочих безобидных напитков.
Впрочем, в Брюсселе уже тогда была иллюминация, и улицы украшали красивыми елками с игрушками и прочей красотой — но все это тоже еще скромно, как бы стыдливо…
Я же живу под Брюсселем, в деревушке 1175 года рождения с населением в 305 человек — так что, раньше у нас тут гирлянд на окнах не было, как и никакого иного прочего внешнего украшательства.
Но — постепенно — началось: то в одном доме на фасад лампочки повесили, то на другом.
Потом — учредили конкурс на самое лучшее оформление фасада — и объявили о том, что приз — хоть и маленький — получит каждый его участник: повесь копеечные игрушки на окно — и тебе принесут маленькую коробочку конфет.
Ясно, что дело не в желании получить эти конфеты или главный приз — микроволновую печь или что-то в этом духе.
И даже дух соперничества — не главное.
Главное понять: если люди украшают свои дома с фасадов — они это делают для прохожих и проезжих.
А кто тут прохожие и проезжие, в нашей деревеньке?
Мы сами и есть!
И это начали понимать все мы, съехавшиеся из разных городов: 99, 5% — бывших жителей Брюсселя и 0,5%, приехавших из Москвы — то есть, я и мое семейство.

Когда я говорю, что живу в деревеньке — я не лукавлю: чисто по рангу, место моего жительства и является деревней.
Впрочем — только по названию, потому что давно уже стала она спальным районом Брюсселя, в котором живут адвокаты, врачи, дизайнеры и пенсионеры далеко не фермерских профессий…

Как говорят старики, раньше тут все было не так: люди сидели на ступеньках собственных домов и вечерами дефилировали по улицам, останавливаясь у каждого дома. Раскланиваясь, беседуя и — выпивая по стаканчику то тут, то там.
Там, где наливали. А наливали — в каждом доме.
Двери были открыты, играли граммофоны, нарядные люди: мужчины — с тросточками, дамы — в кружевах… Вечер. Столики — я совсем забыл о них сказать — маленькие столики у дверей, покрытые белыми скатерками, на которых стояли маленькие стаканчики… Красиво до зависти…

Но — все это ушло…
И — есть тому две причины.
Первая, как говорят редкие старожилы — приехали городские, в которых нет душевности.
Вторая — появилось телевидение, которое разобщило людей: каждый сидит у себя и пялится в свой ящик.
Кстати, те самые старожилы, которые об этом говорят — признают, что и они сами — не исключение из правила.
Но вот — Новый год.
И люди начинают, если угодно, думать о своем доме — не как о доме на отшибе, а как о доме — части всей деревни.
Современный эгоцентризм уступает место желанию приобщиться к остальному миру: к миру твоей улицы, соседней, всей деревеньки…
Вот так и стало у нас — все светлее и светлее: даже я в этом году гирлянд накупил, мы с женой украсили и окна. И фасад — получилось очень красиво.
Не на микроволновую печь, конечно — но на коробку конфет — наверняка.

И вообще, мы решили этот Новый год провести иначе — не так, как всегда, а — поехать в Брюссель, на Главную площадь и там — в тесноте, давке и всеобщем ликовании — выпить бутылку «Сидра»: к «Шампанскому» мы оба равнодушны, да и дорогое оно чертовски, и вести машину потом…
Нет, «Сидр» — тоже пить хорошо, особенно во время салюта — который бывает в Новый год над Главной площадью красивый, долгий и очень — не побоюсь такого слова — изощренный.
— Хватит нам смотреть салют по телевизору! — сказал я. — Поедем в Брюссель, погуляем, а потом — на площадь! Окунемся в окружающий нас мир!
И жена согласилась, и мы с ней даже купили все, что необходимо для такого значительного путешествия, и я даже рюкзак достал с чердака — как настоящий походник, без него я просто не мог пройти 3 км от возможной парковки до площади…
И так мы ждали этого дня, когда мы поедем в Брюссель, и не просто так — по делам, а — поедем в Новый год, и будем кричать и петь…
Особенно — петь, ибо при залпах салюта нашего пения не будем слышать даже мы сами…
Честное слово, я ждал этого дня почти так же, как в детстве — но тогда я ждал в надеждах на хороший подарок, а тут я Новый год ждал просто — ведь подарком был он сам…

…26 декабря. 2004 год.
Утром, продрав глаза — включил телевизор.
Заголосил «Евроньюс»: «Землетрясение в Таиланде, Индонезии… Цунами после него. Огромные волны. Толком ничего неизвестно, но по предварительным данным — погибло 3 тысячи человек… »
Я окончательно проснулся…
Неприятный холодок перешел в легкую тошноту.
— 3 тысячи человек… — подумал я. — Это сколько?

Одного, двух человек — это представить можно.
Сто — труднее, но тоже можно…
305 — почти невозможно, но я пытался долго и придумал, как это сделать: выстроить всех обитателей моей деревни перед фасадами их домов — особенно, при свете гирлянд, для красоты — тогда такое именно число и получится.
Но 3000…
Это же — 10 деревень, как моя.
А я тут хоть и не всех знаю, но — многих.
И здороваюсь, и узнаю о детях, внуках, здоровье, еще о чем-то.
И они все такие живые и разные — эти самые люди.
А тут — 10 таких деревень, как моя… И все — погибли…
Такие — прежде живые и разные люди…
Люди…
И погибли — все…

И я как-то забыл про Новый год.
И программы новостей забыли — они говорили только о жертвах, которых становилось все больше: уже 5 тыс, уже 20, уже 30…
Это казалось абсолютно нереальным …
Мы же все привыкли к точности… Вот — метео — ошибется на 3 градуса в любую сторону — так сколько негодования в нас? Да они зря хлеб едят, да они народ в заблуждение вводят, неучи!!!
А тут — нет, нет, что-то не то… Ну, да, ошиблись… Сказали — 3 тыс. человек… Ладно. Ошиблись на 10, 15…
Хотя — 10 или 15 твоих близких и родных = это все, что у тебя и есть на этом свете.
Хороша ошибка — на 10-15 человек?
На все, что у тебя есть и после потери чего ты уже — мертв одним сознанием, что именно ты и уцелел — это ошибка?
Ну, ладно… Пусть они и ошиблись на 10-15 человек: все, что у тебя есть на свете, включая самого тебя.
Но — ошибка на тысячи и десятки тысяч тебя и таких, как ты? Нет, не может такого быть!

А на следующий день… И — после него…
150 тысяч… И то — цифра весьма приблизительная…
Правда, приблизительная лишь в одну сторону… Это — как минимум…
Странное слово — минимум…
Минимум — в 150 тысяч человек…

В Брюсселе решили — салюта не будет. Деньги, которые на него должны были потратить — решили использовать для других целей.
Не знаю, что было бы, если бы народ лишили салюта в целях экономии… То есть, знаю — но говорить об этом даже не хочу, ибо страшно думать о последствиях.
Нет… Деньги решили отдать в помощь пострадавшим от цунами странам.
Народ в любой стране редко одобряет любые действия правительства — а тут…
«Шапо», — сказал один мой знакомый — жуткий оппозиционер всем видам власти.
Шапо… То есть — «Снимаю шляпу!»…

В Брюссель я, конечно, не поехал.
Дело не в том, что салют там отменили.
Просто мое настроение совпало с этой самой отменой салюта — вот и все…
Но вечером мы зажгли свои гирлянды на окнах.
И вся наша деревенские обитатели — сделали тоже самое.
Наверное, из космоса или даже с самолета — наша маленькая деревенька выглядела как одна большая свечка.
Большая такая свечка…
Очень большая.
Большая…
Поминальная…

Отметить: Салют в Брюсселе

Материалы по теме:

Ненаступающее утро Утром я проснулся, как и всегда — просто подскочил на кровати — мне снилось, что я куда-то опаздываю, потом сел, вспомнил, что меня никто не ждет и свиданий на этот день не ожидается: сантиментальных у меня давно уже нет, а деловые случаются достаточно редко…
Дежа вю «Дежа вю» — так называется один из ресторанов в городе где я проживаю. Красивое название. Правда? Уютное место. Отличный шашлык.
Очень страшная история Сначала было темно, потом — сыро, серо, туманно, поезд мчался. Единственная соседка Ольги по купе, которая сразу жизнерадостно сказала, что она Мещерякова, что имя у неё Тамара, сидела напротив, как бы поглядывала в окно и, не смолкая, разбирала в уме Ольгу по кусочкам.
Комментировать: Салют в Брюсселе