Шутка ли, борода…

* * *
Город маленький и тайный
Ты узнал о нем случайно
Мы не верили вначале
Но подтянемся к среде

Дремлет пёс под сенью туи
И кораблик из латуни
Ищет рыбку золотую

С крыши тучи оглядев

Правый берег, тени вёсел
Синь воды закупоросил
Остров неба. Эту осень
Видно очень далеко

Солнце светит сквозь поленья
И для быстрых исполнений
Накопившихся велений
Ловят щуку с печником

В горизонте раскаленном
Со звездой неудаленной
Здесь промчалось время оно
Каждым часом дорожа

Свято место эта ниша
И рыбак латает днище
Нет, он счастия не ищет
Дальше некуда бежать

* * *
пахнет иланг-илангом
комната с видом на море,
кто-то придет и ладно,
в маленьком коридоре
полночь гремит тазами,
велосипедным скрипом…
чудо мое с глазами,
вот и желтеет липа,
звезды тускнеют в чае,
небо чернеет в восемь.
где ты сидишь ночами?
что корабли на плесе?
видно их за луной ли?
будет ли день и рано ль?
я повторяю роли
у своего экрана…
день за четыре, год ли,
мой неостывший ужин,
если кому угодно
и не любить к тому же,
что-то ты скажешь боже?
кто теперь правый с фланга?
я ведь не знаю тоже.

пахнет иланг-илангом

* * *
Эти ноги, эти руки,
Тень любви на потолке,
Ты выписываешь звуки,
Я гадаю по строке

И бегут-бегут куда-то
Сытый день, вечерний звон
Освещенного Арбата,
Ветер, вечер, несезон

Как мне быть, когда такое
И настолько, и вот так,
Над строкой и под строкою
Без пера, чернил, бумаг

Без людей, без автомата,
Где на триста шестьдесят
Поворачивал когда-то
Диск, над цифрами вися

Как над городом планеты,
Над планетами ключи
К двухкопеечным монетам
И двухкамерной печи

С контрамарками к вершинам,
Где смогли уже пройти
Поливальные машины
И обычные дожди

И на что мне эти руки
И короткая строка,
Ты выписываешь звуки
Неродного языка

И гремит, гремит ключами
И пытается войти
Мир молчания ночами
С перепутьем впереди

* * *
А если ветер, то непременно
Прогнутся окна стеклом и пластиком
И старый дворник с лицом супермена
Метет, как будто стирает ластиком

И если будешь о чем-то дальнем
Не то, что думать, а так, нашептывать,
Вернется климат континентальный
На все пространство подкапюшонное

И если я, например, про это,
А ты — про лето, во что не верится, —
Тогда выкидываешь сигарету
И получается Большая Медведица

* * *
Еще как будто не зима
Но в рукава уже задуло
И лишний раз вставать со стула
Оставив теплые дома —

такая дрожь, что трижды прав
Кто знает азбуку вязанья
Садись вперед, а я на заднем

Когда пути не разобрав
Уже декабрь за фонарем
Прожорлив, нагл и дальновиден
Давай, поверь, что жар в крови-де
Что в зиму слабых не берем
Что поскользнулся и пропал
Как будто было и не стало

А осень желтое листала
Переходящее в напалм
Коктебель-Москва, 10-16 сентября

* * *
тут загибаются листья, а я, вероятно, старею,
шутка ли, даже часы убегают за день на неделю,
в нашем дворе в лотерею играют деревья —
тянут-потянут, да так раскачают, что скоро метели

кто-то великий сказал про пожнешь да посеешь,
скажем по совести — не проверяли ни разу,
чистописатели дали отсчет новосельям —
от понедельника сразу за яблочным спасом

долго ли коротко, было ли не было, пишешь —
не назимуешься всласть, как придут-посчитают,
вроде бы дождь, а со временем падает тише,
вроде бы снег, а не тает, не та запятая

выбила смысл, и земля перестала крутиться,
тут или там доставая дешевле и слаще,
вот и зевнешь, и спикирует быстрая птица,
выклюет верное слово — да в ветер утащит

* * *

З.Д.

все я знаю, не бранись,
но пойми, такое дело —
не подстрочников страницы,
не предместного отелло,
не простое вещество
разложу тебе на граммы…
скоро осень, что с того,
будто мамы моют рамы
для того, чтоб падал свет,
чтоб в зашторенной квартире
были дни, которых нет
за границей, в штрих-пунктире,
во владеньях сентября,
так вот слушай — эта осень…
в общем, проще говоря…
что ж опять меня заносит —
все я знаю, все не суть,
говори не говори тут,
сумки бабушки несут,
пролетают маргариты
над москвой ли, над тобой,
над куда-глаза-глядят-их
и не радость, и не соль
анекдотов бородатых,
просто, в общем, просто вниз
эти листья, эти листья,
все я знаю, не бранись,
будет снег и шапка лисья,
и метели паруса,
гололеды автострады…

а еще хочу сказать…
ну не надо, так не надо

Шутка ли, борода…
— Шутка ли, борода,
Мой ли язык кишмиш,
Если тебя продам,
Как ты заговоришь

— Преданным не могу,
Пойманным не хочу,
Первым своим «агу»
Душу расколочу
В недостоверной тьме,
В переизбытке дня
Дело твое к зиме,
Не выдавай меня

— Поговори со мной,
Я же пишу, пишу,
Дождь за моей спиной,
Хлещет по шалашу

— Плоские, как плато,
Шутки твои, видать,
Проговорился кто,
Свежесть твою хватать
Полными ртами слов —
Кубиками лото…
Что там про шорох снов —
Капельки в решето
Так и летят, летят,
Так что иди, иди,
Гид инопланетян,
Камень в моей груди

— Крепко на небеси,
Раз до сих пор ваш куб
Над головой висит,
Не проломив башку

* * *
Что показано Луне,
То не топится в вине,
Никого не обвиняем,
Изменяем, изменяем
И довольные вполне

Кто-то корчит дурака
На краю материка
Липкий берег, воздух сладкий,
Что растаять шоколадке
Не во рту и не в руках

Рыба плавает треска,
Полные трусы песка,
Спят в тумане нибелунги,
Юг — не юг, да где ты, Юнге,
Я иду тебя искать

И на вспоротом пляжу
Я, железно, воздержусь,
Ситуация простая —
Волны кашляют, читая
Расписание дежурств

Слышишь, друг мой, аноним,
Что имеем — не храним,
Потерявши — плачем редко,
Снова гость к моей соседке,
Кто последний, я за ним
Конаклы, 17 августа

Письмо из бутылки
Даже если есть страна такая
То она в тени тяни-толкая,
Аюдагов, прочих горбунов
Солнце до ночей эффералганит
В полстакана моря и пока нет
Лодки до соседних островов

Там с утра из грота выйдет Грета
Выдохнет оранжевым рассветом
Барби разбросает кружева
И пойдут причудливые тени
Стягивать игрушечные стены
И другим бойцам передавать

Флинту — деревяшки Урфин Джюса
Капитану — редкую медузу
Маленькому юнге — шоколад
И полдня накаливая прутья,
Небеса сворачивает ртутью
ваша фаренгейтова шкала

Мысы там трагично-именные
И мячи, как сердце, надувные,
Бьются по воде и по бортам
Петухами в зарослях азалий
Мышью белой да в кальянном зале
В общем, не поверишь, красота —

Ни тоски, ни почты электронной
Только лед в тени рододендронной
Накрывает правильной волной
И не нужен русский и английский
Если берег узкий, путь неблизкий
Плюнь на все, поехали со мной
Конаклы, 10 августа

* * *
Ну что, дожди барабанят, тянут за поясницу
И вечно занятый номер доставки пиццы, что ужин снится
Соседи картонных стен врубают порноканал
В почтовом ящике бронь до Канар, а может — набор гранат

А помнишь, мир состоял из цветных стекляшек
И мы были просто камнями, найденными на пляже,
Обрывками лент, цветами, жуками, пикирующими на цветы
Еще эти сосны — головокружительной высоты

И ягодку брали одну, смотрели на третью, а пятую не срывали
И где-то «купи мне мама штаны монтана» подпевали и танцевали
И не было там ни плохой погоды, ни боли, там, головной,
что счастья может быть больше или равно

такие песни, такие песни, что хватит и ля-минора
да что ты все уходишь от разговора…

* * *
Будь здоров, я вряд ли пишу для тебя — для рифмы
(Пропади она пропадом, если чего-то стоит)
Оператор сотовой связи снова сменил тарифы
И звонок по межгороду стал пустяшным, будь ты в Китае или в Ростове

Тем не менее, проще письмом, растянув временную жвачку
И ломая голову над очевидными пустяками
Провожу параллели, ловлю на слове — решай задачки,
Спеленгуя каждый намек и привычно строя акростихами

А сказать-то и нечего, если подумать (а что тут думать)
Разве только межсимвольный дух попадет на ветер во время движения
Но не ветер дует, а разница расстояний до Гринвича, ибо сумма
Состоит из знаков с подмножеством точек в конце каждого предложения

Будь здоров, говорю, остальное как минимум наболело
Ты же знаешь, все эти встряски — обычная турбулентность
Если б знать хотя бы примерно — хватит на сколько лет нас
Что останется там в феврале на столе, где свеча горела

* * *
полно тебе, не сиди на холодных пустых камнях
вот уже вечер и видимость где-то до середины европы
звезды пока не падают — время, когда начинают ронять
в море ключики золотые рыбы и антилопы

собственно, это и есть, когда стрелки и белки бегут вперед
крутятся диски, плывут пиратские корабли с перекрашенными парусами
сумма веревочных лестниц и неводов в день ли, в год
неисчислима в условиях всех широт под весами и близнецами

старость твоя отражается, некогда млечный путь
был не таким прозрачным, но форточка в небе пока открыта
и остается ждать на пустом берегу хоть кого-нибудь,
чтобы налить тебе теплую воду в треснутое корыто

* * *
здесь пролетело десять зим
как понедельников десяток
сейчас ты скажешь, что нельзя так
и на троих сообразим

а третий — сын или святой
как на духу тебе расскажет
что до весны стоял на страже
такой же пары невитой

и дух витал — иланг-иланг
и месяц вышел из пробирки
и звезды падали в бутылки
и ночь была бела-бела

поди пойми — хвалу, хулу
напел тебе косноязычный
но точно помню ключ скрипичный
и как склоняли бричмуллу

и так хотелось донести:
пока мы в прятки партизаним —
ты водишь, закрывай глаза и
считай уже до десяти

Материалы по теме:

о хорошем У каждого своя дорога свое бремя Многие называют его ношей Кто-то думает о работе и премии Кто-то о хорошем… много определений у хорошего Человек очень хороший Просто отличная хорошая машина…
Из японских мотивов «из японских мотивов» Запутанные в узах и узлах В маршрутках И всемирной паутине Скользящие от пестика В крестины На завтра — Лишь зола Мы падаем Не ведая числа В святую бездну
Невидимки что на брайтоне что на ордынке одинаковы там и тут не замеченные невидимки нас не видят не помнят не ждут ни стыда ни ума и ни совести