Типа Жизни

Типа Жизни

Типа Жизни
Я вышел, в сердцах хлопнув дверью. Передо мной — узкий квадратик родного двора. Жаждущие штукатурки, оплеванные, изъеденные сыростью, убогие, пестрые стены домов, стесняющиеся своих отвратительных внутренностей, окна с выцветшими занавесками. Стою на покосившемся крыльце. Раннее утро. Я ненавижу утро.

Зверски хочется вернуться обратно в осевшие косые стены выпестовавшей меня квартирки и упасть в застиранные теплые простыни скрипучей кушетки. Но нужно идти на работу. Я ненавижу работу. Я ненавижу свою работу. Особенно с утра.

Проход под аркой с неизменным старичком в подобии пиджака, охраняющим свое сокровище — пару мусорных баков. Он, как всегда, шамкает себе под нос свои шаманские песенки, никого не замечая. Впереди, потягиваясь, просыпается улица. По ней бредут такие же несчастные как я, по пути переваривая скудные завтраки. О, стоп, стоп.

Впереди вышагивает не совсем такой бедолага, как я. Это что за птица, какого черта тебя сюда занесло? Белый клубный пиджак и полосатые штаны последнего покроя, не в меру скрипучие новенькие туфли, наверно, асфальт впервые нюхают. Оглядывается по сторонам. А, по приспущенному галстуку догадываюсь. Гуляка, заблудший в поисках солнца в лабиринтах нашего колодца. Как он еще уцелел в эту ночь… Просяще улыбаясь, идет ко мне. Но в этих глазках, глупых свиных дырочках по обе стороны носа, я читаю не просьбу, но приказ. Пошел ты… Тут я хозяин, а не ты. Свистну, и стайка головорезов-мальчишек облепит тебя, и дай бог, чтобы хоть кончик сигары, выглядывающей изо рта, оставили. Ах, черт, уже ж не те времена…

Ускоряюсь, и глас вопиющего в пустыне остается за моей спиной. На углу сидит в позе сфинкса нищая старуха. Я всю жизнь хожу мимо, а она так и сидит, ожидая милостыни от таких же как я. На самом деле булочник из лавки напротив содержит ее, чтобы состоятельные граждане переходили к нему на другую сторону и заходили купить свежего горячего хлеба. Ах, как пахнет хлебом! Проклятый искуситель, у меня пустые карманы…

Впереди слышу цоканье каблучков. Быстрей перебирай ногами, кляча! Заворачиваю за угол. Стройная фигурка, покатенькие плечики. Небось, машинистка.

Но вдруг чувствую хриплый вой своих позвонков и давящую боль шеи. О, бог, на меня упал каменный феникс с фасада дома графа Мышкина. Чертова рухлядь, этот дом вот-вот снесут, так он решил взять себе в спутники в падью Харона и меня. А впрочем, мне давно уже наплевать на свою жизнь…

…Темно. Почти ничего не вижу. Почти, потому что что-то вижу. Но что это, не вижу. Чушь какая-то. Вижу я не глазами. Это точно, потому что нет носа. А нос обычно между глазами. Надо научиться так видеть.

Это, скорее, даже не видеть, а ощущать. Какие-то фигуры вокруг. Они вроде бы двигаются, но если задержать взгляд на одной из них, то понимаешь, что она неподвижна. Как это, объяснить не могу. Слышу голос. Но не ушами. Значит, вернее будет сказать, слышу мысль. Она чужая, но не совсем. То есть не чужая. Что она гласит? Что жизнь в понимании человека для меня завершена. Завершена Судьбой, хотя это очень примитивное понятие. И теперь я — это уже не я, ободранный, голодный и с пустыми карманами. Потому что обдирать нечего, «есть» — это слово вообще неуместно, и карманов нет — они не нужны. Если что-то понадобится, то стоит только пожелать. Не попросить, а ПОЖЕЛАТЬ. Но почему-то не желается. А ведь когда-то столько хотелось. Да не когда-то, а пять минут назад. Хотелось всего. Весь мир. Потому что ничего не было. А теперь все есть. И ничего не хочется. Все понятно, просто до абсурда, элементарно на атомарном уровне. Все вопросы решены, проблемам неоткуда прорасти. Это и есть рай. Райское наслаждение — не наслаждаться ничем, потому что и наслаждаться-то нечем. У меня ничего нет. И есть все. Как-то глупо. И в то же время совершенно. И разумно. Гиперразумно.

Стоп. А если…

— Я могу вернуться обратно?

— Туда, к человеческой жизни?

— Да.

— Глупец, ты еще ничего не понял. Подожди мгновение, и ты поймешь, как ты был жалк и насколько вырос. Ты же могущественней любого живущего, ты — Гений, ты — Совершенство, ты — …

— Я хочу обратно.

— …Разум, ты — это Бог, ты — …

— Я хочу обратно.

— Вечное Наслаждение, ты — …

— Я хочу обратно.

— Хорошо. Если ты ХОЧЕШЬ, то ты можешь, но потом тебя ждет вечное забвение, сон без конца, ты просто отсутствуешь, тебя НЕТ, ты закончен, ты…

— Я согласен!

Море пыли. Грохот. Господи, передо мной свалилась отвратительная морда этого неземного выродка. Я в оцепенении пячусь назад и падаю. Но я в сознании. Вокруг столпились люди. У меня в голове какие-то неясные воспоминания, будто я куда-то далеко пропал, а потом вернулся. Наверно, спросонья какой-то бред померещился. И вдруг, сквозь гул возбужденной хоть каким-то происшествием в нашем болоте толпы, я слышу стук ЕЕ каблучков.

А ну, разойдись! Дайте мне пройти! Пустите! Пустите к ней, она — это ЖИЗНЬ! Может быть… А может, у меня ничего и не выйдет. Но я попробую. Потому что живу и люблю это. Жить. Чем и занимаюсь. Как могу.

Отметить: Типа Жизни

Материалы по теме:

Лес. Подмосковье. Первые заморозки Осень наступила, отцвела капуста. Воскресная прогулка по чахоточному подмосковному лесу.
Наши яйца-2008 В этом году все довольно таки скромненько.
Парочка бракованных фото Ночью выпал, считай, первый снег.
Комментировать: Типа Жизни