Я видел во сне колоннаду…

Я видел во сне колоннаду…
И детство — как в зеркале пятна…
Коль то — отражение ада,
Мне счастье даров непонятно…
Хотя, то не ад был — а что-то,
Похожее на приведенье…

Которому в ад неохота,
Особенно, в свой день рожденья…

Ну, ладно… Закончили с адом —
Он есть — но всегда понарошку…
Как в парке кормить виноградом,
Линялую дохлую кошку.
Как жить, опасаясь заката,
Который не кровь — а брусника…
И знать — коль творение свято,
Оно быть не может убито…
А что там в аду? Сковородки?
В дому у меня их пятнадцать…
Я жарю блины в них — под водку,
Ну, как без блинов напиваться?

Да… Снился мне сон… Колоннада?
А, может, пейзаж — как колонны?
Деревья, что выше — не надо,
И небо разящие кроны?
И стулья, стоящие сбоку,
Трибуна — пустая, с тенями…
И некто, читающий хоку,
И некто, кто вечно над нами…
И черная лодка Харона,
Гребущего пьяно и грустно…
И с пагод летящих драконов,
Убивших в себе Заратустру?
И Бог, что сидит на престоле,
Который — до страшного взрыва…
И я… В материнском подоле,
О счастье воркую счастливо…

Мне снится так часто иное,
Что в этом миру — непонятно…
И зеркало — явно кривое,
И жизнь — не вперед, а обратно.
Как будто в замедленной съемке,
Проходят неясные тени…
То предки мои, то потомки,
В каком-то десятом колене…
То рыцари, то брадобреи,
То конники знатного хана…
То склочные с виду евреи,
Что жадно питаются манной…

Боюсь я ночей. Почему же?
А все потому, что салютом
Сны пламенем бродят по коже,
Меняясь, во мне, по минутам…
Ах, калейдоскоп, масса стекол,
Узор, что меняется часто…
И я — что не просто — наскоком,
И жизнь — что в преддверии счастья…
А счастье и было… И будет…
И мир постоянен, как дятел,
Который не губит, а рубит,
Себе самому не понятен…
От снов и приятно, и больно,
Кричу — то любовно, то матом…
И все остаюсь треугольным,
Во сне пребывая квадратом…

Ах, время — как в банке креветки,
Застывшие под маринадом…
Мне сны — как засохшие ветки,
И плющ, что пришел к колоннадам…
И из колокольного звона,
Рождается пригоршня ягод…
И тихо съезжают драконы,
С крыш вечнотаинственных пагод…
И я понимаю — что сонны,
Мы вечность ласкаем, целуя…
И — гладим любовно иконы,
И нежно поем «Алиллуя»…
И что, что у Бога за вечность
Проходит четыре мгновенья?
Мы — сны его? Верно, конечно,
Но сон — это тоже рожденье…
Приснится мне Бог — не раскаюсь:
Он — главная в книге страница…
Но снятся мне — звезды и страус,
Немецкий полковник фон Крауз…
Пельмени, медали и Хаос…
Но только вот Бог мне не снится…

Материалы по теме:

Дождь. И зонт сломался. Что ж? Дождь. И зонт сломался. Что ж? Ничего. А просто — дождь… Просто дождь стучит по темени…
Радость (Поэма-импровизация) Радость изматывающая как болезнь доводящая временами до отвращения до обморока
Немного прозы и немного тлена… Немного прозы и немного тлена… История, конечно же, простая… Жила в миру Прекрасная Елена, То ль из России, то ли — из Китая…