Здесь работал мой дядя!

Здесь работал мой дядя!

Здесь работал мой дядя!
Помнится, было лето. Самое его начало, когда листики на деревьях еще клейкие, когда купания столь еще обжигающе холодные, а каникулы начались так недавно, что по сохранившейся привычке просыпаешься аккурат ко второму уроку… Мы ехали на дачу к бабушке. Вернее, меня отвозили на дачу к бабушке. На нашей белой копейке.

Папа за рулем, мама рядом, я на заднем сидении. Я был счастлив… сами понимаете… впереди — свобода! По крыше позвякивал, привязанный к верхнему багажнику, мой синий облупленный велосипед.

— Ой! — вдруг сказала мама. — Здесь работает Андрюша!
— Какой «андрюша»? — проворчал папа; ему было не до того, он был слишком занят дорогой — мы ехали по МКАДу, а это для него была трасса о-го-го.
— Это же Щелковское шоссе мы пересекаем?
— Ну.
— Тогда точно! — мама голой рукой в легком сарафане и с развевающимися от ветра волосами указывала в открытое окно на проплывающее мимо серо-стальное неопрятное здание. — Здесь работает Андрюша!
— Ну и что? — папа был полностью поглощен пилотированием автомобиля.

Но радостную маму так просто было не сбить. Она выглядела так, будто в пустыне обнаружила автомат с газировкой. Она обернулась, села вполоборота, чтоб приобнять взглядом всех:

— Слышь, Кирочка, в этом доме работает мой брат! Твой дядя!

Мы некоторое время помолчали. Я размышлял, потому как про Андреевы дела знал более всех присутствующих. Бабушка все уши прожужжала, да и вообще. У меня чуть не треть жизни проходило в бабушкиной семье.

— Мам, — говорю, — так он больше в этом институте не работает! Давно уже. Два месяца практики, и все!
— Как?! — мама ахнула и оглянулась на здание, будто увидела в толпе одноклассника — а он тут же взял и пропал.
— Теперь дядя Андрей на организационно-комсомольской работе! — важно так протянул я, копируя бабушку. — Секретарь!
— Я знаю, что секретарь… — как-то потеряно пролепетала мама. — Но я думала, он здесь секретарь.
— Неа, он открепленный секретарь! — еще важнее закончил я. — В горкоме!

А папа фыркнул — он вообще не любил секретарей, ни открепленных, ни прикрепленных. За что и получил в свое время, кстати. И бабушка, кстати, его за это не любила, а дедушка так вообще не переносил.

— Но все равно! — мама чуть исподлобья, словно побаиваясь, поглядывая на папу, но все-таки настойчиво продолжила. — Слышишь? В этом доме работаЛ твой дядя!

С тех пор прошло много времени. Многое произошло. Мои родители, спасая моего брата от армии, эмигрировали в США. Коммунисты дедушка с бабушкой их за это практически прокляли. Потом дедушка умер. Мой открепленный дядя не растерялся и быстренько переписал на себя все наследство, подделав бумагу, что мамы нет в живых. При этом он еще попытался сохранить благожелательно-менторскую мину. Мы с ним поругались, едва избежав рукопашной. Я с ним не общаюсь. Зато дача расцвела необычайно. Туда провели стационарный газ и телефон. Появилась сауна и теплый туалет. Бабушка живет на даче безвылазно, даже зиму. И даже свой день рожденья там отмечает. Только я вот туда больше не езжу.

На этот мы с женой поехали. Я не хотел, но жена настояла. Она сказала, что никто не заставляет нас там рассиживаться — пришел, цветочки подарил, рюмку выпил, и домой.

— Мне нельзя рюмку, — говорю. — Я за рулем.
— Ну, я выпью! — и улыбнулась.

И мы поехали. Был тот отвратительный слякотно-снежный вечер, как бурый кофе в дрянных московских забегаловках. Свет фар терялся в мутной жиже, щетки не справлялись, казалось, я спинным мозгом чувствую, как проталкиваются, съезжая с дороги, мои шипованные импортные колеса. Мы едем по МКАДу.

— Далеко еще? — жена меня жалеет, она чувствует, что машину иногда водит из стороны в сторону.
— Подъезжаем, — говорю. — Щелковка.

А потом, вдруг, почему-то добавляю:

— Смотри, в этом доме работал мой дядя…
— В каком? В этом? — жена всматривается в окно, в серое, мокрое, ненужное словно гнилой зуб, едва подсвеченное здание, будто это невесть какая реликвия. — В этом, да? Вот в этом?

Неужели она понимает, а?

Отметить: Здесь работал мой дядя!

Материалы по теме:

Притча о втором червяке Сидят два червяка в банке.
И душа с душою говорит… То, что является откровением в 14 лет — в 40 становится уже банальностью…
Е-бизнес Я тут все страдаю нашим очередным супер секретным интернетовским проектом. Вчера мы с начальником ездили к заказчикам, такая вся из себя е-коммерческая контора в даунтауне.
Комментировать: Здесь работал мой дядя!