Жизнь дачная

Пальцы сумерек веранду тронут,
Скарб её ощупают слегка.
Розы смотрят, постигая то вот,
Чем людская жизнь полна. Рука
Держит шланг, вода же — еле-еле.

— Санька, посильнее дай напор!
Мишка рвёт укроп. Истома в теле.
Зелень заполняет каждый взор.

— Где накрыть? — На воздухе, Тамара!
Вилки, ложки, пыльная бутыль.
— Ну, скорей! Котлеты с пыла с жара.
Жестяная ванна. Ты ли, ты ль
В домике была когда-то? Ныне
На участке. Моют руки в ней.
Стол как сочетанье пёстрых линий.
Помидоры огурцов нежней.

Лук, чеснок, укроп, редис отменный,
От картошки — беловатый пар.
Дачной очарованы вселенной
Все — и мал и стар. Дед очень стар.

Во главе стола сидит и стопку
Держит крепко. — Ну, Виталий, блеск!
— Самогону предпочту я водку.
А вокруг — садовый пышный лес.

Тут шесть соток. Яблони и сливы,
Груши и малинник. — Эдуард,
Заходи скорей! — И перспективы
Выпивки легко дают азарт.
И цикадный хор наполнит воздух.
За столом сидят шесть человек.
Дан людской разнообразно возраст.
Мерно завершается четверг.

Дачное житьё. Ржавеет лейка,
И стоит под вишнями бильярд.
А под клёном — синяя скамейка.
— Том, а сколько это будет — ярд?
Жизнь густа. Садовые работы
Вечер завершит — такая власть.
Жизнь дарует образы свободы –
Дышит ею летний дачный пласт.

Материалы по теме:

Абсолютно молодые *** Солнце, май, Балеары… Хотя нет — Москва, тротуары, Относительно молодая пара — Где-то около сорока. У него в кармане рука, Она держит его под локоть И что-то пытается говорить, Теряя нить.
Тогда Тогда я еще и не думал даже о так называемой душе и фраза «пойду в церковь» звучала странно и было взаправду смешно в цирке и пацанов из моей школы тех которые меня постарше еще не возвращали домой из Афганистана запаянными в цинке
Человек-амфибия Человек-амфибия Убоялся торговой толпы Ихтиандр, пестроты этих скользких латинос, темперамента их, трескотни их тирад. То ли дело, поквакал и — в тину… Жизнь прозрачнее кажется в толще воды и внезапней стального стилета: